Нинель Мягкова – Принцесса-целительница и ее генерал (страница 32)

Один.

Да он с ума сошел!

Почему явился без солдат? Страх потерял или разум?

Несмотря на унизительное положение, мой супруг гордо выпрямил спину, смотрел на стражей прямо, не опуская глаз, и вообще выглядел так, будто лично покорил всю степь, а затем просто споткнулся случайно и решил отдохнуть.

Я хотела броситься к нему, но железная хватка на локте не пустила.

— Кто ты и что забыл в моих владениях? — прогудел Алтан. — Судя по доспехам, ты из подданных империи Тан. Лазутчикам — смерть!

Но отдавать приказ не спешил.

Я тоже притихла, опасаясь сделать лишнее движение или издать не тот звук.

— Я правитель крепости Шаньян, ван Тьенхэ Рейн. И пришел за своей женой, чтобы проводить ее домой.

— С чего ты взял, что я ее отпущу? — прищурился Алтан.

Он что, провоцирует специально?

— Между землями империи и степью мир, подписанный кровью. Надеюсь, ты подумаешь как следует и не станешьнарушать договор.

Тут Тьенхэ склонился. Слегка, не до земли, обозначая уважение к собеседнику.

Из ножен степняка с лязгом вылетел меч.

— Твоя жена здесь не просто так, — процедил Алтан.

— Тебе нужна была помощь. Ты ее получил. Отпусти принцессу, — твердо отозвался генерал.

Вождь подволок меня поближе и понизил голос:

— Ты не понял, основная угроза твоей жене — не я, а твои же домочадцы. Как ты думаешь, откуда я узнал, что она прославленный целитель?

— Слуги всегда хвастались достижениями благородных семейств. Это не новость, — не слишком уверенно парировал Тьенхэ.

— А калитку они открыли тоже из гордости за новую госпожу? — усмехнулся степняк. — Я не отдам тебе ее высочество, пока не наведешь порядок в собственных владениях. Столь ценного союзника и помощника нужно беречь и выкорчевывать предателей на корню.

Так я и знала. Тетушки постарались. Но у них самих кишка тонка вести беседы с дикими кочевниками. Должен быть посредник.

Тьенхэ задумался о том же.

— Клянусь искоренить зло в моем доме. Но супругу отпусти, — негромко, но убежденно потребовал он снова.

— У меня есть идея получше, — ухмыльнулся степняк.

И прежде, чем его кто-то успел остановить, полоснул лезвием у самой моей шеи.

Тяжёлая прядь, отсеченная у самого основания, змеей сползла с плеча вниз, но до земли не добралась. Степняк подхватил ее раньше и так же уверенно полоснул одну из своих многочисленных косичек.

Быстрое залихватское движение пальцев — и сложный узел из волос готов. Нечто вроде бантика с четырьмя сторонами, не понять, где он начинается, где заканчивается. Еще и крученая шерстяная нить из косы очень удачно вплелась. Настоящее произведение искусства. Народный промысел.

Тьенхэ смотрел на вождя настороженно, но бросаться передумал. Я тоже успокоилась, стараясь унять отчаянно бьющееся сердце.

Не каждый день сталь пролетает так близко от сонной артерии.

Откуда-то из угрожающе сдвинувшихся рядов степняков вывернулся шаман в ярком одеянии и куцем головном уборе, напоминающем тюбетейку. Принял с поклоном волосяное украшение и поднял его повыше, чтобы все рассмотрели.

— Правитель Алтан мудр и силен. Под его рукой земли процветают, он — щит и опора нашего народа. Принцесса Юлиань милосердна и умна, ее умения многогранны, а таланты поражают. Сегодня и вовек наречены они братом и сестрой. Отныне враги принцессы — враги степей и будут казнены без жалости.

Я сглотнула ставшую терпкой слюну.

Признаться, ожидала услышать что-то про брак, но, к счастью, в степняках сохранилось достаточно уважения к чужим традициям, чтобы не отнимать меня у генерала как ценный приз.

Что ж, названное родство тоже неплохо.

Точнее, слишком хорошо.

Как бы его величество не насторожился.

Если ему донесут, что бывшие извечные противники империи поклялись поддерживать одну из его дочерей, тем более с супругом-генералом, у нас с Тьенхэ могут быть большие неприятности. Как бы нас не заподозрили в планировании восстания или еще чем таком же противоправном.

Император тот еще параноик.

Но это проблема отдалённая, и докатится ли весть до его величества вообще — неизвестно. Может, еще обойдется.

А вот поблагодарить Алтана нужно уже сейчас.

— Принцесса Юлиань признательна за оказанную честь. — Я присела в коротком поклоне, обозначая уважение, но без подобострастия. Как равному. — Прошу, отпусти моего мужа, чтобы мы могли вместе отпраздновать единение наших семейств.

— Да никто его не держит, — небрежно махнул рукой вождь. И зычно провозгласил, так что содрогнулся весь поселок: — Сегодня будет пир!

— Ура! — отозвались степняки.

Тьенхэ поднялся, неуверенно поглядывая на стражей. Но те демонстративно занялись подготовкой к празднику: развернули циновки и принялись разводить костры побольше. Похоже, в меню будет шашлычок.

К нам подскочили слуги и беспрестанно что-то бормоча повели в сторону свободного шатра.

Лишь когда тяжелые ковровые занавеси за нами опустились, генерал позволил себе выдохнуть.

Шагнул ближе, ухватил в медвежьи объятия и стиснул так, что вышиб весь воздух из легких.

— Мне никогда в жизни не было так страшно. Показалось, что я потерял тебя навсегда, — прошептал он мне в волосы.

— Ты от страха голову потерял? — прошипела я, пытаясь ущипнуть его за бок. Из-за доспехов получалось так себе. — Почему один пришел?

— Без приказа или открытого нападения я не имею права вести войска в степь, — проворчал Тьенхэ, перехватывая мои запястья. — Прекрати уже, щекотно!

— А самому ехать можно значит? Ты рисковал жизнью! — продолжала я возмущаться, уже без прежнего запала.

— Я ехал не один, меня ждет небольшой отряд. В случае чего они вмешались бы и позволили нам отступить.

— Не смей больше так подставляться! — потребовала, запрокидывая голову и строго глядя в лицо супругу.

— Посмею, — с кривой усмешкой заверил меня Тьенхэ и неожиданно поцеловал.

Коротко, жестко, словно ставя клеймо.

Глава 22

Беглое касание губ обожгло чувствительную кожу.

Тьенхэ продолжал прижимать меня к себе так тесно, что металл доспеха холодил сквозь слои ткани. Муж тяжело дышал и неотрывно смотрел на меня, не позволяя отвести взгляда.

Медленно, очень медленно он наклонился и снова завладел моим ртом. Нежно, протяжно, неспешно.

Сладко и томительно.

Я замерла на полувздохе, мысли разбежались и попрятались. Голову заполнила приятная гудящая пустота.

Глаза закрылись сами собой.

Ощущения стали отчетливее, хотя казалось — куда еще?

Вроде бы собиралась сопротивляться…

Это не самая лучшая идея.