Нинель Мягкова – Принцесса-целительница и ее генерал (страница 31)

— Плевать мне, чья ты супруга. Говорят, врачевать умеешь? — вождь говорил с акцентом, но вполне понятно.

— Смотря что, — осторожно заметила я.

— Пошли, — коротко бросил он, развернулся и утопал куда-то за шатры.

Меня подхватили под руки и понесли следом. Ходить я не могла — ноги онемели хуже шеи.

По дороге я судорожно пыталась сообразить, что вообще происходит и зачем я понадобилась степнякам. Вроде бы эпидемий у них не случалось по сюжету, рук-ног никто не ломал.

И только когда меня перетащили через порог, вспомнила.

Сестра вождя, скончавшаяся от укуса скорпиона! Раз я вышла замуж раньше, значит, и этой смерти еще не произошло. У меня есть шанс ее предотвратить!

Помнится, не таким уж гадом был этот гигант. Варвар, что с него взять. Без манер и такта. К Юлиань отнесся не плохо и не хорошо — просто игнорировал.

И позволил имперским шпионам ее отравить.

Ему не нужна была жена — и так есть две наложницы, готовых исполнить любое пожелание. После заключения мирного договора принцесса стала бременем, от которого степняк был счастлив избавиться.

Не сам отравил — и то хорошо.

Есть шанс выбраться живой.

— Давно ее укусили? — бросила, опускаясь на колени у ложа пациентки.

Бледное личико девочки взмокло от пота, дышала она прерывисто и слабо. Вовремя меня притащили: еще пара часов — и было бы поздно.

— На закате, — тяжело выдавил вождь.

— Несите холодную воду и соль, — отрывисто приказала я, оглядывая место укуса. Щиколотка покраснела, опухла и покрылась мелкими пузырьками. Плохо. — Горсть полыни, две луковицы на три пиалы воды — довести до кипения, остудить и сюда. Настойку солодки у шамана попросите. И женьшень в любом виде.

— Ты сможешь? — вождь не договорил, но в его голосе мелькнула слабая надежда.

— Постараюсь изо всех сил, — честно ответила я. — Обещать ничего не могу.

— Если не сможешь, умрешь следом.

— Давай без угроз, — поморщилась я, организуя из чистой тряпицы слабенький жгут. Яд успел распространиться, но замедлить отравление не помешает. — Генерал скоро обнаружит мое исчезновение. Если не хочешь кровавой резни — сделай вид, что пригласил меня в гости.

Степняк ошеломленно заморгал.

Такой вариант ему, похоже, в голову не приходил.

Глава 21

Дальнейшей реакцией вождя я не интересовалась. С головой ушла в заботу о пациентке.

У нее как раз начались судороги — пришлось звать на помощь служанок, чтобы удерживали бедняжку на боку, а после вливать в нее отвар солодки, чтобы предотвратить следующий приступ. Вновь затягивать жгут, затем ослаблять, и по новой…

К рассвету я так умаялась, что попросила со мной поговорить, иначе усну. А спать нельзя: если недосмотреть, девочка вполне могла задохнуться.

Служанки понимали мою речь через раз. Но с готовностью залопотали на своем, создавая эдакий чирикающий фон.

Из повторяющихся слов я уяснила, что сестру вождя зовут Энхасан.

Его самого я и без того помнила, Алтан Чулун — Каменный. Еще во время просмотра дорамы думала, насколько же ему подходит это прозвище. Настоящая скала, жесткая и бесчувственная. Но как выяснилось, трогательно заботящаяся о семье.

Неудивительно, что Алтан холодно отнесся к навязанной жене. После смерти единственного близкого человека поспешная свадьба воспринималась жестокой шуткой.

Да еще и супруга подлила масла в огонь, того не подозревая.

Принцесса Юлиань в оригинале была довольно избалованной штучкой. И, естественно, попыталась добиться от степняков нужного уровня почтения и роскоши.

Не вышло. Мало того, ее заточили в одном из шатров за неподобающее поведение. Тонкие тканые стенки — так себе преграда для ветра и холода, но долгая изоляция и невозможность размять ноги воздействовали на привыкшую к иной жизни девушку угнетающе. Муж игнорирует, служанки не понимают ни слова, воины насмехаются, не позволяя и шага ступить на свежий воздух.

Возможно, доведенная до отчаяния Юлиань и догадывалась, что в отваре яд. Слишком отрешенный у нее был вид, когда она осушала чашу до дна. Залпом, чтобы наверняка. Иначе за чашей последовали бы стрелы, змеи и мало ли что еще…

Кстати, сестра вождя наверняка не просто так пострадала. Ведь выросшая в степи девочка прекрасно знает, что на скорпионов наступать нельзя.

Получается, опасную тварюшку ей подкинулиспециально.

И я даже помню, кто.

Только как это доказать?

— Как она? — отрывисто спросил Алтан, вновь в который раз врываясь в шатер.

Его уже трижды выпроваживали по моей просьбе, потому что нависший над головой суровый варвар не способствовал моему спокойствию, а сосредоточиться при лечении необходимо. Он бродил по округе час-другой, и снова возвращался.

Вот опять.

— Пока без изменений. Но это хорошо, — поспешно добавила я, заметив опасный блеск в глазах степняка. — Значит, организм борется. Если жар снова не начнется, к обеду она должна проснуться.

— И выздороветь?

— Скорее всего, — уклончиво ответила я.

Обещать что-то было бы слишком опрометчиво. От неожиданных рецидивов никто не застрахован.

Густые длинные ресницы Энхасан дрогнули.

— Брат… это ты? — прошелестела она едва слышно.

— Да, я здесь! Как ты? — Алтан моментально оказался на коленях у постели.

Я даже не заметила движения — раз и тут. Ох уж эти могучие воины из дорам…

— Больно, — пожаловалась девушка и скривилась. — И пить хочется. Во рту горько…

— Это лекарство, — пояснила я. — Чтобы избежать инфекции… то есть ухудшения болезни.

Но в терминологию никто вникать не собирался.

Алтан удивительно бережно сжимал худенькую руку сестры и, судя по повлажневшим глазам, с трудом сдерживал слезы облегчения.

Я поспешила спрятать улыбку, сделав вид, что страшно занята котелком с отваром.

Вот тебе и суровый воин.

После кризиса Энхасан быстро пошла на поправку.

Порывалась все время встать и бежать заниматься своими обожаемыми лошадьми, но тут я была непреклонна. Отдыхать, приходить в себя, менять повязки регулярно — не хватало только заражение крови получить или еще какую дрянь. К счастью, любящий брат меня поддержал и категорически запретил вставать с постели дней пять.

Идиллия продлилась примерно до обеда.

А вместе со служанками, притащившими ароматный плов и молочный чай, в шатер ворвался гонец.

Он пал лбом в пол перед Алтаном и что-то встревоженно залопотал. Брови вождя сошлись на переносице.

Я тоже насторожилась.

— Здесь твой муж. Он требует тебя вернуть. Никто не смеет что-то требовать от владыки степей! — разъярённо рявкнул кочевник.

— Возможно, это неправильный перевод… не дословный, — попыталась я сгладить ситуацию.

Но меня ухватили за локоть и выволокли наружу.

На вытоптанной площадке в центре поселения на коленях стоял Тьенхэ.