Нинель Мягкова – Магия льда для чайников (страница 17)

— Тоже переодевайся, пойдешь с нами. Как раз со всеми познакомишься, — постановила та и, изображая ладонями веник, «вымела» брата с приятелями из спальни. — Вы давайте отсюда, за обедом поболтаете.

— А во что переодеться? — уточнила не слишком уверенно, глядя на выданную стопку одежды.

— В юбку подлиннее.

Госпожа Ильмина подлетела и молниеносно отобрала то, что нужно. Кроме юбки — рубашку с узкими рукавами, тонкий корсетного вида жилет — чтобы видно было осанку, наверное, и узкую ленту, которой предполагалось собрать волосы.

У Кристель — у меня — они были длинные, светлые до белизны. Как и у большинства присутствующих девочек, у брата и его друзей. Видимо, отличительный признак водной магии. Тугой пучок наставницы отливал темной рыжиной. Либо иной дар, либо вообще без него? Не уверена.

Обуви мне дали аж три пары, каждая в дерюжном мешочке. Тапочки, похожие на балетные, туфельки на небольшом каблуке и полусапожки с тонким слоем меха внутри. Мои нынешние — гораздо теплее, но не уверена, что мне позволят их оставить.

Покосившись на остальных, поняла, что сейчас время каблуков.

Девочки построились парами, я осталась одна. Но госпожа Ильмина тут же встала рядом.

Мы с ней двинулись замыкающими короткой колонны, и по дороге в бальный зал — здесь и такой имеется! — она рассказывала мне об устройстве приюта. Похоже, я не первая такая дикая, жизни не знающая, не понимающая элементарных вещей.

Групп было всего шесть. Делились они по полу — пополам — и по возрасту. Младшая, средняя и старшая. Больше градаций разводить смысла не было — в приют попадали в основном осознанные подростки, детей моложе десяти на все здание было человек шесть. Ими занимались две нянечки, по очереди. Подрастут — войдут в младшую группу.

На одаренных и неодаренных не делили. Водники ходили на дополнительный предмет — основы магического искусства — в свободное от иных уроков время. Меня сначала проэкзаменуют, посмотрят на уровень владения силой и добавят в один из классов. Скорее всего, к брату.

Что касается дара, разделение происходило по уровню, а не по возрасту. Чем выраженней сила, тем тщательнее нужно заниматься с будущим водником.

Я прямо-таки предвкушала первое занятие.

Танцы тоже порадовали.

Девочки занимались отдельно от мальчиков, что уже говорило о многом.

Нас выстроили вдоль стены в просторном зале с низким потолком. Подпрыгивать слишком высоко рискованно: если вытянуть руку и подняться на цыпочки, вполне реально дотянуться до неровной штукатурки.

Но прыгать никто нас заставлять и не собирался.

Вместо музыки служили небольшие колокольчики, которые выдали трем девочкам. Ритм задавала сама наставница, остальные подзванивали в такт.

Соединив ладони, по цепочке, как стояли, мы поползли длинной змеей вслед за указующим перстом госпожи Ильмины. По кругу, зигзагом, спиралью. Максимум активности — когда приходилось поднимать сцепленные руки, чтобы под ними проскользнуло очередное «звено» живой цепи.

Небольшое перестроение, и шесть девочек образовали внутренний круг, оставшиеся двенадцать — внешний. Я оказалась тринадцатой, меня приняли с заминкой, сбившись с шага, за что получили осуждающий взгляд наставницы. Но не более.

Ученицы действовали уверенно, привычно переходя с позиции на позицию. Видно, что каждый раз происходит примерно одно и то же.

Внутренний хоровод закружился по часовой стрелке, мы снаружи — против.

Мгновение тишины, остановка.

Смена направления.

— Вы сегодня умнички! — захлопала госпожа Ильмина. — Бегом, освежитесь, переоденьтесь и на обед!

— И все? — вырвалось у меня.

Нет, в качестве легкой разминки сойдет. Но вот это — танцы?

— Да, надеюсь тебе не сложно будет запомнить движения до следующего занятия? Потренируйся, попроси кого-нибудь. Хотя у тебя и так неплохо получается. Тебя родители обучали дома? — неправильно поняла мой возглас наставница. Решила, что я так стону от перенапряжения.

— Нет, я первый раз, — пробормотала растерянно. — А когда следующее занятие?

— Через неделю! — жизнерадостно заявила дама, распахивая двери.

В помещение ворвался прохладный воздух и только сейчас я поняла, насколько здесь душно. Полная изоляция имеет свои плюсы и свои минусы.

Лучше бы на улице чем занялись, честное слово. Снеговика там слепили, или замок построили. Все полезнее.

— Расписание я тебе вечером дам. Ты же читать умеешь?

Я неуверенно кивнула. Проверять образованность Кристель в этой области мне еще не приходилось. Но не совсем же она дикая была!

— Ну вот и хорошо, — удовлетворенно кивнула госпожа Ильмина. — Вижу, ты девочка покладистая, быстро освоишься.

На обед давали гороховый суп с редкими вкраплениями чего-то мясного и кашу. Из чего была каша, я определить не смогла, похоже на особый сорт чечевицы или еще каких бобовых.

С братом поговорить мне до вечера больше не удалось. После еды нас ждало пение, затем каллиграфия — мелом на грифельных пластинах.

Бумага-то дефицит, кто ее сиротам доверит.

Расписание мне тоже выдали на небольшой металлической пластине с тягучим глиняным покрытием, с наказом зазубрить и вернуть обратно.

Обращаться с пластиной нужно было осторожно, сверху ничего не ставить и вертикально долго не держать, потому что смесь начинала размазываться и плыть. Глубоко и уверенно прокарябанные штрихи складывались в буквы и цифры.

Читать я умела. Облегчение вырвалось с глубоким вздохом.

Заняты оказались все семь дней недели. Похоже, начальство решило, что излишек свободного времени детям ни к чему.

С одной стороны, это правильно, с другой — капитально усложняло мне жизнь. Я-то хотела еще разок наведаться к знакомому куполу, навестить духа, может, еще грибочков набрать — не на продажу, себе лично в пользование.

А тут засада.

Кроме танцев, раз в неделю у нас планировались занятия по истории, математике и письму. Не тому, которое каллиграфия, — то отдельный предмет, скорее рисование, чем литература. А именно грамотности и слогу посвящался лишь час. Зато шитье — через день, вышивка — в промежутке, уборка дважды в неделю, дежурство на кухне — раз в месяц. Еще искусство ухода за собой, этикет, музыка — спаси богиня!

Девочек явно готовили к роли любовниц или знающих свое место, как деликатно выразился Тайринг, жен. Усладить взор, поддержать беседу, возможно, даже вести хозяйство — небольшое, скромное. Кто ж из богатых возьмет водницу замуж?

Единственное, что меня порадовало — забота о птице и скотине. Хоть так на улицу попасть иногда!

Прогулки расписанием не предусматривались. Когда я спросила об этом у девочек, на меня посмотрели странно.

— Там же холодно! — выразила общее мнение моя соседка Линка. Она спала через две кровати от меня и охотно взяла шефство над новенькой.

Не без надежды снова увидеться с Каем, как мне кажется.

«Снаружи приют казался куда мрачнее, чем изнутри», — подумалось мне в полусне. Вроде бы не так все и плохо. Голодом не морят, тепло, атмосфера в целом доброжелательная. Некоторые минусы вроде отсутствия свежего воздуха можно постепенно компенсировать самостоятельно.

В конце концов, есть еще ночь!

Глава 10

Попытку добраться до оазиса под куполом пришлось отложить на неопределенный срок.

Во-первых, рисковать сразу ни к чему.

Я новенькая, на меня сейчас направлены все взгляды — как преподавателей, так и учеников. Вольно или невольно они следят за каждым моим шагом. Сомневаюсь, что меня погладят по головке, вздумай я отправиться ночью невесть куда, да еще и брата с компанией прихватив. А план был именно таков — договориться с хранителем, чтобы ни одного из нас не приняло Древо.

А во-вторых, силенок у меня пока маловато, чтобы кого-то в чем-то убеждать. А если нас поймают? Я ни единого щита не поставлю, разве что светлячком погрозить могу. Нет, сначала нужно прокачать резерв, а уж потом объясняться с духами.

Из того, что произносилось преподавателем на уроке общей истории, и со слов Кая складывалась безрадостная картина. Но я не представляла масштабов катастрофы, пока не попала на занятие по прикладной водной магии.

Их проводили дважды в неделю после обеда. Меня определили в группу к брату, что особо порадовало. Вильда и Тайринг занимались в более слабой, в другой день.

Собственно, нас — сильных одаренных — на весь приют было всего четверо.

Специально для такого случая я не стала тратить ни капли магии с утра, предвкушая феерические открытия в области местной магии.

Сарказм, разумеется.

Господин Бранфельн не подвел.

Урок проходил в небольшой пристройке рядом со скотным двором. До нее пришлось дойти по улице, и я остро прочувствовала недостаточность одежды. Сапожки выдержали, а вот жилетки явно было маловато. Но ни шуб, ни пальто, ни мало-мальских плащей нам не выдали, что тоже наводило на определенные мысли. Нас не собираются выпускать в «поля», чтобы, не приведи боги, не научились обращаться с магией самостоятельно. Ведь когда маг попадает в родную стихию, волей-неволей подстраивается. За столько лет запросто могли и открытия совершить, и заклинания модифицировать чисто на везении и пробах с ошибками. А раз ничего такого не произошло, значит, правящей верхушке этого не нужно.

Ходили слухи, что кому-то из водников удалось даже в академию в столице поступить. Ведь там не важна направленность дара: главное — умение им управлять. Но происходили те одаренные из династий с деньгами и титулом. Неизвестно еще, сильны они были на самом деле или просто диплом красивый получили.