Нинель Мягкова – Исцеляющая тьмой. Второй шанс (страница 36)

Так что по широким мраморным ступеням я поднималась в сопровождении неизменной Камалы с одной стороны и тана Сакда — с другой. Начальник дворцовой стражи всерьез воспринял поручение таммавата присматривать за мной и сопровождал во всех поездках и походах по городу. И сейчас тоже не оставил.

Я была признательна обоим.

Вопреки доводам рассудка, меня слегка потряхивало. Чутье подсказывало, что церемония без казусов не обойдется.

— Некромантия — темное, недостойное благородной девы занятие, — назидательно поведал жрец вместо вступления.

Внутрь храма посторонних не пустили. Дед тоже подозревал нехорошее, потому настоял на интимности процесса. Мол, внучка его еще маленькая, стесняется. Так что только свои — и служители пресветлой.

Невидимый хор откуда-то с высоты тянул на одной ноте заунывное вступление. В воздухе тяжелым облаком витал аромат сандала, пачули и жасмина. Последний естественного происхождения — весь алтарь передо мной густо украшала россыпь мелких цветков, подношение светлейшей Лаандаре.

— Уж что выдали, тем и перебиваемся, — подражая интонацией деревенской побирушке, протянула я и занялаположенное место.

Пол зала был выложен в форме восьмиконечной звезды белыми, золотыми и ярко-желтыми плитками. Я ступила в самый центр, и преломляющийся в сотнях стекол солнечный свет на мгновение ослепил меня.

По гулкой пустоте рассыпался жемчугом тихий женский смех.

— Не гневи богиню, — проворчал жрец, будто не слыша ничего. — Развивала бы лучше целительство, сие дело угодное.

Или на самом деле не слыша?

У меня галлюцинации? Надышалась благовониями?

— Итак, приступим. Зачем ты явилась сегодня в обитель света, юная дева?

— Прошу милости пресветлой Лаандары! — заученно выдала я.

За спиной кто-то снова отчетливо хихикнул.

— Вознеси дары! — повелительно махнул рукой жрец в сторону алтаря.

Камала поспешно сунула мне в руки заготовленную золотую чашу.

В принципе, форма значения особого не имела. Можно было и серьги нести, и кольца, и меч фамильный в золоченых ножнах. Главное, чтобы камней на нем побольше и стоимость повыше. Богиня… то есть ее служители не привередничали.

Тяжеленная посудина оттянула руки, но три шага, отделявшие меня от алтаря, я проделала с достоинством и выпрямленной до хруста спиной. Аккуратно водрузила чашу на свободное место и поклонилась, сложив ладони перед грудью.

— Прими мой скромный дар, пресветлая Лаандара, и благослови на свершения.

Звучит пафосно, но в моем случае вполне актуально.

Яркий солнечный блик заплясал на поверхности чаши. Нырнул в углубление и растекся жидким маревом по донышку.

Жрец ахнул и рухнул лбом в пол.

Я вздрогнула от резкого звука, покосилась на затихшего служителя и вытянула шею, изучая явление.

— И что мне с этим делать? — вопросила шепотом пустоту. — Пить? Не траванусь? Я все-таки некромант. Мало ли что со мной чистый свет сделает…

Беседовать с самой собой странновато, но с кем еще обсудить непонятную ситуацию? Мои спутники по примеру жреца точно так же лежали лицом вниз, пораженные милостью пресветлой.

Осторожно подняла чашу и покачала ее туда-сюда. Жидкий огонь перекатился следом, как огромная капля ртути. Ассоциации не самые приятные.

Нет, внутрь я это точно не приму.

Жаль, что кота не взяла с собой. Только сейчас в голову пришел вопрос — знает ли Лаандара о плане Мараям? И как к нему относится? Поддержит меня или же попытается уничтожить?

Впрочем, не факт, что Тьмок в курсе. Богини ему вряд ли отчитываются о своих намерениях.

— Камала, подай флакончик, — попросила я негромко.

Служанка отозвалась не сразу. Приподняла голову, убедилась, что я все еще жива и перед ней, и лишь потом полезла в объемную сумку. Праздник праздником, а ее обязанности никто не отменял. Мало ли что госпоже понадобится! Например, духи освежить, или губы намазать чем.

Моя помощница всегда отличалась редкой предусмотрительностью, а еще отчаянно не любила выбрасывать полезное. В частности, полупустые пузырьки. Вот и сейчас, покопавшись, выудила небольшой флакончик со смесью трав от насекомых. Комары пробудились чуть ли не первыми и порядком досаждали, так что стоило нам устроиться в беседке для чаепития или выйти гулять в сад, Камала насыпала щепоть пахучей трухи в специальный кармашек в рукаве.

— Надеюсь, богиня не обидится такому соседству, —пробормотала себе под нос, вытряхивая остатки прямо на пол и осторожно переливая содержимое чаши в освободившуюся емкость.

Судя по тому, что сияние не померкло, Лаандара против не была.

Матовое стекло засияло, словно внутри поселился небольшой светлячок. Я тщательно закупорила крышечку, посмотрела на свет, проверяя, не пошел ли флакончик трещинами.

— Говорите, не выветрится еще несколько месяцев? —уточнила у замершего в неподвижности жреца.

— Не ведаю, танари. Раньше подобного не происходило! — слегка дрожащим голосом прокряхтел он, не поднимая головы.

— Ну что ж. Теперь, когда мы знаем, что пресветлая Лаандара внимательно наблюдает за всем происходящим в храме, нам стоит быть более осмотрительными. И следить за своими помыслами, — глубокомысленно заявила, не глядя в сторону служителя.

Подозреваю, тот и сам уже пожалел, что затеял аферу с благословением. Или же теперь решит, что лично богиня поддерживает его начинание, и удвоит усилия. Тут еще неизвестно, что жрецу в голову взбредет и как можно истолковать сие знамение. Постараюсь направить его мысли в нужное русло.

— Странно, что раньше благодать не изливалась вот так, материально, — протянула, оставляя чашу на алтаре и отступая на шаг. Больше туда ничего не пролилось, сеанс одарения завершился. — Наверное, что-то не так делали. Мне кажется, вам стоит дождаться указаний — как правильно просить ее милости. Вдруг аскеза и медитация поможет? Я вот отказалась на месяц от украшений и развлечений, много размышляла и училась новому. Вероятно, это угодно богине более, чем богатые дары.

— Но ваше подношение довольно ценно! — робко возразил жрец. От возмущения он аж приподнялся и на колени присел, чтобы доступнее донести до меня свою версию. — Это же золото! Оно угодно пресветлой!

— Разве чистота души и свет добродетели не важнее блеска монет? — философски изогнула бровь и многозначительно покачала светящимся флакончиком. —Попробуйте, возможно, вы очень удивитесь.

Отвесила еще один поклон алтарю, развернулась и постучала по плечу тана Сакда.

Камала уже вскочила и притоптывала на месте, как норовистый конь, от нетерпения — ей явно хотелось обсудить произошедшее на ее глазах невероятное чудо.

Неудачно получилось, я-то надеялась поколебать ее веру, а вышло наоборот. Ну да ничего, зато я теперь официально одобрена высшими силами. И больше шансов,что к моим словам прислушаются.

Старый воин не торопился. Он поклонился сначалапребывающему в прострации жрецу, затем алтарю —дважды — а после мне, причем ниже всех предыдущих.

— Поздравляю, танари. Надеюсь, все задуманное вами осуществится в полной мере, — с достоинством пророкотал он.

Я едва удержалась от скептической гримасы.

Надо куда-то засунуть предательский флакончик, чтобы никакой фанатик не стащил, а то отравится еще. И анализ провести — что это за ядреная жидкость мне перепала.

*нак-чампа — благовоние для сосредоточения и расслабления. Одно из самых популярных в Тайланде

** Падук (Pterocarpus indicus).

Цветы: золотисто-жёлтые или оранжевые. Расцветает в начале весны и ассоциируется с обновлением и энергией.

*** Cassia fistula: дерево золотого дождя.

Цветы: ярко-жёлтые грозди, цветут в марте-апреле.

Символизирует процветание и королевскую власть.

Глава 23

Дар Лаандары изучали всей академией.

Резюме было неутешительным: ученые понятия не имели, чем меня эдаким осчастливили. Выдвигали разные версии, от сгущенных солнечных лучей до слезы самой пресветлой, но поскольку отщипнуть от благодати для подтверждающих экспериментов не выходило, постановили:хранить на полочке и восхищаться.

От греха.

Зато Тьмок знал.

— Чистая целительская энергия, — порадовал котенок, нюхнув открытый флакончик. — Пр-р-равильно сделала, что не выпила. Иначе твоей некромантии пришел бы конец. Стала бы лекарем, без вариантов.

— Такое возможно? — изумилась я.

Всегда считала, что с каким даром родился, с тем и умрешь.

— В данном случае это воля богини, так что возможно все, — пушистик философски почесал за ухом, — вернуться в прошлое раньше ни у кого не получалось, вообще-то.