Нинель Мягкова – Исцеляющая тьмой. Второй шанс (страница 35)

«Ты-то как можешь это гарантировать?» — хотела я ляпнуть, но после сообразила: я же родственница таммавата! И всем уже известно, что дед мне благоволит. Пусть кто-то попробует меня завалить на теоретическом экзамене, даже если я буду нести полную ахинею!

Что же касается практики, то выжить на благословенном острове Равиньян может даже ребенок. Самое сложное —добраться из точки А в точку Б и не заплутать на несколько суток по дороге.

Ну, и найти то, что припрятали организаторы. Каждый год это разные предметы, чтобы подогреть интерес аудитории.

Ведь инициация — это не только испытание молодежи. Это еще и развлечение для многих островитян, как обитателей Равиньяна, так и остального архипелага. Случается оно не каждый год, а потому народу поглазеть обычно собирается немало. А это — внушительная прибыль для экономики острова и государства в целом.

— Буду вам весьма признателен, — склонил голову таммават и бросил на меня быстрый цепкий взгляд.

Проверял, не начну ли громко скандалить и возмущаться?

Я же не дура.

Что ж, воспримем визит в храм как разведку боем. Заодно осмотрюсь лично, прощупаю на предмет наличия божественной энергии.

Котику моему тоже не помешает проникнуться благодатью.

*бат — золотой в местной финансовой системе

Глава 22

Тьмок от перспективы в восторг не пришел.

— Какого сварга? — мяукнул он раздраженно. — Мне от той деревяшки чуть дурно не стало, а ты меня в рассадник света засунуть хочешь?

— А что, таки есть эффект? — заинтересовалась я.

— От нее воняет! Сандал, нак-чампа*, и еще дрянь какая-то незнакомая, не разберу. У меня знаешь, какой чувствительный нюх? А тут такое!

— Мой ты несчастный! — с долей искреннего сочувствия я подняла пушистика на колени и принялась наглаживать, чтобы смягчить его участь. — Но со мной пойдешь все равно. Одной мне, что ли, мучаться?

Собственно, у меня после торжественного обеда тоже имелся лишь один вопрос:

— Тан Чантана, я вас безмерно уважаю, но… какого сварга? — вертя в руках бесполезный кусочек дерева, подаренный служанкой, вопросила я. — Зачем нужно было устраивать этот фарс? Какое, в бездну ночи, благословение?

— А что, тебе от него станет нехорошо? — не на шутку встревожился дед.

— Нет, конечно! — фыркнула я и не слишком уверенно добавила: — Не должно.

— Ты в храме когда была?

— Не помню… — проблеяла, судорожно вспоминая редкие визиты в средоточие добра.

Восьмой день после рождения, наверняка. Во время свадьбы — но то, наверное, не считается, поскольку еще не произошло. И скорее всего, не произойдёт. На похоронах пра. И еще одной дальней родственницы — года два назад. На этом, пожалуй, все.

— Если во время церемонии почувствуешь себя плохо, скажи. Мои слуги тебя выведут. Скажут, надышалась, натура тонкая, девичья. Но обряд пройти надо обязательно, особенно учитывая то, что ты мне рассказываешь.

— Я вам ничего особо не рассказывала, — проворчала, отводя глаза.

Становиться подопытной мышкой в неясных целях не хотелось.

Таммават уставился на меня немигающим пристальным взглядом. Его кабинет, куда мы переместились после ужина, заливало холодное, почти зимнее солнце. Снег уже выпадал дважды, но не задерживался. И не задержится — сам факт его появления удивителен. Зимы на архипелаге куда мягче континентальных.

— Ты так уверенно рассуждаешь о будущем, будто видела его своими глазами. Не смущаясь, говоришь о вещах, неизвестных нормальным подросткам. Рискуешь жизнью и всеми окружающими, втягивая их в свой замысел, — медленно, весомо перечислил дед. — Твой план наверняка куда масштабнее, чем просто «уехать в Скайгард и поступить в академию». Я не хочу знать подробности, но должен быть уверен, что тебя не остановит какая-нибудь глупая случайность.

— Например? — против воли голос дрогнул.

Втягивать в замысел и рисковать кем-то получилось само собой, точно не по моей воле. Я собиралась собственными силами разворачивать маховик событий в нужную сторону.

В какой момент все изменилось?

Когда меня поддержала матушка?

Когда мне удалось убедить дядю в серьёзности происходящего?

Или же раньше, еще когда пра показала таммаватутемную сторону магии?

Возможно, поговори я в прежней жизни с дедом, он позволил бы изучать некромантию и остаться при дворе.

Был бы от меня толк в таком случае?

Без дневников пра, без архива, без опыта битв?

Вряд ли.

Полегла бы вместе со всеми в первую волну прорывов или чуть позже, неважно.

Спираль времени неизбежна.

Изначально человечество было обречено на тщетные попытки сдержать лавину тварей. Глухая оборона, без просвета надежды.

Но сейчас у него появился шанс.

У всего человечества, не только у меня. И я не имею права этот шанс утаить.

— Например, если ты влезешь в какую-нибудь сомнительную авантюру с участием некромантии, — отрезал дед. — В случае чего у тебя всегда будет возможность продемонстрировать сертификат благословения и объяснить, что все случайности произошли по воле пресветлой, а ты здесь ни при чем.

Это же… гениально!

Вот старый интриган! Сразу видно, кто в заговорах собаку с кошкой съел.

— Тан Чантана, я вас официально уважаю еще больше,— с легким поклоном я привстала из глубокого кресла для посетителей и нырнула обратно. — Вы умеете смотреть в самую суть.

— Рад, что сумел тебя впечатлить, — хмыкнул таммават. И не понять, шутит или серьезно. — Надеюсь на ответную любезность.

— Какую именно?

— Перед тем как уедешь, оставь нам небольшую инструкцию. Дат не прошу, но хоть в общих чертах — где, в каком количестве, что делать.

Дед помолчал, глядя в окно на планирующий рыжий лист.

— Не люблю чувствовать себя беспомощным. Даже к цунами можно и нужно подготовиться. Особенно если знаешь, что оно наверняка обрушится на берег.

Церемонию благословения подгадали к первому дню весны.

До инициации оставалось еще два месяца, но, как заверил пройдоха-жрец, «выветриться оно не успеет».

На всякий случай я за зиму трижды побывала в храме. Один раз еще и протащила в сумке знатно раздавшегося вширь Тьмока.

Свет нас не озарил, молнией не поразило, разве что горло саднило потом, но это как раз вполне объяснимо: ядреной смеси для благовоний в центральном зале не жалели.

В общем, я решила, что процедура вполне безопасная.

С утра Камала самолично, не доверяя дворцовым служанкам, помогла мне облачиться в праздничные одеяния. Многослойное платье из сияющего жемчужногошелка, сверху меховая накидка — немного излишняя, как по мне, но аристократке положено быть изнеженной и постоянно мерзнуть. И куча украшений в волосы, чтобы звенели при каждом шаге, отгоняя злых духов.

Представив себе разбегающихся от бряцания подвесок краянгов, я нервно хохотнула.

Потусторонним сущностям вроде зомби тоже плевать на звуковое оформление — они кушать хотят, и если в арсенале некроманта не найдется нужного заклинания упокоения, им тоже подзакусят. А шпильки сгодятся в зубах поковырять.

Кота с собой все-таки брать не стала.

Жрецы не поймут.

Да и благословлять животных они пока что не додумались. Буду надеяться, что сертификата о благонадежности хватит на нас двоих.

Из дворца к храму меня доставила колесница, запряженная двумя белоснежными кобылками. Горожане, обрадованные неожиданным праздником, горстями бросали им под копыта лепестки падука** и кассии***.

Дед предлагал по такому случаю пригласить во дворец матушку, но я решила не рисковать. Ни к чему тревожить танну Рангсин известием о грядущей инициации. А если она начнет расспрашивать, с чего вдруг мне вздумалось благословляться, неприятного разговора не избежать.