Нинель Мягкова – Исцеляющая тьмой. Второй шанс (страница 38)

Огненная танари отправилась в чащу первой. Стоило ей скрыться из виду, следом уверенной рысцой потрусил юный тан Винай. Он среди всех соискателей выделялся шириной плеч и статью — недаром всю весну усиленно занимался физической подготовкой.

Немногочисленные девушки проводили его заинтересованными взглядами. Все, кроме меня — я больше интересовалась крадущимся вдоль опушки Тьмоком.

Защитный барьер кот преодолел, не заметив. Я выдохнула и спохватилась, что моя очередь уже подошла.

— Удачи вам, танари! — проверещала вслед Камала.

Тан Ямрит молча стоял среди зрителей, лишь небольшим кивком выразив свою поддержку.

Я помахала рукой, не оборачиваясь, и бодрым шагом пересекла невидимую черту, отделяющую полигон от леса.

В отдалении брели два мага-целителя. Я чувствовала их теплые родственные ауры на уровне подсознания — два светлых пятна на темном фоне.

Оставлять детей без присмотра никто не собирался.

Иногда бывают ситуации, когда и кнопку нажать не успеваешь. Тогда-то на помощь и приходят наблюдатели.

Проигрыш не смертелен. А вот захлебнуться в реке или удариться головой о камень при падении — очень даже. Один сигнал в медицинский центр — и бригада дежурных целителей поспешит на помощь, сминая посадки мощным артефактным мобилем-вездеходом. Раньше держали конюшню с быстрыми и выносливыми конями, привычными к скачкам по пересеченной местности, но прогресс на месте не стоит.

Первые минуты пути напоминали прогулку в парке. Солнце припекало совсем по-летнему, пришлось расстегнуть накидку и снять перчатки. Их я надевала не из любви к красоте или теплу, а чисто из практических соображений. Наломать веток для костра или лапник для лежанки голыми руками не так-то просто.

Между деревьями то и дело мелькала черная шкурка Тьмока. Ко мне он не подходил, опасаясь посторонних. А наблюдатели, как назло, держались неподалеку.

«Дед попросил присмотреть за непутевой внучкой», — сообразила я. Ну, удружил. Что поделать, придется ночью ускользнуть от непрошеных охранников.

Ни воды, ни еды нам не выдали.

Меня это не пугало. Ручьи на Равиньяне редкостной чистоты, а найти полянку с грибами-ушанками или дерево с изогнутыми стручками тамаринда* в разгар весны не составит труда.

Первую ленту нужного цвета — сиреневую с оранжевыми полосами — я обнаружила довольно быстро, ближе к обеду. Солнце припекало макушку, прикрытую капюшоном, пчелы лениво жужжали, перелетая с цветка на цветок.

Я обошла малознакомого парня из новеньких —кажется, маг воды — грызущего недозрелое манго прямо под деревом. Поморщилась, представив кислятину, и свернула левее — вслед за черным хвостом.

Похоже, Тьмок что-то почуял.

*Тамаринд — фрукт в кожуре, напоминающей скорлупу арахиса, на вкус как финик

Глава 24

Протоптанные тропинки остались далеко позади.

Все чаще мне приходилось обходить заросли, прорубиться сквозь которые без острого ножа было бы невозможно. А оружия нам, само собой, не полагалось —несовершеннолетние же.

Кот пер напролом, уже не стесняясь и не скрываясь.

Если кто сюда и забредет из охраны, что мне могут вменить? Сбежавшее из комнаты животное? В правилах по этому поводу ни слова.

По коже потянуло морозом. Слишком знакомым, чтобы отмахиваться от нехорошего предчувствия.

— Тьмок, стой! Ты тоже это чувствуешь? — прошипела я, сбавляя ход и пригибаясь ниже, по приобретенной за годы военных действий привычке.

Сварги частенько нападали из засады, скрываясь за толстыми стволами деревьев и сливаясь с корой, а после взмахивали обеими верхними конечностями разом. Внешне те больше всего напоминали лапы гигантского богомола, не только покрытые шипами, но и острые как бритва. Раз — и нет головы. Сколько наших ребят так полегло, просто оттого, что не успели вовремя присеть…

Потом-то ввели протокол действий в ситуации, когда прорыв поблизости. Кто из него успел выбраться —неизвестно, потому предусмотрели все варианты. Не всегда набор был одинаковым: иногда налетали стаей юркие натвиги, в другой раз все заливали ядреным ядовитым желе гломы, а когда и все вместе атаковали — подобные атаки приобретали код «черный».

Как раз во время такой я и попала в прошлое.

Пушистик послушно вернулся и потерся щечкой о мои сапоги.

— Ты о че-ум? — спросил он.

— Нехорошее что-то в воздухе. Как будто прорыв, но не совсем.

— Мы как раз туда и идем! — невпопад сообщил кот и снова нырнул в чащу.

Пришлось лезть следом, потому что на этот раз кружных путей не предвиделось.

На четвереньках я преодолела целый лабиринт спутанных ветвей и корней и выбралась на относительно свободное пространство.

Здесь вибрации тьмы ощущались куда четче, и прежде чем подняться, тщательно осмотрелась — как обычным зрением, так и магическим.

— Это что, алтарь? — не выдержав, спросила у кота очевидное.

— Да-у! Скажи, красивый? Лучше чем у Лаандары! —гордый Тьмок прошествовал по поляне и запрыгнул на выступающий посередине алтарь из обсидиана.

Кто-то — богиня или ее почитатели — умудрились придать огромному камню форму идеальной звезды —восемь лучей, множество граней и плоская часть на самом верху, где и устроился наглый посланник.

Сходство символики с той, что я видела недавно в светлом храме, неприятно поразило.

— Получается, именно здесь укрывались те, что искали защиты у Мараям?

Я обошла поляну кругом, оглядывая землю и растительность. Зелень чуть темнее, чем по ту сторону невидимого круга, земля вроде бы жирнее, плодороднее. Вон как трава вымахала! Однако сам алтарь ни плесенью, ни мхом, ни чем-либо еще не покрылся. Сиял, как в день создания, даже пыли не видно. Будто что-то его защищало все эти годы.

— Наверное. — Тьмок потоптался и спрыгнул обратно. — Я шел на запах. Тут пахнет темнейшей, и сильно. Хочешь у нее спросить лично?

Поколебавшись, я коснулась бездонно-черной поверхности.

И чуть не заорала, когда из меня стремительно потекла энергия. Словно гигантская пиявка присосалась прямо к резерву и тянула, тянула без жалости, рывками, разрушая с таким трудом созданные каналы.

Хрупкая структура затрещала, готовясь лопнуть под напором посторонней воли.

Кончики пальцев прикипели к обсидиану.

Я дернулась, рванулась, оставляя клочки кожи и капли крови.

Чернота на мгновение стала матовой, а когда глянец вернулся, на камне не осталось и следа.

— Это не Мараям. — зафыркал кот, отступая подальше и отряхивая лапы по очереди. Ну да, он там успел потоптаться, но на него алтарь так не реагировал. Только на меня.

Настроен поглощать людей? Или только магов?

Получается, именно так избавились в свое время от захватчиков. Скормили их божественному камню!

— Ты уверен? — поморщилась я, оглядывая кровоточащую ладонь.

Ссадины нещадно жгло, хорошо, что ничего внутрь не попало. Исцеление уже запустилось — медленно, куда медленнее, чем если бы я лечила кого-то другого, но через пару часов от ранок не останется и следа. Промою в ближайшем ручье, и нормально.

А вот с непонятным алтарем нужно что-то делать.

Можно пока оставить все как есть.

Раз до сих пор святилище никто не нашел, думаю, и не найдет. Это Тьмок сумел меня провести мимо рассеивающих внимание чар, а более в мире никто на такоене способен.

— Точно не Мараям, — прошипел кот, выгибая спину и разминая когти — то выпуская, то втягивая обратно. — Ее сила здесь присутствует, но не она создала алтарь. Это что-то другое. Что-то злое.

— Темнейшая тоже не образец добродетели, —хмыкнула я, за что получила укоризненный взгляд и фырк.

— Мараям — тьма. Темная сторона бытия. Смерть, ночь, печаль. Противоположность света, — назидательно поведал кот настолько менторским тоном, что я невольно на него взглянула — проверить, не появилась ли кафедра с указкой. Вроде пока что нет. — Без зимы не будет весны, без увядания молодость теряет смысл. Богини — две стороны одной медали, баланс, удерживающий мир на грани существования. Не будет баланса — нам конец.

— Тогда что это? — ткнула я пострадавшим пальцем в сторону обсидиана и скривилась.

Мышцу дернуло болью. Поврежденные ткани и каналы нехотя восстанавливались, но медленно, слишком медленно.

А на контролирующем магию браслете ярко сиял один из трех камней.

Ничего себе, попытку выкачать из меня все соки засчитали за использование дара! Придется дальше быть вдвойне осторожной, чтобы не призвать светлячок по инерции или еще что. Не хватало из-за такой глупости завалить инициацию!

— Не знаю. Пахнет Мараям. Но она не стала бы делать… такое, — не слишком уверенно заявил Тьмок.