Нинель Мягкова – Исцеляющая тьмой. Новый мир (страница 28)

— Где ты была? — ожидаемо поинтересовался тан Киттип. Он сидел в кресле около лестницы, ведущей к спальням, и явно меня ждал довольно давно. Похоже, несмотря на все мои ухищрения, почувствовал, когда я обезвредила следилки.

— На свидание бегала, — невинно улыбнулась я, плотнее запахивая куртку, чтобы не было видно пушистый хвост.

Тан Киттип настолько честного ответа не ожидал и закашлялся.

— С кем? — строго спросил он, постучав себя по груди и продышавшись. — Из какой семьи?

— Вы его не знаете, — попыталась я увильнуть. — И он все равно не пришел.

— Я этого так не оставлю! — рявкнул отчим неожиданно злобно. — Кто посмел обмануть мою дочь?

У меня в груди неудержимо потеплело.

Повезло же матушке на этот раз.

Я обошла тана Киттипа по широкой дуге. Несмотря на очищение, от меня все равно характерно пахло кладбищем — благовониями и сырой землей.

— Не переживайте так, — пробормотала, как мне показалось, умиротворяюще. — Мне он особо не нравится.

— Тогда зачем бегала ночью неизвестно куда? — умиротворяться тан Киттип отказался наотрез.

И я решилась.

— Позвольте, я вам все объясню. Только не здесь, — обвела взглядом полутемный холл и вздохнула.

Беседа предстояла не из простых.

Отчим насупился, но все же проследовал в кабинет.

Еще одно отличие от той жизни. Прежде в этой комнате располагалась гостевая спальня. И все время пустовала, поскольку у опальной принцессы посетители бывали крайне редко. Сейчас же помещение занял массивный письменный стол, разом сожрав половину пространства. Полки и шкаф с документами теснились вдоль стены.

Тан Киттип сел, машинально переложил папки с одной стороны на другую, поправил растрепавшуюся стопку бумаг и вопросительно на меня уставился.

Я распахнула куртку, позволяя Тьмоку перетечь на пол.

— Ты кота, что ли, ночью ловила? — опешил отчим.

— Не совсем. Он у меня раньше появился, — отмахнулась я, подходя ближе и одним глазом кося в содержимое записей.

Не спрашивать же напрямую, чем занимается и кто по профессии теперь бывший некромант?

Судя по тому, что успела углядеть — целитель.

Впрочем, неважно.

Глубоко вдохнув, как перед прыжком в воду, я создала светлячок из темной магии. Характерный зеленоватый свет перебил теплый золотистый от свечей, заплясал таинственными отблесками по стенам.

— Это что? — глаза тана Киттипа округлились, дыхание перехватило.

Он протянул вперед руку, будто пытаясь поймать что-то невидимое, но желанное.

— Почему у меня такое странное чувство? — пробормотал он себе под нос, не замечая, что говорит вслух. — Словно я чего-то лишился. Чего-то очень важного. Глупости какие, у меня ведь все есть… все, что можно пожелать.

— Не уверена, что этот дар можно пожелать. — Яперекатила огонек по пальцам, разглядывая мерцающие внутри искры. — Но насчет утраты вы правы. Вы тоже были некромантом. Можно так сказать, в прошлой жизни.

— Что ты несешь? — в голосе тана Киттипа не было возмущения или злости. Скорее тихий шок.

— Темная магия. Сила тьмы. Та, о которой вы так любезно отозвались утром как о «выдумке», — промурлыкала я, распуская поисковые щупы во все стороны.

Не зря. За стеной довольно давно лежал трупик мыши. Он успел иссохнуть и истлеть, но косточки еще держались.

При виде добычи Тьмок оживился, вздыбил пушистую шерсть, став вдвое больше, и смешно зашипел.

— Фу, это невкусно, — бросила я коту, безжалостно перенося скелетик на стол отчиму.

Останки мыши поднялись на задние лапки и исполнили отрывок из известного ритуального танца, посвященного Лаандаре. Уж эти-то традиции должны были уцелеть!

Тан Киттип мои старания не оценил. Он взирал на пляшущие косточки с суеверным ужасом, явно с трудом удерживаясь от того, чтобы осенить себя отгоняющим зло знаком.

Тот бы все равно не подействовал. Но тактичность я заметила.

— Этого не может быть, — просипел отчим севшим голосом, хватаясь за грудь. Я полезла проверить на всякий случай — ничего, просто стресс. Не приступ. — Темного дара не бывает!

— Сами сказали, вам тоскливо, будто вы что-то потеряли, — пожала я плечами. Мышь многозначительно помахала лапкой. — Вот вам и ответ, что.

— Откуда у тебя эта сила? — тан Киттип наконец началмыслить здраво.

Правильно я поступила, что рассказала. Одной мне придется долго выискивать нужную информацию и наобум лавировать в новой реальности. А так, с подсказками понимающего человека, дело пойдет веселее.

С матушкой откровенничать смысла нет. Максимум, на что она способна — запричитать до смерти. А отчим мужик толковый, соображающий и меня любит как дочь.

По крайней мере, можно надеяться на то, что жрецам меня не сдадут на опыты.

Рассказ о произошедшем со мной затянулся. За окном начало светлеть. Хотя я опускала неважные моменты и лирику, сосредоточившись на основном — тандеме Мараям-Лаандара и возникших у богинь проблемах.

— Вот и вышло, что теперь во всем мире тьма есть только у меня, — завершила я исповедь, поглаживая задремавшего на моих коленях Тьмока. — Ну, возможно еще у него, но это неточно.

Кот дернул ухом, подтверждая, что хоть и потерял способность к общению, все же понимает, о чем идет речь.

Ну, или у него просто там зачесалось.

— Вот дела, — протянул тан Киттип задумчиво. — Никто не должен об этом знать, ты же понимаешь?

Я опустила голову, безуспешно пытаясь скрыть довольную улыбку.

Как и думала, отчим сразу перешел в режим «защита семьи».

Глава 18

Мы проговорили до самого утра.

Спать никому из нас не хотелось. Какой уж тут сон, когда речь идет о выживании? И не только моем, но и всего сущего. Тан Киттип проникся проблемой баланса и всерьез распереживался, что у Лаандары не хватит сил удержать мир в гармонии.

— А если тьма опять попытается захватить мир? — допытывался он у меня, как у самой посвящённой.

Мне оставалось только пожимать плечами — откуда я знаю, что произойдёт в отсутствие одной из высших сил? Тем более она совсем-то не пропала. Часть ее таится во мне, в Тьмоке… И на кладбищах, стыдливо прикрытых куполами света.

И во что может мутировать последнее — неизвестно.

— Давай сходим посмотрим, что ты там ночью наворотила, — решительно постановил тан Киттип.

— Сходим. Только можно сначала позавтракать? — жалобно попросила я.

Желудок подтвердил отчаянным урчанием.

Выложилась я ночью прилично и рассчитывала поспать, а не объяснять несколько часов подряд суть мироустройства.

— Да, конечно. Перерасход энергии, растущий организм… обязательно! — забормотал тан Киттип, обнажая свою целительскую сущность.

Все же дар сильно влияет на человека. Или отношение к обладателю дара со стороны общества?

Раньше, с некромантией, отчим был более замкнутым и угрюмым, хотя все так же трогательно заботился о матушке. Сейчас же он открытый и доброжелательный, как и положено лекарю.

Однако судя по реакции на демонстрацию темной магии, тан Киттип по ней подсознательно скучал. Все-таки она была его неотъемлемой частью в иной реальности.

Специалист бы написал пространную научную работу на тему многогранности вероятностей.

Я же просто отправилась завтракать.