Нинель Мягкова – Исцеляющая тьмой. Новый мир (страница 30)

Звучало это скорее как приказ, но спорить мы с таном Киттипом не стали.

Не в том положении.

Мы практически шпионы в тылу врага. Особенно я, отчим больше за компанию. Но в случае чего отвечать придется обоим.

Подсознательно я ждала золотого сияния, явления очередной порции поблескивающей концентрации магии жизни или потустороннего голоса с небес.

Но ни того, ни другого не дождалась.

Лишь многоголосый хор где-то под куполом тянул торжественные ноты во славу богини, да трепетали на сквозняке многочисленные свечи.

Если честно, я испытала некоторое разочарование.

Как все было бы просто, дай Лаандара понять окружающим, что я своя, нормальная и приличная танари. Несмотря на темный дар.

Но нет. Опять самой выкручиваться и всем доказывать, что я не порождение бездны.

В отличие от внутренностей храма, внешняя часть отличалась от той, что я помнила. Особенно пристройки. Жилой флигель разросся, кельи теперь плавно переходили в казармы. А к хозяйственной с загоном для скота и птичником добавился плац и полигон для воинов.

Жрецом мог стать любой верующий. А вот чтоб нести свет в массы и противостоять тьме, требовался сильный дар. Целительский, светлый. Как ни странно, теперь в лекари редко шли сильные маги. Чаще они становились бойцами во имя Лаандары.

И многие из тех, что сейчас защищали людей от духов и умертвий, прежде были некромантами. В иной жизни.

Тан Киттип мне успел рассказать немного о себе. Недостаточный объем резерва не позволил отчиму влиться в ряды воинов пресветлой, потому он служил целителем в городской больнице. Из тех семейств, кого он перечислил как достаточно одаренных — и мне знакомых — чуть ли не большинство ранее принадлежало к темным ветвям последователей Мараям.

Удобно Лаандара устроилась. Присвоила себе почитателей сестры.

Глава 19

На службу мы попали к самому завершению. Народу в храме было немного — сказывался будний, не праздничный день. Да и время шло к обеду. Хоровое пение и короткая проповедь предназначались скорее послушникам, чем прихожанам.

Ничего нового из речитатива во славу Лаандары я не вынесла. Славься свет, сгинь тьма. Все как в прошлой жизни. Только сейчас немного непонятно, насколько капитально вторая должна сгинуть.

— Присоединитесь к нашей скромной трапезе? — любезно предложил тан Ямнон на правах давнего знакомого.

Мы с таном Киттипом переглянулись, я едва заметно кивнула. Раз уж пришли, грех не воспользоваться случаем вызнать побольше.

Отчим, конечно, бывал здесь и не раз, но не особо обращал внимание на то, как все устроено. Повседневные, привычные элементы не бросаются в глаза. Он ведь вырос в этой реальности, с осознанием всемогущества единственной богини и вредоносности тьмы, которая сводится к неразумным прожорливым порождениям с кладбища и редким явлениям неупокоенных духов в домах.

Настоящих монстров они не видели и не нюхали, но даже то, что знакомо воинам света, вызывает у них и у обывателей лишь омерзение.

Что же они скажут, узнав, что я обладаю темным даром?

Именно это мне бы хотелось выяснить.

Трапеза при храме оказалась величественной, торжественной и умеренно обильной. Точно не скудной — аскезой здесь больше не пахло. Ведь бойцам нужны силы, а на одной каше не больно-то повоюешь.

В прежние времена многие жрецы тоже увлекались роскошествами, но это порицалось и не считалось нормой. Изменились даже такие незначительные детали, как посуда и порции.

— Итак, что бы вы хотели услышать о светлейшей? Готов ответить на любые вопросы, — прогудел тан Ямнон, когда тарелки опустели, а стаканы были наполнены прохладным мятным настоем. — Вступить в ряды воинов не так-то просто, уважаемая танари. Нужны годы тренировок и специального обучения.

— А какие еще есть способы борьбы с нечистью? — едва дождавшись паузы, выпалила я. — Кроме сдерживающих заклинаний и зачарованной стали. Уничтожающие артефакты, развеивающие схемы, что-нибудь такое.

— Да вы настоящий теоретик! — прозвучало вроде бы с уважением, но и с долей издевки. — Работы по изучению некроса ведутся, знаю, есть целые сообщества ученых, что посвятили себя исследованиям свойств тьмы. Полагаю, вам следует обратиться с этим вопросом в академию. Либо на Джаялане, либо — что вероятнее — в Торсхольме. Там как раз любят поболтать… то есть обсудить варианты. Мы здесь народ простой, видим порождение бездны — загоняем его обратно.

— И насколько успешно? — не сдержала я сарказма.

Тан Киттип под столом пнул меня ногой. Несильно, чтобы не испачкать платье, но и напомнить об осторожности.

Однако тан Ямнон моей поддевки не заметил.

— О, у нас один из самых спокойных и стабильных островов во всей Сомираве! — с гордостью заявил он, выпятив и без того широкую и внушительную грудь. — Наши бойцы регулярно патрулируют опасные точки и моментально реагируют на вызовы. Ни одного смертельного случая за последние пятьдесят лет!

— Отлично! Весьма впечатляет, — закивала я с искренним уважением.

Не имея толковых инструментов и подходящего дара, расправляться с умертвиями фактически сырой силой и добрым словом — тут действительно талант нужен.

— А какие зоны Лантхары — да и вообще архипелага — считаются самыми проблемными? — продолжала я выспрашивать подробности.

Такую внутрянку мне тан Киттип не сообщит при всем желании.

Тан Ямнон, явно вдохновленный похвалой, проводил меня в общий зал для отдыха. Он же, судя по обстановке, использовался для общих сборов и обсуждения стратегии. Карта островов во всю стену была утыкана разноцветными флажками. Оттенки варьировались от желтого через оранжевый к темно-бордовому. Черных было всего два: один у столицы, один — на кусочке побережья, относящемся уже к Скайгарду.

— Вот эти захоронения — самые активные и сложные. — Тан Ямнон ожидаемо ткнул в два почти черных флажка. — Академии специально выстроили неподалеку, чтобы наблюдать и реагировать по необходимости.

Я внимательно изучила отметки.

— А как давно они активны? В смысле кладбища — уточнила, нахмурившись. — Учитывая, насколько это опасно, логично было бы хоронить покойных как можно дальше от жилья. А тут оба практически в центре города!

— Так лет двести, как эта мерзость поперла, — вздохнул тан Ямнон.

Я почувствовала, что разгадка маячит где-то поблизости, кокетливо виляя хвостом и не позволяя себя ухватить.

Примерно тогда же — в иной версии реальности — Мараям загнали на изнанку.

Как-то эти два факта связаны.

Но как?

От напряженных размышлений у меня даже в висках заныло. Или от переживаний? Все же не каждый день попадаешь в логово светлых, где тьму считают злом по умолчанию.

— И что вы предпринимаете? Кроме куполов, их уже видела, — поинтересовалась я.

— У меня такое чувство, что я сдаю годовой отчет пресветлому Монтри, — усмехнулся краем рта тан Ямнон.

Услышав знакомую фамилию, я непроизвольно скривилась. Надеюсь, в этой реальности тан Монтри ведет себя приличнее и не разгульничает.

Моя гримаса незамеченной не осталась. Усмешка светлейшего стала шире и искреннее.

— Вижу, вы знакомы. Наверное, потому и интонации совпадают, — хмыкнул тан Ямнон. — На самом деле, кроме изоляции и периодической зачистки, ничего мы тьме противопоставить не можем. И мой сарказм в адрес ученых и исследователей скорее от безнадежности. Если бы существовало хоть что-то, способное облегчить наше бремя, я бы прыгал до небес от счастья. Но увы — пока теория остается теорией, а работать нам приходится руками и резервом, по очереди.

— А если бы и правда существовало… — осторожно начала я, глянула на отчаянно мотающего головой тана Киттипа и продолжила еще аккуратнее: — Если бы вдруг появилось средство борьбы с темными порождениями, основанное на самой тьме? Ну, скажем, артефакт на эманациях с кладбища. Например. Его бы разрешили?

— Сложный вопрос, — честно признался тан Ямнон, задумчиво оглаживая подбородок. — Мысль, конечно, привлекательная. Но сомнительная с точки зрения веры. Тут все упиралось бы в отношение к подобному светлейшей Лаандары. Если бы она подала некий знак…

Я украдкой коснулась пояса, где прежде постоянно таскала бутылёк с концентратом света, и тоскливо вздохнула.

В этой реальности светлейшая не спешила одаривать меня благодатью. А жаль. Возможно, тогда жрецы бы куда спокойнее восприняли появление новой ветви магии. Тем более тьма у меня в резерве пополам со светом. Иначе как чудом подобное явление не объяснить… но мне бы крайне не хотелось угодить в лапы исследователей, да там и остаться во благо науки.

Или отправиться на тот свет, как вариант.

— Что, если знака не будет? — мрачно спросила, ни на что особо не рассчитывая.

— Тогда будут решать старшие жрецы, — пожал плечами тан Ямнон. — Мое дело маленькое. Присматривать за безопасностью острова, да тренировать бойцов. А важные вопросы пусть решают те, кто старше и мудрее.

— Не всегда это одно и то же, — проворчала вполголоса, не в силах сдержаться.

Если моя судьба зависить от подобных тану Монтри, то ждет меня плачевный финал.

Тан Ямнон тактично сделал вид, что моего выпада в адрес начальства не расслышал. На том наш визит и завершился.

Тан Киттип вытащил меня из храма чуть ли не за шкирку. Был он бледен и дышал с трудом.

— У меня было чувство, что за очередную провокацию нас обоих запрут в подвале и больше оттуда не выпустят! — пропыхтел он, сбегая по ступенькам бодрым козликом. — Зачем ты поднимала все эти сомнительные темы? Тьма борется с тьмой — намек прозрачнее еще вообразить надо!