Нина Смолянская – Путь домой. Виктория (страница 3)

– Не надо со мной разговаривать как с идиоткой, Ноа. Любой нормальный человек бы вышел посмотреть, кто там ходит в пустой квартире среди ночи! – возмутилась я.

«Согласна, только нормальная девушка позвала бы мужчину, чтобы он проверил, а не сама совала свой нас, куда не надо. Да чего уж там. Я сама тоже так попалась, только ходили у меня не за дверью, а в пещере, около моего уютного, красивого и очень любимого гнёздышка!»

– Эй, ты чего, плачешь, что ли? Перестань, а то я сейчас тоже разревусь, и Полинка за компанию.

Я быстренько пересказала Поле весь наш разговор и спросила Ноа:

– Ты давно здесь?

«Нет. Если считать вашими сутками, то примерно неделю».

– А где мы, знаешь?

«Откуда? Мне тут никто не представляется и ничего не рассказывает, обращаются как со зверушкой».

Она стала подтягивать к середине свои края и скоро стала похожа на плюшевую игрушку примерно нашего роста, с короткими ножками и ручками-отростками.

– Вау, Ноа, ты ещё и так можешь?

«Конечно. «Ковриком» я обычно сплю. А так хожу. А ещё могу летать в потоке воздуха, тогда раздуваюсь как парус. У нас ведь горы. Ещё и холодно. Поэтому и шерсть такая пушистая и тёплая. Только белая, не как у всех бурая, вот и жила одна. Все меня презирали, издевались. Я ведь столько лет жила одна – с десяти лет – после того, как мама погибла…»

– Не грусти, ты очень красивая, просто невероятная. Ты же как облако. Можно я тебя обниму?

– И я! – Полина тоже обняла нашу новую подругу, и мы так долго стояли молча. Каждый грустил о своём.

– Так. Давайте лучше поговорим о главном. Где мы, и как отсюда выбраться? А то я уже скоро в голодный обморок упаду.

«В том дальнем углу есть место, которое вы называете туалетом. Как пользоваться, разберётесь, там всё просто. Надо только подойти, всё выдвинется. А еду тут приносят 2 раза в день. Вы когда появились у меня в клетке, я как раз только поела и улеглась спать».

– Так, подожди, клетка?

«Да, клетка. А вся эта радуга – защитный барьер, чтобы я не сбежала. Вы, кстати, его старайтесь не задевать, бьётся. Здесь ведь что-то типа магазина. Держат экзотику с разных планет. Периодически ходят покупатели, рассматривают, обсуждают, торгуются. Некоторых покупают, другие живут по несколько лет, а потом их сдают в зоопарки».

– Не поняла, ты хочешь сказать, что разумных существ продают как домашних питомцев?

«Ты не забывай, что меня может услышать только менталист. А таких разумных очень мало, и вероятность, что он придёт сюда, ничтожно мала. Это просто большая удача для меня, что ты, Вика, попала ко мне. Только я не понимаю, почему вас занесло в мою клетку. Вас должны были поместить в отдельную. Видно, какой-то сбой произошёл. Когда они вечером принесут еду, тогда и выясним, в чём дело».

– Есть хочется, аж тошнит.

– Давайте полежим немного, пока нет никого.

«Идите ко мне, я мягкая».

Мы с Полиной сели, обняли Ноа и привалились к ней. Даже немного задремали.

Глава 3

Очнулась я от ощущения взгляда на меня, причём такого колючего, что на теле волосы дыбом встали. Открыла глаза и уставилась на сапоги, которые стояли рядом с моими ногами.

Я подняла взгляд выше: стоит мужик, молодой, в мундире, с чёрными волосами и какой-то кожей странного оттенка, коричнево-оранжевого. Дошла взглядом до лица и встретилась взглядом с очень внимательными синими, как бирюза, глазами. Такое странное сочетание, но красиво. Своим колючим взглядом незнакомец буравил меня и чего-то ждал. Как-то я сразу поняла, что ничего хорошего нам ждать не приходится.

– Что?

Он удивлённо поднял брови и промурлыкал что-то неразборчивое на каком-то тарабарском наречии.

О боги! Ведь я ему даже ничего не смогу объяснить. И Полинка с Ноа, как назло, не просыпаются, спят как убитые. Ладно, попробую хотя бы нас представить.

– Я, – приложила руку к груди, – Виктория, можно просто Вика. Ви-ка, понятно? А это моя подруга По-ли-на. А это Ноа, она разумная.

Ну и где понимание в глазах? Такое впечатление, что он ещё больше запутался, потому что к удивлению добавилась ещё и растерянность. Похоже, мужчина ничего не понял. Я поднялась и встала напротив него. Ого, а он гигант просто, оказывается! Метра два. Мои полтора метра с кепкой дышат ему немногим выше пупка. Пришлось задрать голову и отойти немного, чтобы шею не сломать. Что-то мне уже страшновато общаться с таким, ручищи, вон какие! Щёлкнет по темечку слегка, и всё, больше не встану.

– Ну, давай знакомиться ещё раз. Я Ви-ка, – посмотрела на него, понял чего-нибудь или нет. – Вика, понимаешь?

Подошла к нему немного ближе и указательный палец направила на его грудь. Мужчина посмотрел на мой палец, потрогал его своей рукой, потом немного наклонился и выжидающе посмотрел на меня.

– Как тебя зовут?

Я убрала руку и стала ждать реакции. Похоже, он усиленно думал о чём-то, но через минуту, наконец-то, приложил руку к груди и открыл рот.

– Артукус.

– Это тебя так зовут? Артукус? – я опять указала на него. Он закивал головой. Я улыбнулась с облегчением, вроде контакт состоялся. Ну надо же, незнакомец тоже улыбнулся! А ему идёт, сразу такой симпатичный стал.

Я, наконец-то, смогла оглядеться. Стены стали почти прозрачными. А за ними – толпа народу. Правда, тишина в клетке стояла абсолютная, видно, оставили только шумовой полог.

Все пялились на нас: кто с интересом, кто настороженно, а некоторые смотрели на Полинку как-то очень неоднозначно, с мужским интересом, уж очень поза у неё была привлекательная, и пижамка откровенная. И прикрыть её нечем. Я-то по сравнению с ней выглядела почти одетой, не считая того, что на мне не было лифчика и штанишки в облипку. Поэтому и не заморачивалась по поводу своего вида, а вот за подругу распереживалась не на шутку.

И тут мой несчастный желудок, целый день не кормленный, выдал целую руладу, громкую и жалобную. Я прижала руки к животу и тоскливо посмотрела на моего нового знакомого. А что, вроде кто-то кормить должен был прийти или, как увидел нашу компанию, сразу передумал?

Кстати, что происходит? Почему мои сокамерники не просыпаются? В чём дело? Или они специально усыпляют питомцев, прежде чем зайти в клетку и еды им положить? Я ещё раз огляделась и увидела недалеко от Артукуса (блин, имя какое-то дурацкое и труднопроизносимое, буду Артом его звать) какой-то металлический контейнер. Посмотрела на Арта, потом опять на контейнер, снова на него с максимально вопросительным выражением.

Ну, типа, есть то будем или как?

Арт, наконец, сообразил, что я от него добиваюсь, и подошёл к контейнеру. Щёлкнул каким-то пультом, и стены стали опять радужными.

О, а что, интересно, едят слоши? Надеюсь, не камни или червей. Я сглотнула голодную слюну, подошла поближе и уставилась вовнутрь контейнера. Что там лежало, я так и не поняла, но Арт взглянул на меня с сомнением, из чего я сделала вывод, что вряд ли мне это понравится.

– Что, несъедобно?

Он с сомнением пожал плечами. И тут наш тет-а-тет разбавили новые лица. Очень сосредоточенные и серьёзные. И мундиры у них какие-то совсем другие, обвешанные всякими прибамбасами. Оружие, что ли? О нет, военные или полиция пожаловали. Похоже, меня теперь точно не накормят. Хорошо Полинке, спит себе, не нервничает, а у меня скоро нервный тик начнётся.

Военные подошли ко мне вплотную, что-то пролепетали на своём непонятном языке, схватили за руки и повели в стене, через которую мы прошли вполне свободно, я даже не почувствовала ничего такого. В последний момент оглянулась на девчонок и пошла. Что теперь будет со мной? Похоже, что со мной не всё, как надо. И слышу я ментально, и не сплю, когда все спят.

Видно, на меня не действуют их штучки. И проверять меня будут, скорее всего, по полной программе. Главное, чтобы не пытали и не проводили опыта. Похоже, я влипла.

Мы шли сначала мимо клеток с радужными стенами, потом по каким-то серым коридорам. А дальше меня подвели к какому-то белому аппарату, похожему на лифт, только цилиндрический, открыли его, завели туда, зашли сами и набрали на пульте какой-то код. Я почему-то думала, что сейчас лифт поедет куда-нибудь, вверх или вниз, но ничего не происходило.

Просто через несколько секунд двери открылись, и мы вышли совсем в другом месте. Мне показалось, что это иное здание, потому что здесь был большой холл и везде окна. Правда, за ними темно, и я ничего не смогла рассмотреть. Меня привели в большую, светлую комнату с двумя большими панорамными окнами и столом с одним креслом. Больше в комнате ничего не было.

И это пустое пространство на меня давило больше, чем стены клетки. Там было даже уютно как-то, наверно, потому что мы сидели одни, и никто нас не трогал. Здесь же мне реально плохо. Думаю, что ещё сказывался голод, потому что кружилась голова, и подташнивало. А ещё волнами накатывала слабость. Мои конвоиры оставили меня в середине комнаты, а сами встали около дверей. Как я поняла, мы кого-то ждали. Наверно, их начальника.

По моим подсчётам, прошло минут десять, когда открылись двери, и вошёл кто-то. Я не стала поворачиваться, сам подойдёт, если надо. Кроме того, у меня шумело в голове, видно, давление упало, и если я в ближайшее время не сяду и не поем или хотя бы попью, то свалюсь в голодный обморок.

Человек, или кто там, не знаю, обошёл меня и двинулся к креслу. Уселся и начал меня рассматривать. Молча. Я его рассматривать не стала, потому что в глазах всё плыло, и ноги дрожали. Наверное, вид у меня был соответствующий, потому что начальник быстро встал и ринулся обратно ко мне, но я уже не увидела, куда он побежал, отключилась.