Нина Резун – Когда я встречу тебя вновь. Книга 1: Любить нельзя забыть (страница 70)

Отношение тети Марины к подруге сына было очевидным. Она называла ее «милочкой», улыбалась ей, постоянно хотела слышать ее мнение или совет, как будто бы они для нее что-то значили, даже смеялась над ее шутками, но в интонации голоса порой угадывались язвительные нотки, а в улыбке фальшь и наигранность. Ольга определенно не нравилась моей крестной, и мне было любопытно, замечает ли девушка скрытое глумление к своей персоне? Но она не подавала признаков обиды и потерянности, и принимала участие в любом диалоге, оставляя свои комментарии.

Я не узнавала Марка, сидевшего напротив меня рядом с Ольгой. Он медленно скользил по мне взглядом своих дымчатых глаз, словно стягивая с меня платье и наслаждаясь открывавшимися обнаженными формами. И я действительно начинала чувствовать себя голой. И, наверное, кровь в той самой вене поистине бешено билась о стенки сосуда и выдавала мое волнение.

– Лиза, а почему нет Юры? Я ожидала, что он тоже придет.

Слова Ольги. Все посмотрели на нее, потом на меня.

– Какого еще Юры? – удивленно спросила мама. – Лиза, ты хотела пригласить этого цыгана в наш дом?

По ее тону Ольга поняла, что сказала лишнее, но сказанного не воротишь. Она сконфузилась, виновато посмотрела на меня, на Марка. Но в его глазах только легкая усмешка. Похоже, его забавляла возникшая ситуация.

– Нет, мама, я не собиралась приглашать Юру. Он уехал домой.

– Ну и слава богу, туда ему и дорога. Ну а что мы заскучали? Давайте проводим старый год!

Я взяла стакан с водой и сделала несколько глотков. Все хорошо. Ничего не произошло. Мама просто злится из-за Ольги.

Проводив Старый год, встретили Новый. Алкоголь снял напряжение за столом, стало больше шуток и смеха. Даже Ольга перестала раздражать маму. Она начала делиться с ней рецептами своих фирменных блюд, и более благодарного слушателя за столом не нашлось. Со стороны казалось, что добиться расположения моей матери для Ольги не менее важно, чем расположение моей крестной.

Пока отец беседовал с тетей Мариной, Ольга – с моей мамой, Марк улучил момент поговорить со мной. В комнате работал телевизор, где шел новогодний концерт, и его звуки приглушали нашу беседу. Марк пересел ко мне ближе.

– Марк, – пошла я в атаку, – мне не нравится, как ты на меня смотришь. Тебе не кажется, что неприлично приходить в гости с одной девушкой, а пялиться на другую?

– Заметила, да? – усмехнулся Марк.

– Конечно, я же не слепая. Что за игры ты ведешь? Хочешь, чтобы это заметила Ольга, и устроила тебе сцену ревности?

– Нет, я просто забавляюсь. Люблю, когда ты краснеешь.

– А разве я краснела?

– Еще как.

– Ерунда, тебе показалось, – но моя рука потянулась к воде, чтобы охладиться – изнутри я и в правду горела. Что точно Марк умел, так это вгонять меня в краску.

– Да ладно, расслабься, – произнес Марк. – Расскажи лучше, как прошло объяснение с твоим цыганом касательно развенчанного мифа о женихе.

– Марк, у него есть имя.

– Оно слишком сложное для моего запоминания.

– Ты можешь называть его Юрой.

– Так что ты ему сказала? – перешел Марк к волнующей его теме.

С момента нашей неожиданной встречи в театре, мы с ним не виделись и общались только по телефону. Я не могла ему рассказать всего по средствам связи, потому что мама находилась дома и наверняка подслушивала наш разговор. В такие минуты она убавляла звук у телевизора или начинала сновать по коридору из комнаты в комнату только бы слышать, о чем я говорю.

– Мне дали понять, что зря стараюсь, нам не быть вместе.

– Он не любит тебя?

– Сказал, что не любит.

– Но ты не веришь?

– Это ничего не значит, Марк. Точки над i расставлены. Его семья ему дороже меня.

– А ты бы смогла предать свою семью ради него?

Я отпила из стакана воды и серьезно сказала:

– Да, Марк, я бы могла оставить всех ради него.

– О, даже так, – невесело сказал Марк, отводя глаза в сторону, – крепко он тебя зацепил. Неужели так хорош?

– Я люблю его, Марк.

Марк невесело улыбнулся, покрутил в руках салфетку и снова посмотрел на меня.

– Хочешь, я соблазню его невесту, и тогда он откажется на ней жениться? У цыган ведь предпочитают девственниц.

Я отпрянула от него.

– Марк! Что за глупости! Алкоголь плохо на тебя действует.

Авария, которая однажды случилась с Марком, произошла именно под влиянием алкоголя. Только чудом ему удалось сохранить водительское удостоверение… или благодаря огромным связям тети Марины.

– Может быть. Но иногда алкоголь может сослужить хорошую службу. С его помощью создался ни один брак.

– По-твоему такие браки прочные?

– А это уже зависит от тебя.

– Предлагаешь мне опоить Шандора?

– Почему нет? Может быть, он станет менее разборчив, и в результате ты получишь своего Шандора навеки. Если повезет, то и ребенка от него.

– Марк! Ты думаешь, я на такое способна?!

– Неужели ты не думала об этом?

– Нет, Марк, не думала. Я планировала сделать это по обоюдному согласию.

– Я предложил тебе вариант, а дальше думай сама.

– Спасибо, Марк, но это не мои методы.

– Подумай.

Когда я пришла на экзамен, Шандор его уже сдал. Никаких сюрпризов – на пять. Я заняла очередь и погрузилась в тетрадь. Не все успела выучить, и поэтому нервничала. Шандор подбадривал меня, предлагал рассказать те вопросы, которые не подготовила, но я отказалась. Завела себе правило номер четыре: «Учиться жить без него» и хотела ему следовать.

Настала моя очередь заходить. Мне пожелали «ни пуха, ни пера», я послала всех «к черту» и вошла в аудиторию. Над билетами корпели Денис Кравченко, Таня Сизых и еще один парень с параллельной группы. По каким-то личным обстоятельствам сдавал с нами. Протянула зачетку. Билет номер 13. Хоть я и родилась тринадцатого числа, удача мне не улыбнулась. Второго вопроса не знала, но первым владела в совершенстве. Я решила не продлять себе муку, и села отвечать без подготовки. Рассказала все по первому пункту, ответила на дополнительные вопросы. По второму призналась честно, что не готова. Дмитрий Сергеевич Король, а именно он принимал экзамен, удивленно посмотрел на меня:

– Как же так, Костолевская? Может быть, надо было посидеть и подумать? Вдруг что-то вспомнилось бы.

– Перед смертью не надышишься.

Король полистал мою зачетку.

– Прекрасная учеба – ни единой тройки. На какую оценку вы рассчитываете сейчас?

– Мне все равно. Что поставите, то и приму.

– На пятом курсе так не рассуждают.

– Я не иду на красный диплом. Оценка ничего не решает.

– Как у вас с математикой, Костолевская?

– Не поняла вопроса.

– За первый пункт вам ставлю пять, за второй два. Какая средняя выходит?

– Три с половиной.

– Да, действительно. Что ж мне с вами делать? Не хочется портить вам диплом. По законам математики я должен округлись в большую сторону, но вы не ответили второй вопрос билета. Обычно я ставлю три.

– Мне все равно, – повторила я и немного тише добавила: – Мне намного важнее, чтобы вы «дожали» Слободу, и он поступил в аспирантуру.