Нина Починка – Сердцера (страница 3)

– Всестехийница? Небывалая редкость.

– Достойный подарок от непутёвого брата, – мрачно одетая женщина вошла в круг за Хаосом, сосредоточенно хмуря брови на бледном лице, исчерченном буро-коричневыми вздутыми венами.

– Вполне, – весело усмехнулся Хаос, обернувшись к старшей дочери. – За такое можно даже простить отступничество. Верно, Гниль? Если окажется, что Шторм принёс ещё и корону Света, я почти готов сотрудничать.

– Только венец Земли, – холодно ответил сильф, показывая изящное украшение. – Воссиявшей не удалось достать корону. Да и с чего ты взял, что сможешь стать преемником Света?

– Может, я не о себе забочусь, – Хаос лукаво прищурился. – У меня четверо детей. Разве – не счастье испытать отцовскую гордость, если кто-нибудь из вас примет правление всем сущим? Или вот, к примеру, всестихийница, – он вновь коснулся подбородка колдуньи. – Скажи, Озара, хотела бы ты стать великой правительницей, затмить саму Ртуть своим могуществом?

Девушка испуганно захлопала длинными ресницами.

– Сколько ей лет? – вторая дочь Хаоса присоединилась к ним в кругу тени. Её золотистые глаза смотрели на Озару тревожно.

– Тридцать один, – дрожащим голосом отозвалась девушка.

– Такая юная… – красивый грудной голос невысокой, стройной девы-ундины прозвучал одновременно задумчиво и сочувствующе.

– Люди взрослеют быстро, Ненастье. К тридцати годам они уже вполне созревшие.

– Люди – да. Но маги взрослеют медленнее, – серьёзно возразила ундина. – Пусть не так, как мы, но всё же она ещё совсем дитя.

– Я уже полтора года учусь в королевском университете Иллюзиона, – поспешила заверить стихий в своей опытности Озара.

– Вот видите, – Хаос потрепал её по щёчке, – совсем взрослая барышня. А ты, что скажешь, Пекло? Возьмём красавицу-колдунью в свою команду?

В последнем присутствующем в зале мужчине Озара без труда определила огненную стихию. Он не спешил войти в тень, а медленно кружил по периметру, и его алый плащ всё время мелькал между колоннами.

Будто ястреб, высматривающий добычу. Озара внутренне содрогнулась.

– Что Ртуть хочет взамен? – саламандр вперился в Шторма злобным взглядом.

– Прекратите убийства и разрушения.

– Но мы элементали, – Хаос протестующе качнул головой. – В нас природой заложено свободное проявление рвущейся на волю энергии.

– Мир сотворён прародителями не для того, чтобы вы его уничтожили. Людям приходится жизнями оплачивать ваши прихоти.

– Смертные быстрее истребят себя сами. Подозреваю, в этом они без особого труда перещеголяют даже нас. Ты что, пропустил последние новости? – Хаос иронично приподнял одну бровь.

– Мир огромен. Уходите в незаселённые области, где можно выпустить стихию без опасения причинить кому-то вред.

– А ты пойдёшь с нами, Шторм? Подумай, как часто приходится тебе подавлять соблазн проявиться в полную силу? Никто не обязан жертвовать возможностью получить безграничную свободу. Тем более, я знаю, что даже в Сердцере среди других стихий ты чувствуешь себя чужим. Ведь они никогда до конца не примут тебя. В их умах ты был и останешься сыном Хаоса – главного злодея мировой истории. Присоединяйся к нам, и я покажу тебе другую жизнь: более полную, яркую. Мы – твоя настоящая семья.

– Ты не собирался договариваться, – Шторм послал ему долгий враждебный взгляд. – Твоё мнимое перемирие лишь уловка.

– Хочешь сказать, будто Ртуть всерьёз рассчитывала на сделку? Либо она полная дура, либо здесь готовится западня. Может быть, её солдаты стоят лагерем где-то неподалёку и ждут сигнала к атаке? Что ж, скоро мы это узнаем. Пойдём Озара. Тебя ждёт много захватывающих открытий.

– Я никуда не пойду с тобой, – девушка выдернула руку из его ладоней и отступила на несколько шагов.

– Боюсь, сейчас у тебя нет выбора, крошка, – терпеливо пояснил Хаос. – Но пройдёт время, и всё изменится. Я научу тебя великой магии, подарю бесценные знания и силу, превосходящую наших противников.

– Этого не случится, – упрямо заладила юная колдунья. – Ты решил уничтожить мир катаклизмами. Но я не позволю.

Припрятанный до поры тонкий клинок сверкнул в её ладони остро заточенным лезвием.

– Он зачарован? Или хотя бы отравлен? – Хаос без видимого опасения посмотрел на поднятое оружие.

Озара размахнулась и со всей силы всадила клинок себе в грудь.

– Зачем?! – глаза Хаоса округлились. С быстротой молнии он ринулся к девушке. Подхватил. Но исправить содеянное уже не мог. Горячая липкая кровь растекалось по холодному граниту. Позади ахнула Ненастье.

Ранее невидимые магические символы, заблаговременно нанесённые людьми Ртути, проявились на полу поверх основных древних линий. Лёгкая вибрация прошла по залу, а чёрная бездна над головами отозвалась приглушённым гулом.

Хаос наконец понял, какую западню для него устроили.

Шторм видел, как метались в теневом круге стихии, но было уже слишком поздно. Ловушка сработала. И пустота разверзла ненасытную пасть, втягивая в себя всё живое.

Пекло с противоположной стороны круга тоже наблюдал, как погибает его семья. Сперва он бросился к ним на помощь, но вовремя остановился, сообразив, что тягаться с первозданной пустотой, ему не по силам. Тогда, едва придя в себя от шока, саламандр обрушил всю ярость на виновника происходящего.

В Шторма ударила шипящая огненная струя, сильф отразил её ударом тугой воздушной волны. Завязалась битва. Колонны валились, камень плавился под сокрушительным натиском бьющихся стихий.

В какой-то момент взгляд Шторма случайно наткнулся на Озару. Она всё ещё была жива. Значит, промахнулась. Клинок не попал в сердце – быстрой смерти не случилось. Терзаемая агонией, она вцепилась в него глазами и цеплялась до тех пор, пока чёрный вихрь не унёс её вслед за Хаосом в Небытие.

Воссиявшая отпустила руку Ниссы и расслабленно откинулась на подушки в кресле:

– Всё кончено. Шторм справился.

– Пекло удалось сбежать, – Мирт озабоченно хмурился.

– В одиночку он не представляет серьёзной опасности, – Ртуть небрежно отмахнулась. – По такому поводу следует устроить грандиозный праздник. Потом соберём большой Стихийный совет и решим, что делать с Грабидором.

Резкая боль внизу живота заставила воссиявшую поморщиться. Срочно потребовался глоток свежего воздуха. Ртуть встала, чтобы пройти к распахнутому окну. Перед глазами всё поплыло, пол под ногами покачнулся.

– Ты в порядке, дорогая? – спросил взволнованный голос мужа, и ласковые руки заботливо легли на плечи.

– Что-то не так, – тревожно отозвалась Ртуть, прислушиваясь к своему телу.

В больничной палате было тихо и прохладно. Гелиодор сидел на краю постели, ни на миг не отпуская руки жены. Она молчала и почему-то боялась встретиться с ним взглядом. Её лицо хранило спокойствие, лишь в запавших глазах, устремлëнных в потолок, застыла смертельная тоска. Прошло уже пять страшных, мучительных, бесконечно долгих часов с тех пор, как она потеряла ребёнка. Мир рухнул в один миг, заставив усомниться в своей избранности. Как она может управлять целой страной, если оказалась не способной уберечь собственное дитя? Возможно ли, чтобы прародители ошиблись? Это расплата за гибель Озары – одна и та же мысль назойливо вертелась в голове, болезненно отдаваясь в висках. Эта кровь на моих руках.

Дверь в коридор приоткрылась, впуская Мориона.

– Мама?

Она повернулась к нему, и маска безучастности немедленно спала. Вся боль, скопившаяся в сердце, отразилась на лице. Ртуть потянулась навстречу сыну, и он поспешил заключить её в объятия.

– Я только что узнал, – выдохнул он. Тёмный взгляд был полон участия и чувства вины. – Прости, что не был рядом.

Ртуть просто больше не могла, не находила в себе сил обсуждать свою потерю даже с самыми близкими людьми.

– Что там происходит? – кивнула она на дверь, придумывая повод отвлечься.

– Какой-то болван рвётся к тебе с донесением. К счастью, охрана чётко выполняет предписание врачей и тормозит каждого, ищущего повод тебя побеспокоить. Не переживай, мам. Мы с отцом обо всём позаботимся. Просто отдыхай и набирайся сил.

– Всё самое страшное уже случилось, – Ртуть спрятала отчаяние за рассудительностью. – Физически я абсолютно здорова, а душевные раны… Со временем и они затянутся. Возможно, вернуться к делам сейчас – самое разумное решение. Пригласи гонца, я поговорю с ним.

Зря она ждала привычных новостей о внутренних заботах страны, надеясь хоть немного отвлечься от личной беды. Новости были ужасные.

– По всей Сердцере пронеслась волна выкидышей. Врачам удалось спасти лишь несколько преждевременно рождённых младенцев. Народ охвачен смятением и даже страхом. Искры гаснут, не успевая разгораться, – растерянно сообщил гонец.

Ртуть закрыла лицо руками. Мучительно не хватало воздуха, и уши заложила ватная тишина.

– Есть догадки, с чем это может быть связано? – Гелиодор задал вопрос вместо неё.

– Буквально час назад пришло сообщение, что люди Грабидора убили хранителя Усту и разрушили храм Земли. Скорее всего, связь с искрами разорвана по этой причине…

Все огни в золотой гостиной зажглись по мановению руки. Воссившая взглянула на своё отражение в блестящем сосуде, наполненном горючей смесью, и привычным жестом поправила причёску. Слуга застыл в дверях, ожидая дальнейших распоряжений. Ртуть отправляла его за мужем и сыном, но, по словам слуги, ни того ни другого во дворце не оказалось.