Нина Новак – Лишняя жена дракона. Газетная империя попаданки (страница 20)

Император окружен свитой и я узнаю пару его сановников. Впрочем, тут находятся и молодые драконы из личной свиты.

Часть мужчин — в масках, но не все. Владыка вот тоже не скрывается и я с удовольствием слежу за тем, как сужаются его глаза, пока он следит за каждым моим движением.

Эдриан-Шейн отчего-то напряжен и взгляд его давит тяжестью. Высокий лоб прочерчивает складка и он проводит большим пальцем по нижней губе.

Жест чисто непроизвольный и вроде бы вполне обычный, тем не менее мне мерещится в нем некая непонятная угроза.

Я опускаю глаза — все без исключения дамы в масках, и это безумно комфортно.

Между тем крупье начинает раздавать карты и Деймон добавляет к банкнотам массивный перстень.

Эдриан наклоняется вперед и кладет в центр стола золотую банковскую карту, но взгляд его неотрывно следует за мной.

На породистом лице владыки сменяют друг друга тревога, напряжение, удивление. И в то же время растет давление его драконьей энергии, старающейся подчинить меня.

Да что с тобой такое, Эдриан? Все-таки почуял пару?

Погладив пальчиком рукав Деймона, я молча встаю и направляюсь к карточному столу поменьше. Двигаюсь плавно, чуть покачивая бедрами.

Черт, я, кажется, слишком вошла в роль. Но энергия казино словно раскрыла во мне резервы, которые окрылили и заставили почувствовать себя настоящим магическим существом.

Странно, очень странно.

Присоединившись к стайке молодых женщин, я ставлю все свои жалкие горрии. На победу особо не надеюсь — ну, если только на совсем скромную.

Крупье тасует и раздает карты, а я даже не понимаю, в чем смысл игры. Впрочем, не важно. Мне в любом случае не повезло, попалась какая-то мелочь.

— Леди, поставившая четыре горрии выигрывает! — восклицает крупье, когда я кидаю карты.

Но ведь у меня были совсем мелкие значения… Что происходит?

— Вы увеличили ваш капитал в сто раз!

В сто раз?! Каким это образом?

Но прежде чем я успеваю хоть что-то ответить, я уже ощущаю Его. Владыку.

Вдоль позвоночника поднимается жар и лопатки невыносимо печет. Так сильно, как будто на них раскрываются крылья.

Пораженно оборачиваюсь и ныряю в темную, страшную зелень его глаз.

— Я могу только предполагать, кто из моих придворных дам прячется под этой серебряной маской, — тихо произносит он.

Голос императора звучит низко, а в глазах его плещется что-то шальное, безумное.

Сердце подскакивает при мысли, что этот дракон — мой муж, собиравшийся меня отшлепать.

Мерзавец! В груди моментально нарастает протест и я кошусь на Деймона, который продолжает невозмутимо делать ставки. Он идеально замаскирован — вряд ли Эдриан догадается, что это его безбашенный советник, готовый на любую грязную игру ради крыльев.

Я молча сгребаю со стола фишки, подсчитывая, что получу за них четыреста горрий. Как раз хватит, чтобы купить артефакт для снимков. Небрежно скинув их в сумочку, нервно облизываю губы.

И, все так же таинственно помалкивая, приседаю перед императором в реверансе.

— Вы уже убегаете? После такой невиданной удачи, миледи? — спрашивает Эдриан и я начинаю подозревать, что он незаметно велел крупье магически подтасовать карты.

Мило. Так и быть, я приму твой подарок, дорогой супруг.

А император поводит носом как племенной рысак, кажется, не замечая, что зрачки его превратились в острия, а по щекам скользит серебряная чешуя.

Зрелище волнующее и страшное, но я… очень зла.

Да, до меня доносятся жар и терпкий аромат мужской смуглой кожи, зеленые глаза обещают нереальную и порочную страсть, но в моей груди бушует буря.

К Мари до сих пор не прислали лекаря. Ее обрекли на позор, душевную боль и одиночество.

Разве это не предательство по отношению к истинной паре, ваше величество?

Вы верите, что обретете крылья самостоятельно, потому что чересчур самоуверены. Но богам, наверное, виднее?

— Я впервые играю и ужасно волнуюсь, — волшебная маска, выданная Ви, меняет мой голос, добавляя ему чувственных ноток.

— Вам нечего бояться рядом со своим императором, миледи. Я прямо сейчас заберу вас отсюда.

Деймон разворачивается к нам и его глаза сияют мрачной решимостью.

А я импровизирую:

— Мы с мужем приехали издалека, из Барнея.

— С мужем? — Эдриан сводит на переносице темные брови.

А я кидаю на Деймона томный взгляд и, потупившись, обхожу владыку.

— Удостоиться разговора с вами — великая честь, ваше императорское величество, — стараюсь говорить серьезно, но злорадные нотки все-таки просачиваются в мою скромную речь.

— Ты не можешь быть замужем, — Эдриан жестко хватает меня за руку, но потом, словно опомнившись, отпускает.

В глазах владыки я вижу смятение и гнев. Его грудь тяжело вздымется, а я спешу к Деймону. В голове щелкает калькулятор. Четырехсот горрий хватит не только на артефакт, но, возможно, и на взятки в приюте, где работала миссис Идаль.

Император не преследует нас, хотя свирепым видом дает знать, что еле сдерживается.

Деймон проигрывает ему все поставленные деньги и перстень, и это, если честно, смахивает на месть. Император обирает моего "мужа", не стесняясь раздевать меня глазами. А позже мы спокойно покидаем казино.

— И все же, откуда вам известно о моей договоренности с богом Всех Миров? — спрашиваю я в кэбе.

— У меня с ним имеются собственные договоренности, Мари, — усмехается Деймон.

21.

Эдриан

Драконье сердце гулко бьется о грудную клетку и Эдриан в ярости поскрипывает зубами.

— Проследи за ними, — коротко велит одному из телохранителей и мрачно наблюдает за тем, с какой радостью недоступная красавица меняет фишки на жалкие четыреста горрий.

"Муж" у нас — скупец? Хотя легко оставил за столом всю ставку.

От желания осыпать чужую женщину золотом аж сводит зубы и владыка мысленно стонет, проклиная богов и свою драконью сущность.

За игральным столом он пытается сосредоточиться, но сердце все никак не угомонится, будто в насмешку отбивая барабанную дробь.

Здоровый как бык император не привык к такому и сейчас сжимает челюсти, чтобы не сорваться и не разнести казино.

Бесовщина какая-то!

Сановники с испугом посматривают на владыку, а он провожает глазами спину телохранителя, ринувшегося за странной парой.

Эдриан продолжает игру, хоть на лбу все еще блестит испарина. Его лицо идеально невозмутимо, руки уверенно лежат на зеленом сукне. По скуле вот только ползет капелька алой крови, оставшаяся от твердой чешуи, что проступила как-то особенно агрессивно.

Но сановники и личная охрана деликатно делают вид, что не замечают странного поведения своего владыки. Все улыбаются и перекидываются легкими шутками, а карты в ловких руках крупье магическим образом меняют масть и достоинство, ведь император не должен проиграть.

Это неожиданно бесит его. Бесит вечное пресмыкание поданных, их лицемерие и подлость.

Возвращается телохранитель и Эдриан косит на него глаз. Молодой мужчина бледнеет, но, наклонившись, все-таки передает владыке неприятную новость:

— Их кэб скрылся. Как будто растворился в тумане.

Император резко кивает: