Нина Князькова – Гарантия на жизнь (страница 5)

Я коварно улыбнулась.

— Это не прописано в договоре, — съязвила. — И вообще, кто составлял этот бред? Почему у вас работники не несут финансовую ответственность? Что за дополнительный отпуск за счет компании? И где сроки, на которые нанимается работник вообще? — Я с интересом посмотрела на мужчину. Тот был хмур и недоволен.

— Вообще этот договор составляла моя помощница, но она сейчас в отпуске, — начал говорить он, но я на это только усмехнулась.

— Это та, которая в отпуске за счет компании? — Фыркнула. — Я все переделаю и потом подпишу. Как вы еще по миру не пошли с таким подходом? Сколько лет вашей организации?

— Десять примерно, — прикинул Никульчин.

— Видимо, доходы все же покрывают даже такие расходы. Надо пересмотреть всю финансовую политику, — проворчала я, качая головой.

Мужчина вздохнул, сел в свое кресло и с подозрением принялся меня изучать.

— Кто ты? — Вдруг спросил он.

Ага, раз перешел на «ты», значит, хамить будет

— Я — Веревкина Тина Михайловна, — начала я издалека. — Двадцать девять лет (скоро тридцать), не замужем, и я стояла у истоков той логистической компании, карточка которой лежит у вас на столе.

— И что вы с таким послужным списком делаете здесь? — Нет, хамить не стал. Стал «выкать» обратно.

— Я переехала в Анютинский жить и решила заняться чем-то новым, — пожала я плечами.

— Угу, — явно не поверил он мне. — Просто я никак понять не могу…, - наконец, разродился он. — Вы сегодня вваливаетесь в мой кабинет, пытаетесь занять место моей помощницы, делаете невероятно вкусный кофе, решаете проблему с перевозкой продуктов, находите нестыковки в договоре, да еще и выглядите так… дорого, — оценил он мой внешний вид.

— Это преступление? — Вскинула я брови.

— Это подозрительно, — вздохнул он. — Я просто боюсь, что вас подослали конкуренты какие-нибудь….

Вот тут я захохотала в голос.

— В-вы как себе это представляете? — Спросила через пару минут, подхихикивая. — У вас в теплице новый вид секретного помидора растет, и мне надо его выведать?

— Нет, — Анатолий Григорьевич тоже усмехнулся. — Но вы уже, наверное, поняли, что в некоторых вопросах я не сильно… понимаю, а потому можно надавить на эти сферы бизнеса.

— Я вообще в шоке, что у вас такой бардак, — призналась честно. — Надо будет разобрать все бумаги и просмотреть бухгалтерию. А еще оценить масштабы поставок и текущую прибыль, чтобы предусмотреть расширение….

— Расширение? — Кажется, мужчина вздрогнул.

— Любой бизнес нужно стремиться укрупнить, чтобы он развивался. В вашем случае — это основной принцип выживания. Завод по переработке овощей можно построить, консервы закатывать…, - я помахала рукой, накидывая перспективы. — Но для начала мне нужен компьютер и доступ к первичным документам.

Компьютер мне обеспечили быстро. Собственно, в соседнем кабинете, отведенном для помощника директора, ноутбук и нашелся. Тут даже папки с документами стояли и принтер. Я тут же полезла просматривать документацию и тихо ужаснулась. Что за бардак? Такое ощущение, что кто-то специально пытается обанкротить это агрохозяйство через странные и мутные схемы и «крючки» в стандартной форме договоров. Интерес-сно.

Переделав стандарт договора о трудоустройстве, я распечатала его в трех экземплярах, подписала и положила на край стола. Поморщившись, принялась дальше копаться в документации, откладывая в сторону все, что мне не нравилось.

— Тина Михайловна, вы нашли что-то занимательное? — Я вздрогнула от того, что голос Никульчина прозвучал у меня прямо над ухом. Подкрался ко мне как-то….

— Нашла, — кивнула и тут же покосилась на подписанный мной договор. — Подпишите форму, — указала на бумаги.

Анатолий Григорьевич этот договор почему-то начал тщательно читать. Лучше бы остальные с таким рвением изучал.

— Вы подняли себе зарплату в полтора раза, — обвинительно заявил он.

— Если возьмете меня на работу на постоянной основе, то за следующие три месяца я обязана буду увеличить доход компании на двадцать процентов. Это прописано ниже, — я даже от монитора не отвлеклась.

— Двадцать процентов за три месяца? — Недоверчиво спросил мужчина. — Тина Михайловна, я вас хочу уведомить о том, что за последний год выручка «Топинамбура» сократилась на пятнадцать процентов и неизбежно будет….

— Расти, — перебила я его. — Я вижу, куда надо приложить усилия, чтобы вы остались конкурентноспособны на рынке. Кстати, эти двадцать процентов пойдут на открытие магазинов «Топинамбур» в городе, где будут продаваться самые вкусные и свежие овощи. Не только же сетевым гигантам у вас за бесценок продукцию покупать.

Никульчин молчал минуты три, затем взял ручку и подмахнул договор.

— Идемте, — объявил.

— Куда? — Подняла я голову.

— Знакомиться с коллективом, — объяснил он и, схватив меня за руку, едва я встала, потащил к двери. — Зоинька, пусть все соберутся на площадке у главной теплицы, — велел он.

Секретарша оторопело посмотрела на нас, но все же кивнула. Я только порадовалась, что не на каблуках, так как Анатолий Григорьевич тащил меня за руку с весьма приличной скоростью.

— Теперь понятно, почему у вас жены нет, — выпалила я, когда мы остановились у белой двери на этом же этаже.

— И почему же? — Вздернул он бровь.

— Бегаете быстро, — фыркнула я. — Никто не успевает поймать в сети.

Мужчина коротко хохотнул и открыл дверь, на которой было написано «Отдел кадров».

— Мария Анисимовна, — указал он на рыжую, как огонь, девчушку лет двадцати. — Это моя новая помощница, — он подтолкнул меня вперед. — Тина Михайловна заменит Любовь Аркадьевну.

— Н-но, ведь Любовь Аркадьевна еще не уволена, — попыталась объяснить девушка.

— Увольте, — решительно сообщил мужчина.

— Не могу. Она же в отпуске, — развела руками девчушка.

— Я так поняла, что у нее больничный отпуск, а потому переведите ее на более легкий труд, а меня ставьте на должность помощника, — подсказала я.

Мария тут же посветлела лицом и быстро закивала, поняв мою мысль.

— Проведу сегодняшним же числом, — отозвалась она и с облегчением выдохнула. — Давно надо было от этой мегеры избавиться, — услышала я едва слышное ворчание, когда мы уже выходили из кабинета.

Глава 4

На площадке перед теплицей выстроилось… человек сто.

— Это без водителей? — Нахмурилась я.

— Да, — кивнул Никульчин, стоя на стопке паллетов, куда и меня заволок. И толпу он теперь осматривал сверху, как Ленин с броневика.

— Многовато, — оценила я увиденное. Хотя, может быть это норма в сельском хозяйстве? Надо бы все посчитать и пересчитать.

— Анатолий Григорьевич, все на месте, — объявила Зоя Максимовна, которая смотрела на горку паллетов, как на Эверест, а потому взобраться даже не пыталась.

— Отлично, — кивнул мужчина и оглядел толпу. — Добрый день! — Поздоровался он со всеми. По толпе пробежались шепотки. — Чтобы не откладывать в долгий ящик, я хочу представить вам своего нового помощника: Тину Михайловну Верёвкину. Прошу любить и жаловать!

— А… Любовь Аркадьевна как же? — Уточнил рослый мужик в первом ряду.

— Она покинула нас по состоянию здоровья, — соврал Никульчин на голубом глазу (хотя, они у него совсем даже карие).

— Померла что ль? — Хмыкнул кто-то.

— Столько яда ни один организм не выдержит, — добавил третий.

— Она находится в отпуске по состоянию здоровья, — ответила я с улыбкой, чтобы они тут на радостях поминки не устроили. Сильно они «любили» мою предшественницу.

Теперь все взгляды скрестились на мне.

— Хорошенькая, — протянул кто-то.

— Молодая больно, — это оценил уже мужской голос.

— Может быть, оно и к лучшему, — ответил кто-то на это.

— Ну, собственно, и все, — повернулся ко мне Анатолий Григорьевич. — Не желаете пройтись по теплицам?

Я взглянула на время и кивнула.

— Пожалуй, пройтись можно.