Нина Князькова – Гарантия на жизнь (страница 5)

Я коварно улыбнулась.

– Это не прописано в договоре, – съязвила. – И вообще, кто составлял этот бред? Почему у вас работники не несут финансовую ответственность? Что за дополнительный отпуск за счет компании? И где сроки, на которые нанимается работник вообще? – Я с интересом посмотрела на мужчину. Тот был хмур и недоволен.

– Вообще этот договор составляла моя помощница, но она сейчас в отпуске, – начал говорить он, но я на это только усмехнулась.

– Это та, которая в отпуске за счет компании? – Фыркнула. – Я все переделаю и потом подпишу. Как вы еще по миру не пошли с таким подходом? Сколько лет вашей организации?

– Десять примерно, – прикинул Никульчин.

– Видимо, доходы все же покрывают даже такие расходы. Надо пересмотреть всю финансовую политику, – проворчала я, качая головой.

Мужчина вздохнул, сел в свое кресло и с подозрением принялся меня изучать.

– Кто ты? – Вдруг спросил он.

Ага, раз перешел на «ты», значит, хамить будет.

– Я – Веревкина Тина Михайловна, – начала я издалека. – Двадцать девять лет (скоро тридцать), не замужем, и я стояла у истоков той логистической компании, карточка которой лежит у вас на столе.

– И что вы с таким послужным списком делаете здесь? – Нет, хамить не стал. Стал «выкать» обратно.

– Я переехала в Анютинский жить и решила заняться чем-то новым, – пожала я плечами.

– Угу, – явно не поверил он мне. – Просто я никак понять не могу… – наконец, разродился он. – Вы сегодня вваливаетесь в мой кабинет, пытаетесь занять место моей помощницы, делаете невероятно вкусный кофе, решаете проблему с перевозкой продуктов, находите нестыковки в договоре, да еще и выглядите так… дорого, – оценил он мой внешний вид.

– Это преступление? – Вскинула я брови.

– Это подозрительно, – вздохнул он. – Я просто боюсь, что вас подослали конкуренты какие-нибудь…

Вот тут я захохотала в голос.

– В-вы как себе это представляете? – Спросила через пару минут, подхихикивая. – У вас в теплице новый вид секретного помидора растет, и мне надо его выведать?

– Нет, – Анатолий Григорьевич тоже усмехнулся. – Но вы уже, наверное, поняли, что в некоторых вопросах я не сильно… понимаю, а потому можно надавить на эти сферы бизнеса.

– Я вообще в шоке, что у вас такой бардак, – призналась честно. – Надо будет разобрать все бумаги и просмотреть бухгалтерию. А еще оценить масштабы поставок и текущую прибыль, чтобы предусмотреть расширение…

– Расширение? – Кажется, мужчина вздрогнул.

– Любой бизнес нужно стремиться укрупнить, чтобы он развивался. В вашем случае – это основной принцип выживания. Завод по переработке овощей можно построить, консервы закатывать… – я помахала рукой, накидывая перспективы. – Но для начала мне нужен компьютер и доступ к первичным документам.

Компьютер мне обеспечили быстро. Собственно, в соседнем кабинете, отведенном для помощника директора, ноутбук и нашелся. Тут даже папки с документами стояли и принтер. Я тут же полезла просматривать документацию и тихо ужаснулась. Что за бардак? Такое ощущение, что кто-то специально пытается обанкротить это агрохозяйство через странные и мутные схемы и «крючки» в стандартной форме договоров. Интерес-сно.

Переделав стандарт договора о трудоустройстве, я распечатала его в трех экземплярах, подписала и положила на край стола. Поморщившись, принялась дальше копаться в документации, откладывая в сторону все, что мне не нравилось.

– Тина Михайловна, вы нашли что-то занимательное? – Я вздрогнула от того, что голос Никульчина прозвучал у меня прямо над ухом. Подкрался ко мне как-то…

– Нашла, – кивнула и тут же покосилась на подписанный мной договор. – Подпишите форму, – указала на бумаги.

Анатолий Григорьевич этот договор почему-то начал тщательно читать. Лучше бы остальные с таким рвением изучал.

– Вы подняли себе зарплату в полтора раза, – обвинительно заявил он.

– Если возьмете меня на работу на постоянной основе, то за следующие три месяца я обязана буду увеличить доход компании на двадцать процентов. Это прописано ниже, – я даже от монитора не отвлеклась.

– Двадцать процентов за три месяца? – Недоверчиво спросил мужчина. – Тина Михайловна, я вас хочу уведомить о том, что за последний год выручка «Топинамбура» сократилась на пятнадцать процентов и неизбежно будет…

– Расти, – перебила я его. – Я вижу, куда надо приложить усилия, чтобы вы остались конкурентноспособны на рынке. Кстати, эти двадцать процентов пойдут на открытие магазинов «Топинамбур» в городе, где будут продаваться самые вкусные и свежие овощи. Не только же сетевым гигантам у вас за бесценок продукцию покупать.

Никульчин молчал минуты три, затем взял ручку и подмахнул договор.

– Идемте, – объявил.

– Куда? – Подняла я голову.

– Знакомиться с коллективом, – объяснил он и, схватив меня за руку, едва я встала, потащил к двери. – Зоинька, пусть все соберутся на площадке у главной теплицы, – велел он.

Секретарша оторопело посмотрела на нас, но все же кивнула. Я только порадовалась, что не на каблуках, так как Анатолий Григорьевич тащил меня за руку с весьма приличной скоростью.

– Теперь понятно, почему у вас жены нет, – выпалила я, когда мы остановились у белой двери на этом же этаже.

– И почему же? – Вздернул он бровь.

– Бегаете быстро, – фыркнула я. – Никто не успевает поймать в сети.

Мужчина коротко хохотнул и открыл дверь, на которой было написано «Отдел кадров».

– Мария Анисимовна, – указал он на рыжую, как огонь, девчушку лет двадцати. – Это моя новая помощница, – он подтолкнул меня вперед. – Тина Михайловна заменит Любовь Аркадьевну.

– Н-но, ведь Любовь Аркадьевна еще не уволена, – попыталась объяснить девушка.

– Увольте, – решительно сообщил мужчина.

– Не могу. Она же в отпуске, – развела руками девчушка.

– Я так поняла, что у нее больничный отпуск, а потому переведите ее на более легкий труд, а меня ставьте на должность помощника, – подсказала я.

Мария тут же посветлела лицом и быстро закивала, поняв мою мысль.

– Проведу сегодняшним же числом, – отозвалась она и с облегчением выдохнула. – Давно надо было от этой мегеры избавиться, – услышала я едва слышное ворчание, когда мы уже выходили из кабинета.

Глава 4

На площадке перед теплицей выстроилось… человек сто.

– Это без водителей? – Нахмурилась я.

– Да, – кивнул Никульчин, стоя на стопке паллетов, куда и меня заволок. И толпу он теперь осматривал сверху, как Ленин с броневика.

– Многовато, – оценила я увиденное. Хотя, может быть это норма в сельском хозяйстве? Надо бы все посчитать и пересчитать.

– Анатолий Григорьевич, все на месте, – объявила Зоя Максимовна, которая смотрела на горку паллетов, как на Эверест, а потому взобраться даже не пыталась.

– Отлично, – кивнул мужчина и оглядел толпу. – Добрый день! – Поздоровался он со всеми. По толпе пробежались шепотки. – Чтобы не откладывать в долгий ящик, я хочу представить вам своего нового помощника: Тину Михайловну Верёвкину. Прошу любить и жаловать!

– А… Любовь Аркадьевна как же? – Уточнил рослый мужик в первом ряду.

– Она покинула нас по состоянию здоровья, – соврал Никульчин на голубом глазу (хотя, они у него совсем даже карие).

– Померла что ль? – Хмыкнул кто-то.

– Столько яда ни один организм не выдержит, – добавил третий.

– Она находится в отпуске по состоянию здоровья, – ответила я с улыбкой, чтобы они тут на радостях поминки не устроили. Сильно они «любили» мою предшественницу.

Теперь все взгляды скрестились на мне.

– Хорошенькая, – протянул кто-то.

– Молодая больно, – это оценил уже мужской голос.

– Может быть, оно и к лучшему, – ответил кто-то на это.

– Ну, собственно, и все, – повернулся ко мне Анатолий Григорьевич. – Не желаете пройтись по теплицам?

Я взглянула на время и кивнула.

– Пожалуй, пройтись можно.