Нина Князькова – Гарантия на жизнь (страница 7)

– Ну, слава богу! – Выдохнула вырастившая меня женщина. – Я всегда знала, что мозгов у вас с Ванюшкой больше, чем у моего умалишенного сыночка (весь в своего папашу пошел). Ну, рассказывай теперь, где устроилась? Чем решила заняться?

Я и рассказала… в общих чертах, конечно. Про соседку свою упомянула, про работу, про начальство.

– Так что завтра выйду на работу уже полноценно, – закончила я свой рассказ.

– А этот твой начальник… не женатый? – Задумчиво спросила бабушка Аглая.

– Соседка сказала, что нет, – ответила честно.

– Симпатичный и неженатый? – Теперь бабуля явно на что-то намекала.

– Я не говорила, что он симпатичный, – тут же напомнила я.

– Ты сказала, что он приятный во всех отношениях, а это в твоих устах, после твоего бывшего козла, такой комплимент, что выводы сделать не сложно, – моя старшая родственница всегда была на редкость проницательна. – Я уверена, что такой мужик тебе будет в самый раз.

– Да с чего ты это взяла? – Вспылила я. – Может быть, я ему совсем не понравилась.

– Ты всем нравишься, – бабушка Аглая в этом вопросе была непреклонна. – Ты просто должна найти не самовлюбленного идиота, а нормального мужчину и сказать ему «да». Твоя мама с этим не справилась и связалась с моим Мишкой по глупости и молодости. Я ж ее сама отговаривала от свадьбы с ним, а она… Эх!

– Бабуль, люди вообще склонны к идиотским поступкам, – напомнила я ей.

– Это да. Сама грешна, – бабушка хихикнула, а на заднем фоне послышались голоса. – Ладно, меня тут на танцы зовут. Оказывается, тут в парке каждую ночь танцы проходят. Я и не знала…

После разговора с бабулей я улыбалась еще долгое время. Она у нас с Ванькой классная и очень позитивная. Мы бы без этого ее позитива не выбрались, наверное, тогда, когда поддержки больше ни от кого не было. И фирму бы основать не смогли. И вообще.

Утро у меня началось четко по будильнику, так что из дома я вышла, захватив печенье и свои вчерашние покупки для кабинета, как раз вовремя. А вот Анну Николаевну я встретила где-то на полпути к «Топинамбуру».

– Что ж вы меня не дождались, – остановила я машину рядом с ней.

– Так утренняя прогулка лучше всего и бодрит, – откликнулась она, но в машину все же села. – Да я пока утром на работу иду, столько всего передумать успеваю, что потом рабочий день гладко и без происшествий проходит. А если мысли не думать, то они тебя потом задавят своими непомерными объемами.

– Угу, – я сделала вид, что поняла ее. А еще я только сейчас сообразила, что эта Анна Николаевна куда сложнее устроена, чем мне казалось изначально.

Когда мы добрались до офисного здания, вокруг уже суетились люди, а на крыльце стоял Олег.

– Чего это тут такое? – Анна Николаевна выбралась из автомобиля и уставилась на бригаду, вытаскивающую из машин оборудование.

– Камеры будут вешать, – с чувством глубокого удовлетворения ответила я. – Чтобы воровства не было.

– Да ты что?!? – Всплеснула она руками и коварно улыбнулась. – Вот кому-то сюрприз будет! Пойду… расскажу всем о новшествах, – бросила она мне и умчалась в здание.

Я же поднялась на крыльцо.

– Привет, дорогая, – Олег тут же сгреб меня в свои медвежьи объятия. – Как у тебя дела? Ванька говорит, что ты совсем бросила его на произвол судьбы.

– Не маленький уже, выплывет потихоньку, – усмехнулась я. – И тебе привет.

– Суровая ты женщина, – пробормотал он.

– Идем к шефу, – освободилась я из его объятий. – Сейчас подпишете договор и надо будет сразу заниматься монтажом.

– Тут большая территория. До ночи провозимся, – Олег приобнял меня за талию и подтолкнул к двери здания.

– Тут не так сложно, как кажется, – заверила я его. – Я уже сделала схему расположения камер, так что нужно будет просто прикрутить. Тем более, что электричество к этим точкам уже подведено практически везде. Здравствуйте, Игорь, – кивнула я охраннику. Тот предсказуемо смутился. Я же спокойно прошла к лестнице, друг брата не отставал от меня ни на шаг. – Анатолий Григорьевич выделил место под операторскую. Ты обещал, что привезешь пару ненужных компьютеров. Здравствуйте, Зоинька, – кивнула я секретарше Никульчина, которая, завидев Олега, подавилась глотком утреннего кофе.

– Зоинька? – Приподнял брови мой спутник.

– Предпочитаешь «Зоя Максимовна»? – Я с интересом уставилась на знакомого мне с детства мужчину.

Тот оглядел еще раз только что откашлявшуюся пухленькую секретаршу, наклонился к ней и заглянул несчастной в глаза.

– Нет-нет, «Зоинька» звучит прекрасно, – сообщил он ей проникновенным бархатным голосом, от которого раньше млели все его одноклассницы.

– Белов! – Возмутилась я. – Кобелизмом займешься после работы. Нас сейчас шеф ждет, – дернула я его за рукав.

– Подожди, я номерочек возьму, – отмахнулся от меня любитель пышных телес.

– Зоинька, не давайте ему номер. Он бабник и шовинист. А еще он до сих пор с мамой живет, – наябедничала я, схватила Белова за руку и таки втащила в свой кабинет, где уже и начала хихикать, прикрывая ладошкой рот.

– Ну и чего ты? – Громко объявил Олег. – Симпатичная девушка, а ты мне даже номер не дала спросить! – Это он практически прокричал (специально для Зоиньки).

– Что здесь происходит? – На пороге кабинета появился Никульчин.

– Ничего, Анатолий Григорьевич, – тут же прекратила веселиться я, зачем-то спрятала руки за спину (как нашкодивший ребенок) и только после этого вспомнила, что я вообще-то взрослая самостоятельная женщина. – Э-э, знакомьтесь – это Олег Белов. Его бригада уже приехала на объект и будет ставить камеры. Сейчас мы только договор подпишем с двух сторон и ребята приступят к монтажу.

Мужчины секунды три друг на друга подозрительно пялились, после чего синхронно шагнули вперед и пожали руки. Я нахмурилась, но ничего не сказала. Лишь достала приготовленный заранее договор, где была расписана в том числе и схема установки камер, и прошла в кабинет директора. Шеф тоже вошел следом, а потом и друг брата пожаловал.

На подписание ушло минут пятнадцать, в течение которых согласовывались отдельные нюансы и освещение слепых зон. В двух местах решено было поставить зеркала, так что проблема частично решилась. Олег ушел руководить процессом, а Никульчин откинулся на спинку кресла и пристально на меня посмотрел.

– Это ваш… молодой человек? – С чего-то решил он.

– Кто? – Сначала я не поняла вопроса. – Олежек? – Все же догадалась.

– Да, – шеф сложил руки на груди и склонил голову набок. Я прыснула от смеха. – Что смешного в этом вопросе? – Нахмурился мужчина.

– Да Олег бы никогда в жизни не оскорбил меня такого рода вниманием. Он просто лучший друг моего брата, да и росли мы в одном дворе, так что никаких романтических отношений между нами быть не может, – покачала я головой.

– Не понял взаимосвязи. Ну да ладно, – Никульчин отчего-то расслабился. – У вас еще остались ко мне какие-то вопросы.

– Да, – я тут же вытащила из сумки блокнот. – Сейчас у нас май на дворе, а томаты в теплице… Как долго они еще будут плодоносить? А осенью откуда вы будете брать урожай? А зимой?

Анатолий Григорьевич улыбнулся.

– В четвертой теплице начали цвести летние томаты, которые пойдут на реализацию в самый дешевый сезон, для осенней реализации мы начнем сеять семена через четыре недели, а на зимний стол у нас засев в начале сентября. Там солнце уже не то и эти растения придется досвечивать. Это помимо тепловых затрат, – принялся объяснять он мне.

Кажется, в растениях он разбирался куда лучше, чем в экономике и бизнесе в целом. Когда я задавала вопросы про финансы, он просто терялся и лез в отчеты за нужными цифрами.

– Простите мое любопытство, Анатолий Григорьевич, – все же не выдержала я, уже начав строить не совсем лестные для него предположения. – А кем вы являетесь по образованию?

– Я – учитель биологии, – огорошил он меня.

– Кто-о? – Выпучила я глаза.

– Учитель биологии. Просто в какой-то момент времени я сообразил, что мне двоих детей не прокормить, – объяснил он мне. – А еще мне в наследство от бабушки достался пай земли у озера в Анютинском. Все как-то в одно время произошло, а потому я взялся за единственное, что у меня было. Земля тут оказалась хорошей, агротехнику я изучил, город для быстрого вывоза овощей был близко. И как-то в течение пары-тройки лет все вылилось в большое агрохозяйство, которое я никогда и не думал заводить. Просто теперь не знаю, что делать дальше с этим всем, – вздохнул он и привычным движением растрепал белокурую шевелюру.

Я же молча переваривала все услышанное, пока до меня не дошло главное.

– У вас есть дети? – Почему-то осознание этого факта и ввело меня в ступор.

– Да, – кивнул он. – Двое.

– А…

– Жена умерла, – он насмешливо фыркнул, глядя на мое вытянувшееся лицо. – Не жалейте меня. Это давно было, почти десять лет назад.

Я кивнула и обвела этот кабинет совсем другим взглядом. Никульчин теперь оказался достоин не только моего к нему расположения, но и неподдельного уважения. Не имея экономического или юридического образования и навыков создания предприятия, он, будучи школьным учителем, ради детей и их лучшей жизни буквально на коленке сваял компанию, которая кормит большой город и зимой, и летом. Да, он пока не понимает, куда ему двигаться дальше, но я наизнанку вывернусь и обратно ввернусь, но подтолкну этот «Топинамбур» к дальнейшему развитию. И компания, и ее руководитель этого точно достойны.