Нина Кислицына – Чужая невеста (страница 3)

— Нравится?

Она подумала секунду.

— Я не знаю. Наверное, просто привыкла. — Помолчала. — Вы

скучаете по Екатеринбургу?

— По горам скучаю. — Он сказал это просто, без

ностальгического придыхания. — Там за городом можно было

уехать и не видеть людей три дня. Здесь такого нет.

— Вам нужно не видеть людей?

— Иногда.

Лиза посмотрела на него. Он не выглядел нелюдимым — скорее

наоборот, разговаривал легко, без усилий. Просто знал, что ему

нужно. Это было что-то редкое.

Она поймала себя на этой мысли и убрала её.

— Вы работаете здесь? — спросила она.

— Архитектор. Проектирую жилые комплексы, в основном.

Скучно звучит, я знаю.

4

— Не скучно.

— Вы вежливая.

— Нет, — сказала она ровно. — Просто правда не скучно. Мой

отец строитель. Я выросла на разговорах про несущие стены и

перекрытия.

Артём чуть приподнял брови — не удивлённо, скорее с

интересом.

— И как вам несущие стены?

— Я в них разбираюсь лучше, чем хотелось бы.

Он засмеялся. Негромко, коротко — но по-настоящему. Лиза

почувствовала, как что-то в ней слегка расслабилось — то самое

привычное напряжение в плечах, которое она обычно не

замечала, пока оно не отпускало.

ГЛАВА 2

Телефон завибрировал. Она посмотрела на экран: Слава.

Она нажала сброс, убрала телефон и сразу же почувствовала

лёгкий укол вины — быстрый, как заноза. Слава ждал. Они

должны были встретиться с его родителями, и она уже

опаздывала на сорок минут, и дождь не был достаточным

оправданием, потому что Слава считал, что выходить надо с

запасом.

Он был прав. Он почти всегда был прав.

— Надо идти? — спросил Артём. Он не смотрел на неё —

смотрел в окно, но каким-то образом почувствовал.

— Скоро, — сказала она.

Дождь не думал заканчиваться.

Лиза взяла стакан с чаем — горячий, на этот раз — и сделала

долгий глоток. За окном что-то хлопнуло: оторвавшийся козырёк

соседней двери бился о стену. Студенты в углу наконец собрали

ноутбук и ушли. Пожилая женщина перевернула страницу.

— Расскажите про горы, — сказала Лиза.

Артём повернулся к ней. Посмотрел секунду — как будто

проверял, серьёзно ли она.

Она смотрела ровно.

— Хорошо, — сказал он.

5

Он рассказывал без лирики — конкретно, как человек, который

привык объяснять вещи, а не украшать их.

Про маршрут на Конжаковский камень, куда они ходили с

институтским другом каждое лето четыре года подряд. Про то, как первые два часа подъёма — просто лес, обычный, даже

скучный, а потом деревья вдруг заканчиваются и ты выходишь на

курумник — огромные плоские камни, уходящие вверх, и небо

сразу становится другим, ближе и шире одновременно. Про то, как на вершине всегда ветер, даже в июле, и как они однажды

ночевали там в палатке и утром проснулись в облаке.

— В облаке, — повторила Лиза.

— Буквально. Видимость — метр. Ничего не видно, только белое

и мокро. — Он чуть помолчал. — Страшновато было, если честно.

Но красиво.