Нина Каротина – Девушка в красном платье (страница 5)

– До Храма смотрителей дня три-четыре пути, – заботливо рассуждала Вилли. – Шиэль, может тебе лучше в карете? Устанешь верхом.

– Сначала мы едем на Мертвое озеро, в загородное поместье принцессы Эстерсэн, – Родион вышел из дома и надел перчатки. – Здесь недалеко, может день пути. Пусть развеется, если хочет проехаться в седле.

Холодный и злой, как обычно. Вилли подавила изжогу и взглянула на него глазами взрослой женщины. Сам ездит только в карете, а Княжне предлагается развеяться. Родион Ялагр всегда одевается изысканно, не терпит несовершенства, только лучшее, только роскошное. Часто злоупотребляет украшениями: в косу вплетает гребни с драгоценными камнями, на сапогах золотые шпоры, на груди массивный символ Принца первой крови, пальцы в перстнях. Из этого образа выбивается только Скотина, он любит простую дворняжку и спит с ней каждую ночь.

– Я могу ошибаться, но мы обсуждали другой маршрут, – ответила она.

– Вилли, мы ищем следы Ридалага, – нетерпеливо процедил он. Там наверняка найдутся подсказки, которые помогут нам с поисками.

Зелье начало действовать или нет? Как будто уже раздражает или нужно продолжить лечение?

– Но мы едем в Храм смотрителей, а на Мертвое озеро нам не нужно, – заметила девушка.

– Мне нужно, – холодно отрезал он.

– Мне не нужно, – упрямилась она.

– Ты можешь не ехать. Спешу напомнить, это мой обоз.

– А я не напрашиваюсь в твой обоз, – ответила она и потащила свой дорожный сундук в сторону.

Большими шагами он шел следом.

– Вилли, давай не будем портить отъезд очередными ссорами, – требовательно заявил Родион. – В поместье мы заедем на день, не больше. Не велика задержка, чтобы устраивать скандал.

– Не устраивай, – пыхтела она с тяжелой поклажей. – Мы с Папенькой и сестрами едем в Храм смотрителей, приступим наконец к поискам Норинэльта. Если поторопишься, можешь нас нагнать.

– Вилли, это важно. Неужели не ясно, так путь займет меньше времени? Не показывай столь откровенно, что тебе плевать на моего брата.

– Родик, не показывай столь откровенно, что тебе плевать на моего брата, – вторила она. – Если мы разделимся, выйдет быстрее. Бароны Иртини обещали мне помощь, очень любезно с их стороны. Езжай на озеро, нам в другую сторону.

При одном упоминании конкурентов, лицо его немного перекосило, от злости дернулся глаз. Утро пошло не по плану, потому что в этот момент на улице появились путники, во главе отряда ехали Иль и Биль Иртини. А с ними Эрсэн и другие сопровождающие.

– Все еще воюешь против меня, Вилли? – грозно пророкотал Родион.

– Больше нет, – смело ответила она. – Я лекарства от тебя принимаю. Будет даже лучше, если какое-то время окажемся врозь. Это, кстати, в твоих интересах. Красных платьев больше не будет, как договаривались.

Ему не понравился ее ответ, он злится так, что готов ударить. Если еще хоть раз ударит, она уже не простит. И что-то в ее взгляде он прочел, что сразу отступил.

Агаронский отряд остановился, братья Иртини спешились.

Для девушек доставлены две кареты, с собой телеги с припасами, оружием и теплыми палатками. Они подготовились к долгому пути, спешат угодить и помочь ей в поисках брата. Вилли допускает, в этом есть определенный расчет. Но Иль проявляет искренние чувства, всегда рад встрече. Возможно, он повеса и пользуется вниманием женщин, но с Вилли с самого начала крайне предупредителен и осторожен, оберегает ее, готов подарить любую прихоть. Лишь бы она приняла, но она пока не принимает.

Биль относится к ней иначе, Вилли это чувствует. Он насторожен, соблюдает дистанцию, воспринимает ее способности всерьез. Авинэль на себе успел прочувствовать ее силу, на его долю пришлось несколько магических ударов и всякий раз он оказывался совершенно беспомощным. Он, даже будучи в Башне отверженных, будучи прикованным к клетке, не чувствовал себя настолько уязвимым, отсюда его любезность и готовность способствовать ее сближению с Бириаром.

– Пять мер золотом, – старший Иртини протянул тяжелый мешок.

Вилли выхватила деньги и передала Тибелю.

– Издержки за шкаф, – пояснила она, чем запустила какой-то скрытый механизм ущемленного мужского достоинства.

Родион выхватил мешок и в ярости бросил в приближающегося Бириара. А затем схватил девушку за локоть и поволок в дом. Вилетта упиралась, но помимо воли уступала его силе. Снова начнет кричать и навязывать свою правоту, он не умеет иначе, не слышит ее, не желает меняться, пугает ее с каждым днем все больше. Может он и прав, может она верит в мужчину, которого на самом деле не существует?

– Унизить меня задумала? – рявкнул он.

– Сам сказал возместить, – вырывалась она.

– Но не так!

– А у меня нет золота. Сам знаешь и требуешь!

– Догадываешься, как называются женщины, которые за свои услуги берут золото от мужчин? – Родион заволок ее в дом и швырнул в приемный зал.

– Догадываешься, как называются мужчины, которые требуют с бедных женщин золото? Меня унижать можно? И мою сестру Шиэль? И Биннет? И папу? – закричала она и отвесила ему пощечину.

Он ответил непроизвольно, Вилли почти почувствовал звон в ушах и отчего-то боль в носу. Перстни поверх перчаток нанесли наибольший урон. К губам вытекла полоска крови, она размазала ее рукой и рассмотрела пугающий красный цвет. Он тоже испугался, изменился в лице и почти готов извиниться. Но не извинился, а просто протянул платок. И словно этот платок стал последней каплей ее терпения.

– С меня довольно! – взревела она и швырнула ему платок.

В этот момент их нагнали братья Иртини. Они крепче Ригоронца, готовы скрутить его, чтобы наконец отбить девчонку. В одиночку ему не справиться, он завертелся, затравленным вепрем. У Вилли все еще шумело в ушах, она едва примечала происходящие события. По привычке хотела было вступиться, но пока была занята тем, чтобы утереть кровь. То ли действие эликсира, то ли усталость дали о себе знать, она равнодушно наблюдала, как ему навешивают тумаков, один держит, а второй с азартом разукрашивать ему рожу.

А потом также внезапно в зал ворвались близнецы. Вот уж кого не нужно учить хорошей драке. Пусть в науках они не преуспели, зато очень хорошо освоили искусство мордобоя. Ти и Яни под стать противникам, схватились намертво, рычали от неистовства и вида крови. В Южной Империи закон суров, представителей династии Ялагров могут бить только Ялагры, здесь все правила отошли в сторону, пятеро мужчин решили выяснить отношения. Голубая шуба на Ригоронце порвалась, он похож на оборванца, лицо разбито, смазливая улыбочка сошла, его душат собственным символом, а он вырывается и пинает ногами Биля, который противостоит сразу двум близнецам.

Вилли беспомощно прижималась к стене, остановить побоище она не может. Может, но в этом случае трое свалятся в парализующем трансе, останутся только Бириар и Родион, а в этом противостоянии она бы поставила на Агаронца. И может оно к лучшему, один из них давно заслуживает хорошей трепки. Остальных можно быстро поднять на ноги, в сопровождение наверняка взяли одного мага-целителя. Девушка подняла кинжал, но сделать ничего не смогла.

На пороге стоял незнакомец, который держал меч из кристалла. И меч он держал против нее. Высший магистрат Зельтиур, припомнила она, задыхаясь в удушающих тисках незнакомой магии. Колдун с особым тщанием удерживал ее, не сводя горящего взгляда с корчащейся на стене девушки. Он придавил ее, будто стеной к стене, ни поднять руку, ни вздохнуть полной грудью. Вилли почувствовала, что теряет сознание.

Родион разорвал цепь символа, вырвался из захвата, поднял попавшийся под руку стул и запустил им в колдуна. Захват ослаб, Вилли рухнула на пол и на простых рефлексах ударила заклятием в магистрата. От грохота его тела и Светоликие, и недо-Светоликие замерли и прекратили драку.

Мужчины тяжело дышали, словно ведро воды каждому на голову. Тело лежало в проходе неподвижной массой, девушка громко втягивала воздух в легкие.

– Она Зельтиура завалила? – первым опомнился Иль.

И сразу все пришло в движение. Биль подскочил к телу, одним ударом ноги откинул меч и в панике осмотрел последствия удара.

– Оцепенел. Живой, – сообщил он, суетливо бросился к дверям и повернул ключ.

Иль осторожно приблизился к своему Высшему магистрату и поводил ладонью у глаз. Родион разминал шею, его душили, на коже остались бурые синяки. Яни слизывал кровь со сбитых костяшек пальцев. Ти подхватил трофейный меч и рассмотрел рукоять и кристальные вставки на лезвии. Это что-то новенькое, незнакомое, из арсенала тяжелого вооружения Храма первородных.

– Нашли проблему. Будто у вас в штате нет магов-целителей, живо поставите на ноги, – хрипел Родион. – Не убила, а просто оцепенела. Все помнят, что наш боевой маг особенный?

– Что бы ты понимал! – парировал Бириар. – Высшего магистрата и лучшего мага-защитника в Агароне! В сознании он армию остановит, а она его одним ударом свалила.

Вилли отдышалась и с трудом поднялась по стеночке.

– Он меня душил, между прочим, – тихо возмутилась девушка. – Я защищалась.

– Я его в дом не звал, и вас тоже, – Родион снял рваную шубку и швырнул ее в лицо Бириара. – Любой суд признает самооборону, нашли чем укорять. Забирайте свое хозяйство и проваливайте вон. Мой боевой маг защищался. Скажите спасибо, что не убила заклинанием «сечение».