Нина Гернет – Катя и крокодил (страница 4)

Она долго трясла свинью над столом, пока не натрясла целую пригоршню меди и серебра.

Вдруг Милка заворочалась на постели. Катя испугалась.

Как оставить Милку одну со зверями? Ей нельзя доверять!

Но Милка снова сладко заснула, и Катя решила: не проснётся! Сбегать в магазин — самое большое — десять минут.

И она побежала, сжимая деньги в кулаке.

До магазина было недалеко. Надо было пробежать мимо парикмахерской, инкассаторского пункта и перейти улицу возле кинотеатра «Нептун».

Одним словом, не прошло и пяти минут, как Катя стояла у прилавка.

— Дайте мне, пожалуйста, овса для кроликов.

— Овса нет, — сказала продавщица, — овсянка есть.

— Ну, тогда, пожалуйста, овсянки, — сказала Катя. — Для кроликов. Знаете, у них такой рацион. А вот моя черепаха овса не ест. А крокодил мой, вы не представляете, он даже туфли напополам перекусывает!

Все покупатели посмотрели на Катю. А один мальчуган, со связкой баранок и кульком макарон, подошёл к Кате и уставился на неё, будто она сама перекусила туфлю. И когда Катя вышла из магазина, мальчик пошёл следом за ней. Он шёл и жевал баранку, не спуская глаз с Кати.

Катя очень спешила. Она перебежала через улицу, свернула за угол и поравнялась с кинотеатром «Нептун». Люди туда шли толпой.

И вдруг Катя увидела, что в двери «Нептуна» входит Таня. Это была самая лучшая Катина подруга.

— Таня, постой! Что я скажу! — крикнула Катя. Но Таня уже скрылась в дверях.

Что же это? Значит, она так и не узнает про Катиных зверей? Конечно, зайти после сеанса не догадается, а у Кати нет теперь времени бегать по гостям.

Хороша дружба! Иметь дома живого крокодила и не показать лучшей подруге даже кончика хвоста!

Подумав так, Катя бросилась вслед за Таней.

— Билет! — крикнула контролёрша и попыталась схватить Катю, но не успела. Катя проскользнула мимо неё и скрылась в толпе.

— Таня! Татка Карликова! — кричала она. Но люди вокруг шумели, и Таня её не слышала.

Мальчик с макаронами и баранками, который шёл за Катей, тоже вошёл было в кинотеатр. Но когда контролёрша потребовала билет, он молча повернул обратно, вышел на улицу и прислонился к стене рядом со входом. Снял со связки вторую баранку и стал не торопясь жевать её.

Контролёрша не могла оставить своего места и погнаться за Катей. Она только вытягивала шею, высматривая Катю в фойе. А Катя пробиралась между зрителями и вытягивала шею, высматривая Таню Карликову.

Раздался звонок, и люди двинулись в зал.

Тут Катя издали увидела Таню. Она бросилась туда, но, пока пробиралась в толпе, Таня уже вошла в зрительный зал. Катя всё-таки заметила, как она садилась у стенки, и быстро пробралась к ней.

— Таня! — сказала она. — Ох, мне так некогда! Я не могу за тобой бегать, у меня звери…

И она начала быстро рассказывать Тане самое главное. Но тут погас свет.

— Садитесь! — зашипели на них соседи сзади.

Девочки уселись вдвоём на одном стуле. Тогда заворчали соседи сбоку, что пускай девчонки не толкаются и ведут себя прилично.

Таня осталась на стуле, а Катя уселась на корточки у самой стенки и стала быстро рассказывать.

Теперь рассердились соседи впереди и сказали, что девчонки мешают слушать, хотя слушать было нечего, потому что на экране шли пока только надписи.

Впрочем, Таня уже всё поняла.

— Крокодил? — прошептала она. — Говорящий? Бежим!

И они стали пробираться к выходу. Теперь на них шипели со всех сторон. А мальчишка, сидевший с самого краю, дёрнул Катю изо всех сил за косу.

Девочки бежали, согнувшись вдвое, по проходу, и все зрители ругали их по очереди.

Так добежали они до дверей, и тут-то начались настоящие неприятности.

Билетёрша наотрез отказалась открыть двери.

— Кончится «Золотая рыбка», — шипела она, — тогда уходите, а теперь нечего!

Девочки испугались: на экране старик только ещё собирался в первый раз закинуть невод в синее море!

Билетёрша ткнула пальцем на свободные стулья:

— Садитесь!

Катя рассердилась. Она не любила, когда на неё кричали, даже шёпотом. И она крикнула билетёрше, тоже шёпотом:

— Ничего подобного! Это у кого билеты, те обязаны сидеть до конца. А я безбилетная, и вы никакого права не имеете показывать мне «Золотую рыбку», а должны меня вывести из зала. А вы не выводите. Как вам не стыдно!

— Как это безбилетная? Покажи билет! — растерялась билетёрша.

— А вот нет билета! — гордо шепнула Катя, и билетёрша, не найдясь, что ответить, молча открыла дверь.

Девочки выскользнули в фойе и побежали к выходу.

— А, вот она, безбилетная! — обрадовалась контролёрша. — Что, вывели?

Конечно, ей можно было бы здорово ответить. Но Катя не стала объясняться, и они с Таней выскочили на улицу. Мальчик с баранками отделился от стены и пошёл за ними.

4

Пока Катя покупала овёс, Милка спокойно спала.

Крокодил плавал в ванне, скворец прыгал и кричал: «Шагом марш» пролетавшим мухам. Черепаха гуляла по крокетному ящику и после сапожной коробки находила его очень просторным. Кролики догрызали последние одуванчики, которые ещё были в клетке.

Папа, как всегда, сбился на тридцать седьмом такте «Дьявольских трелей» и начал сначала.

Словом, всё было тихо и мирно.

Но как раз в тот момент, когда Катя подходила к кинотеатру «Нептун», луч солнца упал на Милку. Милка во сне отмахнулась от луча, но это не помогло. Она потёрла глаза кулаком, чихнула и проснулась.

Сперва она долго жмурилась и потягивалась, а потом открыла глаза как следует.

Тут она увидела птицу, кроликов и черепаху.

Милка зажмурилась и снова открыла глаза.

Кролики, птичка и черепаха остались на своих местах.

Милка спрыгнула с кровати и подбежала зверькам.

Ей было пять лет, она не очень задумывалась над тем, откуда взялись эти существа и почему они оказались в комнате. Она просто радовалась, что они есть.

Милка присела на корточки перед кроликами и просунула палец в клетку.

— Шагом марш! — крикнул скворец.

Милка посмотрела на него и кивнула головой. Она сразу поняла: эта птица играет в детский сад, будто она воспитательница и командует строиться на зарядку.

— Хорошо, — согласилась Милка.

Она встала, как на зарядку, и зашагала по комнате, стараясь попасть в такт музыке «Дьявольских трелей», которая доносилась из комнаты папы.

Путаясь в длинной ночной рубашке, Милка маршировала. Она ждала, когда воспитательница скомандует «стой» и начнёт упражнения.

Но скворец и не думал командовать «стой». Он вдруг прыгнул в миску с водой и затрепыхал крыльями. Во все стороны полетели брызги.