Нина Ахминеева – Путь княгини 2 (страница 30)
Пустой желудок заурчал. Взгляд голодного мужчины заметался по крохотному помещению, остановившись на открытом холодильнике. Тот «радовал» пустыми полками, напоминая, что в доме шаром покати.
Михаил злобно ощерился. Сука.
Он склонился над раковиной, открыл кран и жадно припал к тонкой струйке. Теплая вода воняла хлоркой, но больше заполнить желудок было нечем.
Вытерев рот тыльной стороной ладони, изгой глянул в окно. Навскидку — часов восемь утра. А не нанести ли визит хозяину Ростовского княжества сейчас? Заодно и позавтракать нормально.
Принятое решение подняло настроение, но оно быстро скатилось к прежней отметке, когда Михаил вернулся в комнату. Диван, древний как мамонт полированный шкаф, колченогий стул и обшарпанный стол — вот и вся обстановка. В такой нищете Фил не жил даже в родном мире!
Единственное, что напоминало о прошлой беззаботной жизни, — три дорогущих чемодана, рядком стоящих у стены. Вещи изгой паковал сам, а вот доставили их сюда бывшие коллеги-инквизиторы. Еще и поставили так… аккуратненько. Заботливые какие!
Негодующе раздувая ноздри, Михаил уложил чемоданы на пол и поочередно открыл все три. Осмотрел сваленную комом одежду, снова выругался. Вот что ему стоило не психовать, а нормально уложить костюмы⁈ Теперь ни один не подходит для визита!
К счастью в багаже имелись джинсы и не мнущаяся черная футболка. Изгой оделся, сунул ноги в легкие летние туфли и задумчиво потер двухдневную щетину. Бриться или нет — вопрос не стоял: нечем. Ну да не страшно, легкая небритость ему всегда шла и добавляла шарма.
Сунув в карман мобильный и кошелек с деньгами, Михаил прошел в санузел. Зеркала здесь не было. Как и расчески, зубной щетки, пасты и мыла.
Дожился! Словно нищеброд! Ну ничего-ничего, скоро все у него будет.
Кое-как умывшись над ржавой ванной, покосился на старенькое вафельное полотенце, сиротливо висящее крючке. Оно выглядело чистым, но вытираться им Фил побрезговал. Так обсохнет.
Вернулся в коридор, расчесываясь на ходу пятерней, поискал глазами ключ. Все же дверь лучше запереть: жаль, если украдут последнюю одежду.
Ключ обнаружился в замке. Михаил забрал его, вышел на лестничную площадку и, с горем пополам закрыв входную дверь, спустился с третьего этажа на первый. На улице заметил сидящую на лавке старушку. Та смотрела на нового жильца их подъезда изучающе-заинтересованно, и в другое время Фил обязательно завел бы с ней разговор. С подобными бдительными старушенциями выгодно наладить дружеские отношения, они всегда все знают о соседях. Или если не все, то очень многое. Но оставаться здесь жить Михаил не планировал, а потому демонстративно проигнорировал пожилую женщину.
Пройдя по тропинке вдоль пятиэтажки, остановился на углу, прочитал на табличке название улицы и номер дома и, достав из кармана мобильный, заказал такси. В том, что встреча с князем Ростовым пройдет успешно, экс-инквизитор абсолютно не сомневался.
Как же есть-то хочется! Интересно, что у Ростова подают сегодня на завтрак?
Борис Васильевич завтракал никуда не спеша и наслаждаясь отменно приготовленными блюдами.
Лакей сообщил ему о визите князя Михаила Федоровича Меньшикова за пять минут до начала утренней трапезы. Хозяин дома велел проводить посетителя в библиотеку, а сам прошествовал в столовую. Конечно, по правилам хорошего тона следовало пригласить титулованного гостя за стол, но в данном случае имелись нюансы. Во-первых, Борис Васильевич завтракал исключительно в обществе супруги. А во-вторых, он был прекрасно осведомлен, что внезапный визитер больше не является членом княжеского рода Меньшиковых. Более того — отчислен из Ростовской школы магии, а его дар светлого мага заблокирован.
Этого человека не стоило пускать даже на порог дома, но хозяин Ростовского княжества все же решил проявить неслыханную милость и выслушать изгоя. Причина банальна: любопытство. Борису Васильевичу стало интересно, что же такого особенного хочет предложить ему Михаил Бесфамильный. Ну не деньги же он клянчить пришел, в самом-то деле! А если так, дюжие лакеи по одному шевелению княжеской брови немедля вытолкают нахала взашей. Да тумаков отвесят вдобавок, чтобы неповадно было в приличные дома соваться!
Промокнув губы полотняной салфеткой, Борис Васильевич поднялся из-за стола. Княгиня замешкалась, уже второй раз за неделю. С непростительной неуклюжестью встав, она смиренно склонила голову перед мужем.
— Светлана, посмотри на меня, пожалуйста, — произнес князь с ледяной учтивостью. Женщина незамедлительно выполнила приказ.
Борис Васильевич осмотрел ее от макушки до пят и, резко замахнувшись, дал пощечину. От силы удара Светлана Никитична отшатнулась, но тотчас вернулась обратно.
— Извини, дорогой. Моя вина, признаю́, — прошептала княгиня, опустив глаза в пол. Родовой перстень супруга рассек ей губу, кровь катилась по подбородку, капала на серое платье.
— Еще бы ты не признавала. — Князь недовольно скривился. — Утрись, смотреть на тебя тошно.
Больше не обращая внимания на жену, он поправил пояс тяжелого темно-красного халата и покинул столовую.
Визитер дожидался в библиотеке. Вольготно устроившись в кресле, он лениво листал красочный журнал с последними моделями автомобилей. Князь Ростов грозно нахмурился. Ишь ты, какой прыткий.
Увидев вошедшего хозяина дома, изгой положил журнал на низкий столик и без суеты поднялся.
— Доброе утро, Борис Васильевич, — поздоровался с достоинством.
«Ты смотри-ка, совсем не боится. Занятный фрукт», — подумал князь Ростов, усаживаясь на любимую софу. Не отвечая на приветствие, он сухо обронил:
— У вас десять минут, Михаил Бесфамильный. Время пошло.
Наглец, не спрашивая позволения, вновь опустился на кресло. Отзеркалив позу собеседника, обаятельно улыбнулся.
— Похвальная осведомленность о моем печальном статусе. Хотя от такого влиятельного человека, как вы, странно было бы ожидать иного, — заявил он, ничуть не тушуясь. — Борис Васильевич, как вы, вероятно, уже догадались, я пришел с деловым предложением. Насколько знаю, вас интересуют земли, принадлежащие княжескому роду Алайских. Я могу вам помочь их заполучить. Разумеется, не бесплатно. В моем непростом положении играть в благотворительность по меньшей мере глупо.
— И сколько же вы хотите? — равнодушно уточнил князь.
— Деньги от вас мне не нужны, — с полуулыбкой возразил Михаил и перешел на деловой тон: — В обмен на помощь я прошу ввести меня в княжеский род Ростовых. Младшей ветви достаточно.
Вот это наглость! Мысленно князь даже восхитился такими амбициями, но, безусловно, ни при каких обстоятельствах принимать изгоя в свой род не собирался. Прогонять Михаила он тоже не спешил. А вдруг этого глупца с непомерными запросами можно как-то использовать?
— В чем конкретно будет выражаться ваша помощь? — небрежно спросил князь, кладя руку на мягкий подлокотник.
— Я готов предоставлять любую информацию, которая только вас заинтересует, напрямую из дома княгини Алайской. А также, учитывая заявленную цену, выполнять все ваши поручения, связанные с этим делом.
Борис Васильевич с сомнением поднял бровь.
— Хотите сказать, у вас настолько доверительные отношения с Марией?
— Слуга княжеского рода Алайских, а по совместительству единственная подруга вашей племянницы, носит моего ребенка, — Михаил усмехнулся и утомленно добавил: — Влюблена в меня как кошка.
Князь задумчиво огладил идеально подстриженную седую бородку, остро глянул на изгоя. Тот сидел с таким видом, словно ни секунды не сомневался, что сделка будет заключена.
Если разобраться, ничего особенного Михаил Бесфамильный не предлагал, всю информацию по передвижениям и делам Машки князю по первому приказу предоставит наружка. И все же этот балбес появился весьма кстати. В голове хозяина Ростовского княжества созрел план. Причем настолько изящный, что Борис Васильевич едва сдержал довольную улыбку.
Как же вовремя высшие силы прислали ему этого дурака!
— Маш, а Маш?
— М-м-м…
С усилием открыв глаза, я подняла голову.
— Нормальные люди за журнальными столиками не спят. Для этого кровать давно придумали, — с укором пробурчала Наталья, снимая с моей щеки приклеившуюся бумажку.
Так то нормальные.
Я потерла лицо ладонями, мрачно оглядела исписанные листы, раскиданные по столешнице. Настроение было ни к черту, и вовсе не потому, что меня разбудили.
Добрую половину ночи я мониторила сеть, изучая цены на спецтехнику: и на новую, и на подержанную. Рапс еще даже не посадили, но как его собрать, необходимо думать уже сейчас, а сельхозтехники у меня нет. Более того — и нет денег на ее покупку! Унаследованных от «родителей» ста двадцати восьми тысяч, лежащих на счету, хватит разве что на колесо от комбайна.
Выход один — взять кредит в банке. Увы, до финансовой аренды в этом мире еще не додумались. И даже под залог приобретаемых машин деньги не дадут. В займе-то главе княжеского рода не откажут, но попросят обеспечение. А что у меня есть, кроме земли? Ни-че-го. И вот казалось бы, не в моем случае выпендриваться, род уже́ на грани банкротства. Но от одной мысли, что придется заложить хутор, внутри все переворачивалось. Нельзя так делать. Нельзя!
Стоп. А чем крестьяне убирают те поля, которые худо-бедно, но дают урожай?