Нил Гейман – Страшные сказки. Истории, полные ужаса и жути (страница 36)
– За него не волнуйся. – Батшеба посмотрела на Азу, и на ее лице читалось скорее облегчение. Она определенно радовалась тому, что девушка с каштановыми волосами жива. – Нам предстоит третье испытание.
Они в молчании вышли из «Погреба Ауэрбаха», поднялись по лестнице, прошли мимо бронзовых статуй, изображающих Фауста, Мефистофеля и студентов.
Аза обратила внимание на то, что скульптор пропустил одного из студентов. Брандер, Альтмайер и Фрош стояли тут как тут, совсем как настоящие, они были обречены жить в металле, если уж не вести жизнь призраков, – но Зибеля не было.
Батшеба через торговый центр вывела Азу туда, где их ждал автомобиль. Они вместе забрались на заднее сиденье.
Машина тронулась, выехала из пешеходной зоны, через центр Лейпцига и прочь из города.
Аза ехала с закрытыми глазами. События прошедшей ночи заслуживали того, чтобы их как следует обдумать, – но тут вдруг ее губ коснулись другие, теплые и мягкие. Она знала, чувствовала по запаху, что это Батшеба целует ее. Их притяжение стало взаимным, и Аза отдалась ласкам подруги.
– Я никогда не встречала таких, как ты, – нежно шептала черноволосая красавица, – Ты похитила мое сердце, Аза. Теперь ты обязательно должна пройти последнее испытание.
– Твой отец выполнит свою часть сделки?
Батшеба помедлила с ответом.
– Надеюсь. Я все еще твоя заложница.
– А ты и правда ему дорога?
И снова брюнетка заколебалась.
Азе этого было достаточно, и она погрузилась в сон, прерываемый только поцелуями подруги.
Ближе к вечеру Аза открыла глаза и посмотрела в окно автомобиля. Лимузин стоял на берегу озера. Над водой высился освещенный шпиль церкви, а вокруг здания был возведен плавучий помост с ограждением.
Батшеба ждала на усыпанном галькой пляже, неподалеку на мелких волнах качалась моторная лодка. Сильный ветер бился о машину, завывал между стволами растущих вокруг деревьев и трепал черные как смоль волосы Батшебы.
Аза уже догадалась, каким должно быть следующее задание – провести ночь в затопленной церкви.
Она вышла из машины и подошла к Батшебе, которая схватила ее за руку.
– Это озеро Штермхалер, – тихо сказала девушка. – Когда-то давно здесь добывали уголь. Потом было выселено несколько деревень, дома снесли, а людей эвакуировали. По крайней мере, так говорят.
– Это неправда?
– Нет. Земля разверзлась и поглотила окрестные деревеньки, уничтожив всех. Власти сочинили миф про шахты. Сюда привезли землечерпалки и нагнали рабочих, чтобы объяснить, откуда яма. А через много лет затопили все это проклятое место.
– И никто не интересовался, куда делись жившие здесь люди?
– Нет. Каких только басен не придумали, чтобы объяснить их исчезновение. – Батшеба показала на искусственный остров. – Там, а не здесь, была раньше церковь прихода Магдеборн. Это здание пострадало первым. А то, что ты здесь видишь, – памятник, он отмечает место, откуда все началось.
Она привлекла к себе Азу, положила ей руку на затылок и поцеловала.
– Продержись ночь. Но будь осторожна – в озере обитает жуткое чудовище. Из-за этого-то здесь и разверзлась земля. Даже сейчас оно нет-нет, да и проглотит беспечного пловца или рыболова вместе с его лодчонкой.
Аза кивнула и направилась к моторной лодке, а ветер пытался сбить ее с ног и залеплял лицо волосами.
Ступив на борт утлого суденышка, она завела мотор, и лодка с тарахтением двинулась вперед по покрытой рябью воде. Волны становились все выше, бились о борт, брызги летели Азе в лицо, заливали глаза. Аза представила, как скрывающееся в мутной воде чудовище тихо плывет под днищем ее хрупкой, как ореховая скорлупка, лодки. Эта мысль привела ее в восторг.
Она приближалась к темному островку с фальшивой колокольней. Шпиль был сорока пяти футов высотой, плавучая конструкция из дерева и бетона, цепями закрепленная на дне озера.
Аза подогнала лодку к платформе и привязала к ограждению. Торопливо прошла по дощатому настилу и скрылась в башне.
Она моментально заметила мокрые следы на пыльном полу. Потом более темные пятна. Повернувшись, она увидела охранника из мемориала, который в изнеможении лежал среди опрокинутых стульев. Его одежда была мокра насквозь – должно быть, добирался до острова вплавь. Из зияющей раны на боку капала кровь.
Аза подбежала и опустилась на колени рядом с тяжело раненным человеком.
– Что, черт возьми… – начала она.
– Ты не должна справиться с этим заданием, – прохрипел он, кривясь от сильной боли. – Проклятие Фауста ничто по сравнению с тем, что случится, если ты это сделаешь.
– Но мы с братом умрем, если…
– Ваши жизни неважны, – прервал ее охранник, вцепившись пальцами в ее руку. – Что бы ни случилось, Варравва не должен захватить власть над Лейпцигом.
– Кто это?
– Тебе незнакомо это имя? Барбас – это же Варравва, тот самый разбойник, которого Понтий Пилат освободил вместо Иисуса. Он проклят и не может умереть. Он обречен вечно скитаться по земле и творить зло.
Человек бормотал быстро и невнятно, его слова было трудно разбирать. Азе приходилось напрягаться, чтобы вникнуть в то, что он говорит.
– За сотни лет он много раз заключал соглашения со всяческими демонами и всегда нарушал свои обещания, но бывало, что и черти его обманывали тоже. Мефистофель – его главный враг. Если бы Варавве только удалось снять заклятие Фауста и захватить власть над городом, настал бы час его великого торжества.
Азе вдруг стало интересно, сколько же лет Батшебе.
– Он и его дочь…
– Батшеба – дочь Мефистофеля, – перебил ее охранник. – Он хитростью убедил ее остаться с ним, и ей ничего не остается делать, как подыгрывать в этом фарсе.
Он закашлялся и согнулся от боли.
– Варавва сравняет Лейпциг с землей, празднуя победу. Все погибнут! – Он еще сильнее, до боли стиснул Азе руку. – Провали последнее испытание, или будет разрушен целый город со всеми жителями.
С его губ сорвался последний вздох, и глаза закатились.
Аза оторвала мертвые пальцы от своей руки.
– Что же делать? – прошептала она.
Пошарив по карманам мертвеца, она не нашли ничего, что объяснило бы ей, почему хранитель так хорошо осведомлен.
Часы над ее головой пробили полночь.
Внезапно ветер стих, и воцарилась мертвая тишина, какая наступает после бури или за последним криком жертвы убийцы.
Аза вышла наружу, ей не терпелось узнать, что за спектакль приготовлен для нее на этот раз.
Все озеро светилось изнутри нефритово-зеленым светом, как будто солнце село в море зеленых чернил. Над поверхностью поднимались клочья тумана, от них у Азы закружилась голова, но она не дрогнула, а поскорее схватилась за ограждение.
Неожиданно воды расступились.
Исполинское создание поднялось из глубин, наполовину рыба, наполовину монстр, – такого Аза не видала ни в одной книжке. Воды озера разбегались от него гигантскими волнами. С уродливой морды, нависшей над ней на высоте сорока футов, на Азу смотрели семь серых и холодных как лед глаз. Челюсти чудовища открылись, обнажив ряды длинных, острых зубов.
– Ты осмеливаешься мериться со мной силой, жалкий человечишка? – оглушительно прогремел монстр.
– Да, осмеливаюсь! – Аза улыбнулась, хотя от грохочущего голоса у нее чуть не лопнули перепонки. Вот это чудище так чудище – просто класс!
– А готов ли ты встретить смерть, ничтожный червяк? – Чудовище подняло свои щупальца и ударило по поверхности озера. Волны прокатились по помосту, обдав девушку фонтанами брызг и промочив насквозь.
Но Аза твердо стояла на ногах: «Да».
– Лютую смерть? Ужасную, режущую боль и мучительнейшие пытки? – Монстр шире открыл пасть и показал зубы, достаточно острые, чтобы крушить дерево.
– Если потребуется.
– Ты можешь умереть от моих клыков. Или я проглочу тебя целиком, и ты заживо сгниешь у меня в желудке, – глумился монстр. – И я…
Но Аза перебила его:
– Ты тратишь мое драгоценное время! – Она подпрыгивала от радостного возбуждения. – Переходи к делу.
Монстр взметнулся из бурлящей воды еще выше, гораздо выше, чем даже Памятник битве народов.
– Так ты в самом деле собираешься рисковать жизнью и душой в битве со мной? – вскричал он. – Так знай, это мое последнее предупреждение, тщедушный человечек!
Аза уверенно кивнула, хотя знать не знала, что ждет ее дальше. Она выплюнула в озеро воду, которой наглоталась, когда чудовище выпрыгивало из воды. Не выпуская поручней из рук, она потрясла кистями, чтобы серебряные кастеты скользнули на пальцы. Принимая во внимание размеры монстра, кастеты могли оказаться слишком малы, оно могло вообще их не заметить.