Ниль Блэк – Vendida (страница 10)

Фелисии удаётся отсидеть совещание только за счёт горького кофе, прихваченного из автомата, и она, собрав папки, удаляется на своё место, чтобы до обеда составить отчёт об упоминаниях и настроениях вокруг компании и сделать анализ активности конкурентов в медиапространстве. Фелисия, как и все интерны, а также менеджеры низшего звена, сидит в офисе с открытой планировкой, где отсутствуют традиционные кабинеты и стены, разделяющие сотрудников. Она возвращается за свой стол, который через три стола от лифта, и, плюхнувшись в кресло, поднимает крышку ноутбука. «Хорошо, Яна на обед придёт, отвлекусь, а то сегодня совсем работать не охота», — думает про себя девушка, вбив в поисковик «Обелиск». Закончив с социальными сетями, Фелисия разминает плечи и, радуясь, что до обеда остался час, переходит к написанию текста для СМИ. Мария, которая отвечает за визуальный контент, устроившись на столе явно неравнодушного к ней коллеги, снова громко рассказывает про поход в ресторан с девчонками, когда из открывшегося лифта вылетает один из «богов», как называют тех, кто сидит на верхних этажах и занимает более высокие должности, и выкрикивает:

— Босс здесь.

— Он всегда здесь, — зевает вышедший из кабинета в конце комнаты Исая.

— Ты не понял, не американец, Наварро здесь!

— Ты шутишь? — у Исаи кровь отливает от лица.

По офису сразу проносится гул голосов, все второпях приводят в порядок столы, и Фелисия растерянно смотрит по сторонам.

— Да расслабьтесь, он, небось, к Джерому приехал, сюда не сунется, — пытается успокоить и себя, и сотрудников Исая.

— На всякий случай будьте готовы, иногда гуляет, — предупреждает гонец и возвращается в лифт.

Все, забыв про работу, теперь начинают обсуждать Наварро, точнее, сколько у него денег, как хорошо он выглядит и что нужно сделать, чтобы получить повышение. Фелисия возвращается к работе, потому что планирует закончить всё быстро, а потом до конца рабочего дня поискать в онлайн-магазинах себе новые кроссовки. Она поднимается за ещё одним кофе, только в этот раз добавляет в него молока и сахара, и только возвращается к своему столу, как двери лифта разъезжаются, и вокруг наступает не присущая опенспейс тишина. Её нарушает вылетевший из своего кабинета Исая, который, чуть ли не спотыкаясь, идёт к Джерому и остановившемуся рядом с ним мужчине.

— Горячий, — первое, что пронзает мысли Фелисии.

Мужчина рядом с Джеромом высокий, подтянутый, его холодный взгляд наделён особой силой и харизмой и сразу притягивает внимание. У него чёткие черты лица, скульптурная линия челюсти и полные губы. Наварро выглядит намного моложе, чем на газетных фотографиях, но глаза возраст выдают. Они у него глубокие и проницательные, излучают спокойствие и уверенность, но в то же время — холод и неприступность. Он словно может прочитать человека насквозь, не выдавая ни единой эмоции. Его тёмные волосы слегка зачёсаны назад, что придаёт образу некую строгость. По Фелисии табун мурашек от одного взгляда на него расползается. На Наварро чёрный костюм, состоящий из пиджака, сшитого по фигуре, и безупречно сидящие брюки прямого кроя, немного зауженные к низу, подчёркивающие его длинные ноги. Фелисии кажется, если она не отвернётся, то начнёт капать слюной на бумаги. Не её лига. Ничья лига.

Исая отвечает на вопросы гостя, и даже голос Наварро завораживает. Наварро проходит мимо столов, легонько улыбается здоровающимся с ним сотрудникам и проходится взглядом и по Фелисии. Абсолютно безразличный бесцветный взгляд. Лис, привыкшую к повышенному вниманию, это даже задевает, потому что ровно так же Наварро на кактус в углу секунду назад посмотрел. Девушка опускается в кресло, утыкается лицом в бумаги и старается больше не смотреть вслед мужчине, идущему к кабинету Исаи. Мужчины закрываются в кабинете, следом за ними заходит секретарша Исаи, и Фелисия жалеет, что не подала на её должность, ведь могла бы оказаться к нему поближе. Она собирается вернуться к работе, но, заметив, что на часах уже время обеда, в отличие от остальных, прилипших к стульям, встаёт. Фелисия уже получила сообщение от Яны, и та ждёт её внизу с сэндвичами. Да и потом, это законное время Фелисии на обед, и она не будет, как её коллеги, трястись за своим столом, ожидая, когда главный покинет здание.

Она натягивает на себя пиджак, забирает со стола картхолдер и телефон и, заметив вышедших из кабинета мужчин, решает дождаться, когда они покинут здание. Наварро проходит мимо, Фелисии в нос бьёт запах потрясающего парфюма. Жаль, его о бренде не спросить. Девушка так и мнётся у стола в ожидании, когда они уже спустятся, и вздрагивает, услышав:

— Ты вниз собиралась?

Фелисия, как в замедленной съёмке, оборачивается на голос и, хлопая ресницами, смотрит на стоящего уже в лифте Наварро.

— Да, я потом спущусь, — шумно сглатывает девушка, в которую впились взгляды всех присутствующих.

— Почему потом? Мы тоже вниз едем, — говорит Наварро тоном, которому не подчиниться не вариант.

Фелисия под ошарашенными взглядами сотрудников и, главное, Исаи проходит в лифт и сразу прилипает к стене с противоположной стороны. Джером нажимает на кнопку, продолжает рассказывать Наварро об инновациях, а Фелисия, чьи лёгкие обжигает его парфюм, запрещает себе дышать. Наварро к ней интереса больше не проявляет.

Дверцы открываются на нужном этаже, Фелисия думает, босс выйдет первым, но мужчина отступает и, легонько улыбнувшись, пропускает её вперёд.

— Спасибо, — бурчит совсем потерянная девушка.

— Пожалуйста.

Фелисия так и остаётся в холле, наблюдая за тем, как Наварро выходит наружу, где стоит охрана, и садится в роллс-ройс, и только потом выбегает следом.

— Ты не поверишь, что случилось, — подлетает девушка к стоящей у пальмы с бумажным пакетом Яне.

— Я подозреваю, меня даже к лестнице не пустили, охрана, как у президента, — чешет голову Яна.

— Ты его видела? — Фелисия перевозбуждена, и у неё язык заплетается.

— Нет, он же окружён своими был.

— Чёрт, Яна, он ахуенный! Он мне сказал «пожалуйста», прикинь? — чуть ли не прыгает на месте девушка.

— Ты с ним говорила? — очередь Яны удивляться.

— В лифте вместе спустились, — идёт с подругой к скамейке Фелисия. — Он такой роскошный, от него так пахнет, он прям мужчина, знаешь! Мужчина, — делает глубокий вдох девушка.

— Ты чего? — обеспокоенно смотрит на неё подруга.

— У меня колени дрожат, и грудь заходится, — в доказательство прикладывает ладонь к груди Фелисия. — Я не смогу функционировать, как дальше работать, я просто в шоке от него. Меня снесло волной его харизмы.

— Только не говори, что влюбилась в своего босса, — закатывает глаза Яна.

— Не влюбилась, а может, и влюбилась, короче, я поняла, мне нужен такой мужик, и похуй на этих мальчишек, по которым я убиваюсь, — открывает банку с колой Фелисия. — Рядом с таким можно умереть от приступа. Какой он властный, какой дикий, все сразу потеряли значимость.

— Ликси, милая, вернись к своим мудакам лучше, не лезь туда, — хохочет Яна, доставая шоколадный батончик, — и вообще, он тебе в отцы годится.

— Ты так говоришь, будто он во мне заинтересовался, — уже понуро говорит Фелисия. — И он молод, ему немного за тридцать.

— Как тебе мало надо, чтобы втюриться, — качает головой Яна. — Не предлагаю шоколадку, там арахис. Подохнешь ещё.

— Я всё равно есть не хочу, аппетит пропал, а ты кончай соблазнять меня батончиками, зная, что у меня аллергия, — убирает сэндвич обратно в пакет Фелисия. — Я теперь об этой поездке в лифте до конца жизни не забуду. Вот бы ещё приехал, ну, разочек.

— Лис, это Гильермо Наварро, спустись на землю.

— Да я и так на земле, но что плохого в том, что я могу фантазировать о таком красивом мужчине, — мечтательно говорит Фелисия.

— У таких, как он, не все дома, зачем тебе отношения, из которых нельзя выйти?

— серьёзно смотрит на неё Яна.

— Во-первых, кто в своём уме будет из них выходить, это же Наварро! Во- вторых, к чему ты? Ты что-то знаешь? — хмурится Фелисия.

— Я знаю одно, что у богачей свои причуды, и часто они все шизики, — хмыкает Яна.

— Да по-любому мне ничего с ним не светит, я парней своего уровня отталкиваю, не то что его, — бурчит Фелисия.

Просидев с подругой ещё полчаса, она возвращается в офис и сразу попадает под перекрёстный огонь, где все пытаются выяснить, как прошла её поездка в лифте и что говорил Наварро. Фелисия честно отвечает, что ничего он ей больше не говорил, и возвращается к докладам. Хорошо, что работы много, так время пролетает быстро. На часах уже пять, осталось ещё часок потерпеть, и можно будет поехать домой. Фелисия слишком эмоционально вымотана, чтобы идти сегодня на танцы, поэтому планирует завалиться в кровать с чипсами и каким-нибудь эротическим фильмом.

— Народ, — выйдя на середину комнаты, привлекает внимание сотрудников Исая. — Все вы знаете, что «Обелиску» десять лет в эту субботу, и обычно в этот день наш щедрый босс дарит нам премии, но, так как в этом году юбилей, будет ещё и вечеринка для сотрудников.

Довольный гул проносится по залу.

— Вечеринка в субботу, на яхте, собираемся у причала в семь! — продолжает Исая, и все, забыв про работу, начинают восторженно обсуждать предстоящий праздник.

— А идти всем обязательно? — спрашивает одна из сотрудниц, подойдя к Исае.