Николай Выговский – Эфирейт. Второй шанс (страница 6)
Так среагировала бы, наверное, любая девушка, скажи ей, что она страшная жаба и её замуж никто не возьмёт, в том числе за скверный характер. Но отхватила тогда она, а парня даже не пожурили. Какая ж тут любовь.
– Клейтон, мальчик мой! Как же я рада, что ты очнулся! – мать кинулась ко мне и судорожно обняла, – что эта паршивка опять натворила?! Аделаида, мать твою. Ты где?! – фюрста Марчери не дала мне сказать и слова.
Пышногрудая служанка буквально влетела в комнату, словно только и ждала момента, когда её позовут.
– Леди Марчери! Я здесь. Вот принесла обед господину.
– Позови Даниэллу. Сейчас же! Вот ведь несносная девчонка, – а затем, повернувшись ко мне, продолжила, – мальчик мой, ты проголодался?
Женщина практически вырвала из рук служанки тарелку и вознамерилась покормить меня с ложечки, чему я категорически воспротивился. Пора менять здешние традиции и приниматься за развитие своей жизни самому, не полагаясь во всём на мать. Она и так многое сделала, пытаясь возместить ущербность сына удвоенным вниманием, со своей стороны.
Фюрста Марчери с неудовольствием следила за тем, как я сам подношу ложку к губам, расплескивая чуть ли не половину. Однако наталкиваясь на мой категорический и безапелляционный взгляд, настаивать на своей помощи не решалась.
Тут в дверь постучали.
– Входи! – произнесла мать с металлическими нотками в голосе, на которые до этого момента даже намёка не было. – Мы тебя внимательно слушаем.
Девушка робко вошла и, пройдя буквально пару шагов и понурив голову, остановилась по среди комнаты.
– Я хотела бы принести тебе свои извинения, братец, – проговорила она, едва не скрипя зубами и не подходя близко ко мне. Явно помнила о предыдущем инциденте и слегка побаивалась его повторения. – Больше такого не повторится. Рада, что тебе уже гораздо лучше.
Мать повернулась ко мне, явно ожидая ответной реакции. Насколько бы она не обожала Клейтона, но Даниэлла тоже была её ребёнком, и она не разделяла детей на любимых и не очень, придерживаясь паритета в этом вопросе.
– Твои извинения приняты, сестра, – не особенно того желая, сказал я, понимая, что отмолчаться не получится.
Леди Марчери тут же сменила гнев на милость. Жизнь женщины в далёкой глуши, без мужа, умершего сразу же после рождения дочери, не была радужной. И всю её до капли она посвятила детям. Наверное, Клейтону доставалось немного больше внимания, с учётом его болезненности, но и дочь она никогда не забывала. Оттого радость матери была неподдельной. Она всегда желала, чтобы её дети дружили между собой.
Даниэлла, видя, что аудиенция закончена, показала мне язык, пока никто не видит, и юркнула в приоткрытую дверь. Всё понятно, никакого раскаяния сестрёнка не испытывала и сделала это лишь по настоянию матери, а значит наши бои местного значения продолжаться. Ладно, будем постепенно менять и эту тенденцию.
Пауза затягивалась, и чтобы её хоть как-то занять, я спросил:
– Мам! – с трудом выдавил из себя первое слово, – а какие у нас последние новости?
Леди Марчери с благодушной улыбкой взяла свиток, лежавший здесь же рядом на столике, и увлечённо в него уставилась. Это здешняя разновидность газеты, для прочтения которой необходимо специальное устройство. Свиток из тонкой рисовой бумаги закрепляют в нехитрый механизм, состоящий из пары деревянных валиков, отставленных друг от друга сантиметров на двадцать. Медленно вращая нижний, постепенно разматывают пергамент, закреплённый на верхнем. Таким образом можно мало-помалу прочитать весь текст, не прикасаясь лишний раз руками к довольно хрупкому материалу. Его кстати не выкидывают, а используют на ферме на корм для домашних животных. Нет, конечно, и нормальная бумага, и обычные книги здесь имеются, но стоят приличных денег. Так что наша домашняя библиотека —это ещё и недурственный капитал.
Газеты тоже обходятся порядочно, но желание матери быть в курсе последних новостей светской жизни была превыше. Она медленно пролистала ежемесячный вестник с важными имперскими новостями и анонсом на следующий, многозначительно посмотрела в окно, а затем, повернувшись ко мне, начала комментировать:
– Ничего нового, – женщина тяжело вздохнула и продолжила, – Император, в честь триста девяносто девятого года правления династии, закатывает большой бал. Даниэллу бы отвезти туда, может повертит хвостом, кто-нибудь и поведётся. Замуж ей пора, устала я с ней бороться. Но одну отправлять нельзя – это неприлично для юной леди, и тебя оставить одного никак невозможно.
– Отчего же?! – возмутился я, – мне уже гораздо лучше. Доктор ведь сказал, что связь с Эфиром восстановлена. Эликсиры я пью. У меня вон даже румянец появился. Всё будет хорошо. Поезжайте. И Даниэлла может перебесится.
– Да у нас и нарядов то новых нет. В столице поди уже и мода новая. Будем там выглядеть жалкими провинциалками.
– Если поторопитесь, то у вас на столичные прогулки ещё целая неделя останеся, так что успеете подготовиться, а с твоим вкусом я просто уверен – вы будете самыми красивыми и нарядными.
– Ты полагаешь? – у неё даже глаза загорелись.
Видя, что мои слова легли на благодатную почву, я решил перевести тему. Зная мать, опять же по воспоминаниям Клейтона, ей надо немного обдумать предложения, а то если сильно надавить – можно получить обратный эффект и мгновенный отказ. Потом, даже если поймёт, что не права, обратной дороги не будет. Мне же сейчас необходима полная свобода действий, дабы сделать из капризного и инфантильного, слабого и хлипкого существа, которое совершенно не может за себя постоять, конкурентно способную особь. Для начала просто физически поднатаскаться, а там и магию подтянем. С матерью же это сделать будет гораздо сложнее.
– Ещё новости есть?
– Остальные ещё менее существенные, – чуть помедлив добавила она, – через два месяца начнутся ежегодные вступительные испытания в Имперскую академию магии.
– В академию?! А сколько они продлятся?
– Даже и не думай, – моя заинтересованность выдала меня с потрохами, – я тебя никуда не отпущу. Ты слаб, не подготовлен, и у тебя нет наставника, а в нашу дыру нормального учителя никакими коврижками не зазовешь. Да и два месяца крайне маленький срок на подготовку. Но главное, ровно через год твоё совершеннолетие, совпадающее с датой смены династий. Пересидим здесь, а потом и подумаем, как тебя вывести в свет.
Женщина от переживаний резко подскочила, явно желая прекратить беседу, пошедшую не по её сценарию.
– Аделаида! – она сурово глянула на служанку, – проследи чтобы фюрст Клейтон всё съел и отдохнул. Ему и так досталось в последние дни, а оттого и мысли дурные роятся в голове.
Я лишь улыбнулся натянутой суровости матери и, поднося поближе тарелку, крикнул ей вслед:
– Спасибо за Вашу заботу, маменька, – специально стараясь её подзадорить, тем самым склонив к отъезду на бал.
Она обернулась, не удостоив меня даже ответом, а лишь фыркнула, давая понять о моей несносности, и вышла из комнаты, громко хлопнув дверью. А я принялся строить планы по своему скорейшему возвращению к нормальной жизни.
И первым делом мне необходимо было избавится от излишней опеки матери, доказав ей, что я чего-то да стою.
Глава 5
Когда я проснулся, за окном уже почти стемнело.
Осмотрелся, так на всякий случай.
Всё хорошо. Лежал на той же постели, всё в той же комнате. Чему был несказанно рад. Хоть в чём-то наконец-то имелась стабильность. При этом служанки рядом не наблюдалось, но по звуку раздающегося храпа понял, что она находится недалеко, в соседней комнате, по идее готовая выполнить любую мою просьбу, а по факту – не дающая спать. Я мысленно усмехнулся, ничего не менялось. Всё как в детдоме в старом мире. Наступал вечер, и воспитатели уходили спать, а мы творили что хотели. Сейчас история практически повторялась.
От толстого одеяла, в которое она же меня укутала, и большого количества микстур во рту пересохло настолько, что я с трудом ворочал распухшим языком. Быстро спрыгнул с постели и опрокинул в себя почти полный кувшин с водой, приправленный каким-то непонятным мне, но достаточно приятным вкусом.
За окном был закат. Первый мой закат в этом мире.
Вы когда-нибудь любовались закатом? Наш детдом был расположен на небольшом склоне у подножья поросшей лесом горы и одним из любимых развлечений у его воспитанников было смотреть на закат, когда нежные, тёплые цвета окутывают землю и небо, и способны заставить забыть обо всех заботах и тревогах. По-моему, закаты – это одно из самых красивейших природных явлений, которое можно наблюдать каждый день и независимо от твоего места нахождения. Это поистине волшебный момент, когда солнце опускается за горизонт, а небо окрашивается в невероятные оттенки ярко-красного, насыщенно-оранжевого, бледно-розового и пурпурно-фиолетового. Чего мы только не фантазировали себе в такие моменты, в том числе и про иные загадочные миры.
«
Да, кстати, забыл, про закаты – на меня они всегда оказывали сильное влияние, на настроение, эмоции. Наблюдение за ними успокаивало, вдохновляло, придавало сил и даже заставляло строить планы на будущее.
Но не в этот раз.