Николай Виноградов – ПУЛ. Фантастика (страница 14)
– У вас всего два часа, поспешите!
В толпе сразу образовалась очередь к Павлу, словно на приём к волшебнику. Мамы, папы, бабушки и дедушки наперебой выкрикивали симптомы болезней своих любимчиков. Все называли его доктором, с мольбой смотрели на Павла. За полчаса он успел практически полностью вылечить семерых ребятишек.
– А мово Ваську не посмотришь, дохтур? Второй день хромат, а ко врачу ево не пропрёшь, окаянного, – попросила за внука сердобольная бабушка. – Эй, Васька, подь сюды скорея!.. А я ить тебя знаю, мы соседи, в одном подъезде живём. Мы на втором этаже, аккурат под тобой. И родителей твоих знала, царство им небесное.
– Ничего страшного, просто икряную мышцу потянул, – успокоил её Павел, лишь мельком глянув на мальчугана. – Зачем же вы разрешаете ему на горке кататься? Сейчас я мышцу немного успокою, а дома хотя бы меновазином помажьте и бинт наложите. Пусть пару дней так походит. А на горку его пока не пускайте…
***
Слухи о волшебном докторе быстро разошлись по всему району. К Павлу стали приходить со своими болячками прямо домой. Все предлагали ему денег за лечение. Иногда это были даже огромные деньги по его меркам, но он всегда наотрез отказывался от них.
– Извините, я же совсем не врач. У меня нет никакого медицинского образования, – пытался он объясниться. – Я не имею никакого права лечить людей. Просто вижу больные места, вот и всё. Сам не знаю, почему со мной такое случилось. Извините, но вам лучше сходить к настоящему врачу. В поликлинику обращайтесь.
К нему по-прежнему приходили люди со своими болячками со всего района. С утра и до позднего вечера в подъезде на лестничной площадке, занимая очередь, толпился народ.
– Ну зачем вы пришли? Я же сказал, что не могу лечить, не имею никакого права. Меня же арестовать могут за это.
Тем не менее он никому не мог отказать. Через неделю о его волшебных способностях уже прознали люди из соседних районов. Он совсем забросил свою хатху-йогу, порой некогда было даже пообедать. Уставал физически так, что к вечеру буквально валился с ног. Перед Новым годом Павлу даже пришлось временно снять квартиру в другом районе.
«Фу-у, устал, отдохнуть нужно немного. Здесь хоть выспаться можно нормально. Откуда взялась у меня эта способность видеть больные места у людей и даже излечивать их? Неужели это опять Они, посредники между нашей и будущей цивилизацией? Для чего мне этот дар? Что мне с ним делать?»
До Нового года оставалось три дня. Павлу предстояло отмечать этот замечательный праздник в одиночку. Вспомнил, как весело он справлял на Кубе прошлый новый год со своими друзьями. Судно стояло на рейде напротив небольшого городишки Антилья. Матросы спустили тогда три шлюпа и повезли всех свободных от работ сотрудников на острова. Загорали, купались, ныряли за кораллами и большими ракушками – караколами, хотя температура на Кубе тогда была не выше двадцати пяти.
«Все друзья всё-равно справляют этот праздник в кругу своих семей. Да и друзей у меня почти уже не осталось. Ни семьи, ни друзей».
Ему вдруг так сильно захотелось снова увидеть тех девочек, забавных сестрёнок-двойняшек, которых он вылечил от ветрянки. Павел прекрасно понимал, что переживает самый такой возраст, когда особенно проявляются отцовские чувства, обостряется обыкновенное человеческое желание иметь свою семью, заботиться о жене и детях.
В зубной поликлинике на Ломоносова он узнал адрес Валентины Самойловой. Купил костюм Деда Мороза и с двумя одинаковыми большими куклами и новогодними подарками вечером тридцатого декабря позвонил в дверь Валентины. Хозяйка никого не ждала. Открыв дверь и увидев Деда Мороза очень удивилась, подумав сначала, что кто-то ошибся адресом.
– Вы, очевидно, ошиблись дверью, мы вас не заказывали. Уходите быстрее, пожалуйста. У меня две малышки дома. Увидят вас сейчас, вы уйдёте, а они разревутся. Пожалуйста, быстрее, – прямо-таки выталкивала она Павла за порог.
– А я как раз к вам, – Павел снял шапку и оттянул бороду на резинке. – Не узнаёте, Валентина?..
Получилось здорово. Девчушки были на седьмом небе от счастья. Целый вечер рассказывали стишки Деду Морозу, пели песенки, кружили хороводы. Не хотели отпускать доброго деда до позднего вечера.
– Пора вам спать, девочки. Можете сегодня ложиться со своими куклами, мама возражать не будет. Надеюсь, – посмотрел Павел на Валентину…
– Быстро уснули, умаялись, – заглянула в детскую Валентина, улыбаясь. – Не хочешь остаться?..
12. Террористы
В середине января, в субботу, Павел проснулся на своей съёмной квартире, планируя нанести визит семейству Самойловых. Он уже допивал кофе, когда в дверь позвонили.
«Странно! Кто бы это мог быть?» – недоумевал он.
– Павел Лиднёв? – бесцеремонно прошли в прихожую двое в штатском. – Вам придётся проехать с нами, – приказным тоном сказал один из них.
Павла запихали в машину безо всякого объяснения.
– Что происходит, в конце концов? Объясните! Я что, арестован?
– Заткнись! Сиди молча и не задавай глупых вопросов. Всё узнаешь на месте…
– … Ну, здравствуй, Седой! – улыбаясь, приветствовал Павла майор, Дмитрий Волков. – Давненько не виделись. Как жизнь молодая?
– Волков? Что случилось? За что вы меня арестовали? – возмущался Павел.
– Успокойся, никто тебя пока не арестовывает, – ухмылялась физиономия Волкова. – Помощь твоя нужна, Павел Устимович. Наслышаны о твоих волшебных способностях. Не желаешь ли оказать посильную помощь государственным органам?
– Какая помощь? Вы же прямо из дома меня вырвали. Грубо затолкали в машину безо всякого объяснения. Разве так делают? У меня, между прочим, могут быть какие-то планы на это утро, – продолжал возмущаться Павел.
– Пустяки! Мы забираем тебя всего на несколько дней. Ты должен гордиться нашей дружбой, Седой. Секи сюда, – пригласил майор сесть Павла за стол с компьютером, пододвинув к нему свой стул. – В ближайшие дни в олимпийском комплексе «Лужники» в Москве ожидается много гостей, в том числе и зарубежных. По нашим данным там планируется террористический акт. Ожидается прилёт и самих террористов. Ждём троих, среди которых должна быть одна женщина. В аэропорту их обязательно будет кто-то встречать. Наша задача – вычислить этих долгожданных гостей. Там уже местные опера должны будут проследить за ними и выявить всех участников теракта. От тебя, как от волшебника, требуется лишь ткнуть пальцем в фамилии этих шахидов из списка прилетающих на сегодняшних и завтрашних рейсах. Вот тебе комп, найдёшь здесь все списки на каждый рейс. Садись поудобней и колдуй, я рядом буду. Скоро подойдёт твой друг, Женя Копылов, будете вместе разбираться. Кофе хочешь?
– А? Чего? – опешив от полученной информации, не успев её даже переварить, уставился Павел на майора. – А я-то тут при чём? Где, как я смогу вычислить? Вы что? За кого вообще вы меня принимаете? Как вам такое в голову-то пришло, не понимаю. Это же физически невозможно.
– Для тебя всё возможно, Седой. Напряги мозги… или чего у тебя там сейчас вместо них. Не знаю, жить захочешь – вычислишь. Иначе посажу тебя в Лужниках в ложу для VIP-клиентов и будешь у меня все эти шоу каждый день смотреть. До тошноты на этот цирк насмотришься. Будешь сидеть и дрожать от страха в ожидании взрыва. Кофе хочешь, спрашиваю?
– А? Да! – так ничего и не поняв, кивнул головой Паша. – Мне бы хоть на их фотографии посмотреть. Одна фамилия ничего же не даст.
– Скажи какие, постараюсь добыть. Ради тебя – всё, что хочешь, – продолжал ухмыляться Волков.
– Я же серьёзно. На голые фамилии даже смотреть бесполезно, – заканючил сразу Паша. – Сколько рейсов у нас всего на сегодня? Вы вообще хоть кого-нибудь подозреваете или так, наобум вычислять прикажете?
– Там всё есть у тебя, найдёшь. Столько рож и харь – выбирай, какая тебе больше симпатична, – махнул на него рукой Дмитрий. – Не отвлекай меня больше. Жди Женьку, если сам не в силах найти, он скоро подойдёт. Можешь пока сходить перекусить. Куда пошёл? Жратва в соседней комнате, направо. Уж извини, у нас самообслуживание. Ешь и пей, чего найдёшь… А вот и твой друг. Идите тогда вместе перекусите, а потом сразу за дело…
– … Привет, Паша. А ты совсем не изменился, – приветствовал капитан. – Что, и тебя припахали? Это ненадолго, на два-три дня всего, – успокоил его Евгений. – Твоя комната напротив столовой, моя рядом справа, только вряд ли нам удастся поспать в эти дни.
– Жень, объясни хоть ты, чего конкретно от меня хотят? Волков силком меня сюда привёз, ничего путью объяснить не удосужился. Кого хоть ищем-то?
– А хрен его знает. Сам ничего не понимаю, – признался Копылов. – Всех на уши поставили, а толком ничего не объяснили. Дима и сам ничего не понимает. Будем делать вид, что проявляем бурную деятельность. Может, хоть в Москве чего-нибудь знают? Не бери в голову, как-нибудь всё само рассосётся.
– Как же так? Все знают, что готовится теракт, а никто не понимает, кого ловить. Там же восемьдесят тысяч зрителей. Пойдём уже скорее. Дима сказал, что у вас есть фото подозреваемых.
– Есть, а что толку? Эти рожи уже всему миру известны. Их нигде ни на борт не пропустят, ни с борта не выпустят. Наши, конечно, расставлены, никто из этих харь через наше сито не проскочит, даже с пластическими. На сегодня ещё больше сорока рейсов осталось. Известно только, что прилетят трое, а когда и откуда – остаётся только гадать. Пока всё чисто, сидим, ждём.