Николай Васильев – Петербургский пленник (страница 44)

В химической лаборатории Ричмондского универа удалось изготовить и небольшое количество нитроцеллюлозного пороха: вату опустил в смесь из концентрированных азотной и серной кислоты (в пропорции 1:2), затем подогрел смесь на водяной бане до 70 градусов, вынул вату и тщательно промыл ее спиртом. Высушил, измельчил и вставил в патрон вместо пороха. Стрельнул из винтовки мощнее обычного и совершенно без дыма! После чего потратил день и изготовил этого пороха на 300 патронов: по 50 к винтовкам и 50 для револьвера. Никому этого пороха не показывал и о нем не рассказывал.

Глава восемнадцатая, в которой герой держит палец на курке, но не жмет его

Через две недели, в начале декабря, Лазарев решил выйти с группой в поиск в направлении городка Сити Пойнт, в котором, судя по североамериканской прессе, располагалась ставка генерала Гранта. Нашим читателям стоит рассказать, что декабрь в Вирджинии в окрестностях Ричмонда хоть и является «холодным» месяцем, но его среднесуточная температура колеблется около 5 градусов с плюсом по шкале Цельсия, а ночная — около нуля. Так что группа «Альфа» выпросила у Седдона пароходик и пустилась вниз по реке Джеймс. Шибко далеко они не уплыли (километров 20 с учетом петель реки), так как у поселка Бермуда Хандред (чуть выше устья р. Аппоматокс, на правом берегу которого разместился Сити Пойнт) реку Джеймс перегородили войска генерала Батлера. Ну да ладно: пароходик поставили на прикол в устье небольшого притока, а сами пошли с винтовками и рюкзаками за спиной к линии соприкосновения войск — по частично залесенному левобережью, но срезая петли реки.

Линию южан они опознали по дымкам костров (плюс 10 все же не плюс 20, грелись солдатики) и, внимательно осмотревшись, нашли в ней «дыры», в одну из которых и стали просачиваться: сначала перебежками, а потом ползком, накрывшись маскировочными сетями. В 500 м далее были аванпосты северян, но тоже «островного» типа — проползли и сквозь них. Далее местность оказалась существенно лесистой: по ней камуфляжники скользили от дерева к дереву, придерживаясь направления (по карте и компасу) на остров Эппес, отшнурованный узким ручьем от залиманенной реки Джеймс. Впереди двигался ушлый Томас, а Лазарев за ним, корректируя ему общее направление. Им практически никто не встречался — лишь однажды при пересечении тележной дороги они увидели далеко в ее просвете удаляющуюся повозку.

Перебраться через упомянутый ручей шириной метров в пять помогло то же боло: к его центру привязали веревку и, раскрутив шары, пустили к стволу оголенного дуба, выше одной из веток — в итоге, укрепив второй конец веревки на дубе же, но с этой стороны ручья, все достаточно ловко перебрались на тот берег: ноги вперехлест на веревке, сам висишь спиной вниз, а руками тянешь себя вперед. Веревку сняли (сдернули, так как вязали хитрым бантиком) — вдруг ее патруль какой увидит?

Незадолго до вечера вышли к широкой глади реки Джеймс (разумеется, не высовываясь из леса) и увидели широкое же устье р. Аппоматокс и левее — небольшой одноэтажный таун на ее правом мысу, в километре от их позиции. Через оптические прицелы было видно, что большая часть домов занята военными — как солдатами, так и офицерами. У одного из обычных домиков движение было оживленнее: в него то входили, то выходили офицеры. «Это и есть домик генерала Гранта?» — подумал Митя, но четкого ответа не получил: сам генерал, которого он помнил по Интернету в лицо, из дома не выходил.

— Надо устраиваться на ночлег, — приказал он вскоре. — Но подальше от берега, в лесу и в низинке. Ветерок дует от поселка, так что можно развести костер, по вашему способу. Томас, займись. Все прочие устраиваем постель из листьев и накрываем ее брезентом, что тащил Стивен.

Вскоре Томас вырыл в суглинистой земле две ямки глубиной в один фут (под костер конусовидную с расширением книзу, а сбоку наклонную с выходом под землей в первую — поддувало), заготовил палочек из засохших веток и развел почти бездымный костер, на котором стал разогревать сковороду с бобами и тушенкой. Юркий Джон принес чайник воды из бегущего по овражку ручейка и вскоре ужин с кружкой чая был у каждого. Митя назначил часовых (каждому по два часа и себе под утро), и в полной темноте бойцы улеглись спать, накрывшись шинелями и прижавшись плотно друг к другу.

Заря чуть брезжила, когда его осторожно разбудил очередной часовой («Не вздумайте меня жалеть!» — приказал он с вечера). Митя встал и тотчас надел еще теплую шинель — под утро случился заморозок. Он отошел от места ночлега, отдал дань природе и стал заготовлять сухие веточки для утреннего костра. Потом определил направление ветерка и подосадовал: ветер сменился на противоположный, придется с чаем погодить. Ну, а чтобы не замерзнуть, стал «бороться» с молодым дубком, поглядывая все же по сторонам. Но до общего подъема их никто не потревожил.

С появлением солнца Митя поднял всех бойцов и заставил бороться друг с другом. Когда они вполне пришли в норму, Томас выдал всем холодных бобов, что не повлияло на аппетит молодых людей. Ну, а потом майор Лазарефф повел своих людей на береговую позицию — ожидать появления генерала.

Печи в домах поселка уже вовсю дымили, вскоре и солдаты показались на улицах, но к заветному домику никто не подходил и из него тоже жилец не шел. Вдруг дверь домика открылась, из нее выскочил мальчик лет двенадцати и побежал куда-то за дом (в туалет?). Обратно он тоже бежал, но медленнее.

«Сын, что ли Гранта? Или тут живет кто-то другой?», — озадачился Митя, ощущая, как в нем растет какое-то неприятное чувство.

Через полчаса дверь вновь открылась и выпустила женщину лет сорока с пустой корзинкой в руках. Она пошла по улице вглубь поселка и исчезла. Неприятное чувство в груди Мити усилилось, и он понял, наконец, его природу: ему не хотелось убивать Гранта в присутствии семьи. В это время дверь открылась в третий раз, и из дома вышел невысокий мужчина в форменных брюках и сапогах, но без кителя («Грант, натурально он!») и, поеживаясь, тоже быстро проследовал за дом. Митя посмотрел налево, вдоль позиции: все бойцы смотрели на него. Он выдвинул в сторону бойцов руку с открытой ладонью, обозначая команду «Стоп». Грант вышел из-за дома и пошел прямо на них: один выстрел и нет проблемы. Но сигнал «Стоп» Митя не убрал, пока мишень не вошла в дом. Через полчаса они ликвидировали следы своего пребывания на острове и пустились в обратный путь.

Однако на подходе к расположению Батлера Митя скомандовал:

— Внимание! Проводим разведку позиций противника. Томас и Джон, вы двигаетесь в сторону левого фланга на четверть мили, Стивен и Френк, на вас правый фланг, а я с Чарли обследую центр. Все зарисовать и посчитать. Тщательно маскироваться, страховать друг друга, в контакт с противником не вступать. Даже если он будет на вас писать! Вперед.

— А если они будут нас убивать? — спросил тщедушный Френк.

— Тогда убейте их, только без звука и всех. И сразу назад.

Убивать, слава богу, никого не пришлось и проход через двойные позиции провели умело. Но за позициями южан Лазарев приказал остановиться и привести к нему какого-нибудь солдатика. Через пять минут Стивен и Френк притащили упакованного солдата с кляпом во рту.

— Мы — разведочная группа из Ричмонда, — пояснил солдату Митя. — Развяжите его. А теперь скажи, командир вашей роты здесь, на позиции?

— Да, — хрипловато сказал солдат.

— Отведи меня к нему. Томас, Стивен, Френк, остаетесь здесь и наблюдаете.

Через десять минут Митя и Чарли беседовали со вторым лейтенантом, который в итоге сопроводил их к командиру полка «Виргинские ястребы».

— Майор Лазарефф, — бросил руку к виску Митя. — Командир отряда специального назначения.

— Полковник Ричардсон, — откозырял усатый и бородатый крепышок. — Что это у вас за форма? И что за такой-сякой отряд?

— Форма самая практичная для разведки в здешних лесах. Мы только что прошлись по тылам Батлера, вернее, того полка, что стоит перед вами, и срисовали его позиции. Предлагаю на них совместно напасть под вечер. Гарантирую, что их артиллерию мой отряд захватит и даже ударит из орудий по траншеям пехоты. Вам нужно будет только атаковать по нашему сигналу.

— Так-то заманчиво… А сколько бойцов в вашем отряде?

— Это секретная информация. Но мы вас не подведем. В любом случае без сигнала не атакуйте.

Глава девятнадцатая, в которой герой способствует победе при Бермуда Хандред и, как оказалось, не только этому

Вскоре бойцы группы стронулись с места, вышли по карте к ручью и занялись странным делом: вынув из рюкзаков по носку, стали заполнять их песком из косы, намытой ручьем. Завязав горло носков, они сунули их во внутренние карманы комбинезонов и отправились к линии фронта, по проторенному пути. «Своих» они в этот раз не сторожились, и южане с большим недоумением наблюдали за продвижением маленькой группы пятнистых солдат к позициям северян. Впрочем, вскоре они их из виду потеряли.

В тылу артиллерийской батареи из шести орудий (рассредоточенных метров через пятьдесят по фронту и обвалованных брустверами с трех сторон) Лазарев дал вводную:

— Расчеты каждого орудия атакуем по очереди — благо, что они отгородились от соседей брустверами. Используем песочные кистени, пережим сонных артерий, ножи и винты в крайнем случае. Поясняю: эти спецы нашей малочисленной армии еще пригодятся, рассуют их по батареям и будут воевать за нас как миленькие. Пройдем всю батарею, дадим сигнал к атаке, и можно будет еще выстрелить разок вдоль траншеи из флангового орудия. После этого наше дело сторона, пусть пехота воюет. Все ясно? Тогда к первой цели марш! Я, как всегда, вас страхую…