Николай Васильев – Галантный прогрессор (СИ) (страница 13)
— Думаете, он со мной так же нежен? Нет, он по-прежнему лишь пылок и настойчив в своем эгоистическом желании насладиться женской плотью — я же боюсь что-то ему подсказывать, так как он может понять, кто меня научил новым приемам любви. В итоге мне вновь стали в тягость его так называемые "ласки"…. Но ты, мон ами! Ты совсем, совсем другой….. Но расскажи, чем ты сейчас так занят с этим противным Ришелье? О ваших затеях во дворце ходят противоречивые слухи….
Последующий час Сашка расписывал мадам де Помпадур блестящее будущее французской армии под его патронажем, но умолял оставить все пока в секрете, особенно от короля.
— Но Ришелье ему про этих егерей обязательно расскажет….
— Пусть расскажет, но о том, что Вы о них что-то знаете, лучше умолчать…. Теперь о Марии-Терезии: она пыталась с Вами связаться?
— Да. Написала очень милое письмо, в котором назвала меня "кузиной" и просила принять для приватного разговора ее посланца. Мне нравится, когда правители других государств со мной милы и ответила учтивым согласием на его приезд. Теперь жду. Но твоя озабоченность нашими политическими дрязгами мне все же не совсем понятна….
Сашка подумал чуть и решился:
— Я приехал во Францию тоже в качестве посланца к Вам, мадам — но уже от императрицы российской и, конечно, нелегально.
— Что? Так Вы все-таки шпион? Мне говорил об этом Шуазель, но я над ним посмеялась…. Шпион! И решили, что лучшим способом втереться ко мне в доверие будет через спальню?
— Нет, мадам, нет. Если Вы вспомните, я рассказал Вам об идее ненападения еще на ранней стадии нашего знакомства, и Вы уже тогда сочли ее наиболее примлемой. А вспышка чувств произошла потом, хотя она не могла не произойти — в Вас и статуя Давида могла бы влюбиться. Но….
— Что "но"?
— Я мог бы продолжать утаивать от Вас свое предназначение, но не могу: Ваше счастье стало для меня превыше всех других обязательств. Я мог бы уехать с моим другом, принцем Кристианом, в Саксонию, но остался, полагая, что буду Вам необходим. Если же Вы решите, что русский соглядатай в Версале слишком опасен для Франции и для Вас лично, я готов умереть.
— Ах, Алекс! В самом деле, кто тянул Вас за язык? С другой стороны все вокруг так лживы, а Вы так искренни…. Забудем об этом Вашем признании. Лучше вновь обнимемся и представим себя единственными людьми на пустынном острове….
— ….который мы должны населить своими детьми, — подхватил Сашка. — А как это можно сделать без соединения в одно трепетное существо?
Пояснение для тугодумного читателя: честному человеку тяжело носить в себе ложь или даже недомолвки. Отсюда взялись сказки про то, как Петер (Жан, Джон….) уходили в заросли камыша и рассказывали ему свои сокровенные тайны, а потом Ганс (Жак, Джим….) вырезали из этого камыша дудочки и те выбалтывали тайны людям. Вот и Сашка: признался Жанне в своей тайне, и на душе стало легко. Также сложно человеку лживому не врать: иной и знает, что его ложь выйдет ему боком, но с наслаждением врет и врет — но это не про нашего героя.
В другой свой приезд в Версаль Сашка тем же макаром проник к Жанне и после долгих нежных истязаний своей подруги осмелился спросить:
— Мадам…. Мне очень неловко Вас спрашивать, но, боюсь, Ваш ответ будет жизненно важен — для Вас.
— О чем ты, Алекс? К чему эта преамбула? Ну, спрашивай….
— Скажите, Вы пользуетесь клизмой? Не ругайте меня за переступанье границ интимности, это крайне важно!
— Это не такой большой секрет. Все приличные дамы с некоторых пор ими пользуются.
— Пользуетесь всякий раз при посещении туалета?
— А-алекс! Вы, в самом деле, переступили ту самую границу!
— Мадам, Вы ведь слышали, что я в некотором роде тоже медикус. И мне точно известно, что постоянное пользование клизмой смертельно опасно для человека. Может произойти воспаление кишечника. Умоляю, используйте не чаще раза в неделю!
— Какой ты умник…. А если у меня постоянный запор?
— Тому виной пища, которую Вы едите: соусы, устрицы, трюфеля…. Включите в ежедневный рацион кашу, орехи, курагу, чернослив, яблоки, тыкву, а также обязательно простоквашу, которую надо пить помногу — и запоры понемногу прекратятся. Это и есть самая здоровая пища — посмотрите на зажиточных крестьян: здоровяк к здоровяку, в том числе и женщины. Умоляю, Жанна, доверьтесь в этом вопросе мне….
— Это так трогательно — твоя забота о чужеземной женщине, которую ты скоро покинешь….
— О чем Вы говорите, мадам? Я с головой ушел в дело подготовки французских солдат к войне….
— Вот на эту войну ты и уйдешь — забыв, что в Версале еще живет какая-то Жанна….
— Никогда! Никогда я Вас не забуду и не разлюблю! Даже если меня убьют на войне, мой дух будет заглядывать к Вам в окна: как там поживает красавица и умница Жанна де Помпадур? Соблюдает ли она предписанную мной диету?
— Ах, Алекс…. Твои переходы от серьезности к шутливости так меня обескураживают…. Впрочем, без них ты был бы не ты — самый уникальный человек среди моих многочисленных знакомых!
— Все люди уникальны, Жанна. Но одни оказываются со знаком минус (уникальный зануда, ханжа, скряга, негодяй….), а другие пытаются быть в плюсе (уникальный весельчак, любовник, умелец, добряк….). Я тоже тянусь к свету, да и ты, наша уникальная услужница….
— Ваша услужница? Это чья?
— Конкретно: короля Людовика и моя. В широком же плане — народа Франции. Я не прав?
Жанна вгляделась в лукавые глаза любовника, прильнула к нему и нежно поцеловала в веки.
Глава шестнадцатая. Репетиция штурма
Наступил грозный 1756 год — год начала Великой Семилетней войны. Из писем, получаемых Сашкой от Бестужева и Марии-Терезии, он знал, что задуманные им коалиции успешно складываются: ни Великобритания, ни Франция не будут в союзе с Пруссией и отгородятся от восточно-европейского театра пактами о ненападении. В то же время Великобритания согласилась пропустить через Ганновер в Саксонию (баржами по Эльбе) русский корпус под командованием генерал-аншефа Фермора- по просьбе ее курфюрста Августа. Из района Риги в Курляндию (принадлежащую формально Польше, то есть тому же Августу) готовилась двинуться и русская армия под командованием фельдмаршала Апраксина. (Сашка пытался убедить Бестужева в непригодности Апраксина для возглавления решительного наступления, но добился лишь окрика: всяк сверчок знай свой шесток!). Мария-Терезия подготовила армию для вторжения в Силезию из Богемии и еще корпус для поддержки Саксонии — если таковая появится. О численности этих корпусов и армий Сашке, конечно, не сообщили.
Принц Карл Кристиан тоже прислал письмо, в котором рассказал о более активной подготовке к войне вооруженных сил Саксонии (под руководством все того же Рутовского) и особо — про свой егерский полк, который сумел за 4 месяца худо-бедно подготовить. Рутовский, по крайней мере, был егерями очень впечатлен и теперь намечает использовать их в Саксонской Швейцарии, для жалящих ударов по левофланговой колонне пруссаков — "если Фридрих двинется в Саксонию теми путями, что предсказал ты, Алекс".
Франция меж тем (по сценарию прошлой Семилетней войны) предъявила ультиматум Великобритании с требованием вернуть захваченных в прошлом году близ берегов Америки моряков и их корабли. Лорды Адмиралтейства затеяли в связи с этим бумажную волокиту. Тогда Ришелье предложил Людовику наказать англов и захватить остров Менорку (в составе Балеарского архипелага Западного Средиземноморья), который они отняли ранее у Испании (вместе с Гибралтаром в 1713 г). Начались приготовления в Тулонской эскадре и скрытная переброска 12-тысячного пехотного корпуса и осадной артиллерии в разные пункты побережья Прованса. В авангард десанта маршал решил пустить егерский полк "Фонтенбло".
Получив приказ на выдвижение в Марсель, Сашка (помнивший про эту авантюру Ришелье) скривился: проку от занятия Менорки не оказалось для Франции никакого — король Испании Фердинанд 6-ой Бурбон вступать в коалицию с Людовиком пока не захотел (потом, в 1761 г. другой король, Карлос 3-ий, вступит, и тут же англы отнимут у него и Манилу и Гавану и ряд других территорий), остров же английский флот вскоре заберет обратно. Вот если бы захватить Гибралтар, базу всего английского флота в Средиземноморье….
Тем не менее, 1 марта полк "Фонтенбло" покинул свой лагерь и начал марш-бросок на Марсель: по грунтовым дорогам через Немур-Куртене-Осер-Со-Пуйи-Бон-Шелон-Макон-Лион-Руссильон-Валанс-Монтелимар-Авиньон. Бросок проходил классически, путем чередования бега с быстрой ходьбой, с завтрака до ужина и 2-часовым перерывом на обед. Впереди ехали, конечно, полевые кухни "советского" образца (по одной на роту численностью 100 чел.) с поварами, которые и обеспечивали полноценные обед и ужин, а наутро завтрак. В арьегарде полка на телегах двигалось полковое имущество: палатки, спальники, шанцевый инструмент, боеприпасы, запас продуктов и т. д. Офицеры, назначенные Сашкой из сержантов первой (базовой) роты, бежали вместе с подчиненными, сам же он, его заместитель и пара сержантов ехали на конях впереди полка, немного опережая полевые кухни — с целью определения маршрута движения полка, мест привала и ночной стоянки. В итоге через 12 дней они разбили последний полевой лагерь на окраине Марселя, преодолев более 700 км.