Николай Васильев – Галактическая одиссея Никиты Бочарова (страница 26)
— Что брат, не ждал? — тихонько сказал Никита. Борька качнул отрицательно головой и захихикал. Тем временем Никита оказался возле него, обхватил за бедра и снял с клятого крюка. Потом быстро развязал руки и сказал:
— Я, в самом деле, обзавелся гипершипом. Теперь прилетел за тобой и девушками. Или тебе игры с Экиной все еще нравятся?
— Нет, — сказал Борис со всем возможным отвращением. — Она теперь ограничивается одним садо.
— Как так? — поразился Никита. — Я только что видел ее в саду сюсюкающей над младенцем!
— Хрен знает, как эти чувства в ней уживаются, — буркнул Борька. — Я, наверно, сам виноват: стал в последнее время над ней подсмеиваться. Вроде бы беззлобно, но она прямо взбесилась…
— Ладно, все для тебя уже, надеюсь, позади. Найдешь какую-нибудь одежонку?
— Здесь ничего нет, — сказал Борис, — а идти в другие комнаты чревато, можно нарваться на слуг.
— Плевать, — решил Никита. — Нам главное сейчас попасть скрытно в продуктовую машину. Она останавливается ведь перед кладовкой?
— Да. Я в последнее время к ней уже присматривался, — с горчинкой признался Борис. — Но ты сумеешь скрутить шофера? Я, честно признаться, даже хожу с трудом…
— Я сделаю лучше: перекрою ему видимость, пока ты залазишь внутрь.
А потом к тебе присоединюсь.
— Я заметил, что ты одет в какой-то хитрый комбинезон: за твоими перемещениями трудно следить…
— Хамелеон называется. Незаменим в такого рода вылазках. Ну, иди строго за мной и не пытайся мне помочь: я уже поднаторел в схватках, да и спецоружие имею. От двух-трех арварцев отобьюсь всяко. Лишь бы отъезд машины не прозевать…
Минут через двадцать продуктовая машина покинула поместье. Никите пришлось лечь на Бориса в то время, как охранник мазнул взглядом по ее «пустому» кузову) и, когда она отъехала от ворот, «зайцам» пришлось выпрыгивать из нее на ходу. Никита отделался ушибами, а Борис растянул связку на лодыжке и сломал руку.
— Ничего страшного, — заверил его продвинутый земляк. — Нам надо лишь добраться до шипа, а там я тебя подлечу. А пока пожалуйте ко мне на плечо, господин Великанов, так мы ловчее доберемся до моего флаера.
— Из рук одной садистки я попал в лапы к садисту другому, — проворчал Борис. — Покрыл меня как бык овцу, заставил сломать руку, а теперь тащит в свое логово…
— В нем так комфортно, что ты из капсулы почти вылазить не будешь, — заверил Никита неискушенного в гипнотехнологиях собрата. — Тебе какую базу ставить: навигатора, космотехника, рукопашника или все-таки юриста?
— Сначала рукопашника, — зарычал Борис. — Чтобы я мог голыми руками этих рабовладельцев кошмарить…
С леченьем и ученьем Бориса Никита управился за три дня. Правда, умения рукопашника надо было закрепить в спортзале, а это требовало спарринга и времени.
— Партнер в моем лице у тебя есть, — подбодрил друга Никита, — а времени у нас еще предостаточно: молодость-то, слава аллаху, продолжается!
— Твой Аллах видать покруче моих Брамы, Вишну и Кришны будет, — кисловато улыбнулся Борис. — Ты так ловко начал скакать здесь по карьерной лестнице. Мне же надо будет избавляться от рабской психологии…
— Я вообще-то считаюсь беглецом, причем в двух империях, — засмеялся Никита. — Хотя со здешним моим статусом стоит разобраться: меня ведь отсюда похитили коварные аграфы…
— Это что за история? — спросил заинтересованно Борис.
— Я потом ее расскажу, — пообещал Никита, — причем, надеюсь, не только тебе, но и Миле со Светланой. После того как мы их из мэрии вызволим. Только как это ловчее провернуть? Тем более, что второго хамелеонного комбеза у меня нет…
— Я там бывал несколько раз, — сказал Борис. — «Насиловал» Экину на рабочем месте. Но на визит к девушкам времени не было. Так вот я заметил, что охранников в вестибюле порядочно.
— При этом они знают тебя в лицо, — стала брезжить мысль у Никиты.
— Надо бы это как-то использовать для проникновения в мэрию…
В час Х оба «налетчика» прибыли на флаере в центр Думжи и оставили его на общественной стоянке с тыльной стороны мэрии. Далее они двинулись к центральному входу в мэрию, но с разных сторон; при этом Борис Великанов шел вальяжной походкой уверенного в себе мэна, а Никита продвигался в хамелеонном обличье как положено, то есть плавно скользил. В вестибюле два вахтера Борю вдруг схватили:
— Ты-то нам и нужен, мажор! Твоя краля велела тебя задержать, буде ты появишься! Однако вдруг их сильно затрясло (Боря включил на пару секунд электрошоковую защиту, подведенную к верхней рубашке), и «мажор» без проблем передавил одному за другим сонные артерии, предоставив телам упасть кулями на пол. Из двери за вахтой стали выбегать другие охранники, которым под ноги Борис кинул свето-шумовую гранату и ринулся в бега. Никита же сразу после взрыва скользнул по стеночке внутрь (оставив за спиной орущих секъюрити), поднялся в этой же манере на верхний, третий этаж и катнул в коридор первую дымовую гранату. Затем он побежал вниз по лестнице, подкинув на втором этаже такой же гостинец.
Вверху уже раздались панические крики «Пожар! Пожар!» в сопровождении цокота все более многочисленных дамских каблуков. На первом этаже тоже было шумно: большинство сотрудников выбежало из комнат, и все спрашивали друг у друга «Что случилось? Это теракт?». Никита достиг комнаты с названием «Тиба» и тут его чуть не сбил выскочивший оттуда блэк-клерк, на ходу застегивающий брючный ремень. Наконец, Никита вошел в обитель греха, отключив режим хамелеона, и увидел Милу, надевающую пеньюар.
— Никита! Ты?! — воскликнула девушка. — Откуда ты взялся? И что там случилось?
— В здании паника из-за пожара, который организовал я. На самом деле это только дым. Но все бегут на улицу и нам надо бежать. Где Светлана?
— Ой! А Светы здесь нет, она согласилась стать содержанкой у одного важняка. И она уже беременна…
— Не страшно, — махнул рукой Никита. — Но ты знаешь, где она живет?
— Не-ет. Мы с ней с тех пор не виделись, а мобилы у меня нет.
— Важняк этот сейчас в мэрии?
— Он вообще не отсюда. Пришел к кому-то на переговоры и его «улестили», так сказать, нами. А он повадился сюда ходить и все только к Светке. Потом упал перед ней на колени (натурально!) и уговорил: она ведь у нас чересчур чувствительная. Дурочка…
— Значит адреса Светы ты не знаешь… Хреново. Ну, ладно, побежали.
— В одном пеньюаре? И куда?
— В космический корабль. Ты ведь хотела на таком полетать?
— Никитка! Ты — Бог! — закричала Мила и бросилась ему на шею, орошая ее обильными слезами.
Глава тридцать первая
Очистка лупанариев Думжи
Оказавшись в шипе, Мила сплелась в объятии с Борисом, после чего троица решила приступить к освобождению других землян. В Сети, оказывается, были не только адреса лупанариев Думжи, но и голографические изображения населяющих их секс-услужников. Борис и Мила стали тщательно просматривать белокожих путан и жиголо (периодически вскрикивая: вот наша! вроде Наташей зовут… А вот Володька Тиханович, китаист!), Никита же решил подстраховаться и проглядеть фото темнокожих узников: вдруг сутенерам пришло в голову перекрасить кого из наших в угоду арварским «патриотам»? Никого он, впрочем, из землян не обнаружил, но вдруг наткнулся на изображение миниатюрной девочки с настороженным выражением лица, едва ли достигшей десятилетнего возраста!
— Ну, сволочи! — вырвался у него крик души. — Гниды арварские!
— Что там у тебя? — поворотились Мила с Борисом.
— Смотрите сами! Однако на бывших секс-рабов фото девочки большого впечатления не произвело.
— В нашем борделе такие тоже были, — сообщила Мила. — Их туда сдали собственные родители. У бедноты это считается удачным пристраиванием дочери — ведь весь ее заработок до совершеннолетия идет в бюджет семьи.
— Но ей-то каково приходится?! — зарычал Никита. — Ведь эти монструозные негры ее натурально истязают!
— На девочек обычно залипают пожилые арварцы, полуимпотенты, — пояснил Борис. — Хотя бывают и молодые извращенцы…
— Угу, — пробурчал Никита и спросил: — Ну, сколько наших откопали?
— Девятерых, — ответил Борис, — причем в 4-х притонах столицы. Надо бы поискать и в других городах Дуньи…
— Давайте пока этих выдернем, — решил Никита, — а там сориентируемся.
С тремя лупанариями акция прошла гладко, по одному сценарию: густо тонированный под арварца Борис бодро заходил внутрь лупанария (за его спиной скользил Никита) и требовал каталог. Пролистав его от корки до корки (и углядев «наших»), требовал капризным тоном выставить десяток разноцветных. Ему обычно отказывали под предлогом занятости девушек, и он начинал истерить. Откуда-то выныривала пара вышибал, которых тотчас парализовал Никита — заодно с администратором. После этого они с Борисом шли по комнатам, парализовали служащих и посетителей притона, запирали пройденные комнаты (вместе с путанами), находили своих дев и парней и, после короткой сцены радости, шли вместе с ними к флаеру. Оставив бывших рабов в шипе (на попечение Милы), они летели к следующему притону и повторяли акцию. В четвертом лупанарии (где томился только один землянин) их ждала полицейская спецгруппа. Видимо, кто-то в полиции сопоставил однотипные преступления и предвосхитил ход событий. Впрочем, Никиту спецгруппа не приметила и парализовала только Бориса. Никита же рассвирепел и расправился со своими противниками более жестоко, прибавив мощность разрядов (и гарантируя паралич на сутки, а то и более). Парня по имени Антон (так его назвала Мила) Никита помнил едва-едва, зато тот его сразу узнал и долго тряс руку, повторяя: «Я этого не забуду, Никита! Никогда не забуду!». Уже на выходе Никита вспомнил, что именно в этом лупанарии ютится та самая девчонка и спросил о ней Антона.