Николай Терехов – Протокол Я. Пробуждение (страница 7)

Он помолчал, прежде чем ответить.

– Нет. В прошлом году я завершил проект. На реализацию ушло тридцать лет с хвостом. Это стоило мне здоровья, личной жизни… Всего.

– Вы были женаты?

– Был. Но вскоре после начала работы над Мироном жена ушла. Сказала, что если человеком овладела идея, то рядом с ним сложно быть просто любимому человеку. Что лучше уйти, чем мешать.

– А дети?

– Сын. Работает в Арктике. Мы видимся только по видеосвязи.

– А как Мирон? Он всё ещё работает?

– Да. Мы регулярно общаемся. Последнее время он стал обижаться, что я редко его включаю. Когда вернулся из больницы, вообще отказался говорить со мной. Только узнав, что я был на лечении, оживился – начал расспрашивать, советовать, как лучше восстанавливаться.

– Он уже такой… эрудированный?

– Фактически весь прошлый год Мирон изучал основные знания, необходимые человеку. Его способности оказались выше среднего. Сейчас он знает не только школьный курс, но и освоил математику, физику, химию, биологию, медицину на уровне вуза. Хотел заняться языками, но мои технические возможности ограничены.

Он вздохнул.

– Устройство, на котором он хранится, устарело. Средств на новое оборудование у меня нет – это слишком дорого. Пришлось потратить все сбережения на компьютер, который позволяет ему хотя бы относительно быстро работать. Похоже, развитие моей идеи остановится на том, что есть. Да и я сам уже устал…

Василиса внимательно слушала учителя, её глаза горели не просто интересом – настоящим огнём стремления что-то изменить.

– Вадим Николаевич, можно я продолжу вашу работу? – наконец произнесла она, как будто давно держала эти слова внутри.

Мужчина удивлённо посмотрел на девушку. Его взгляд был полон вопросов, но ни одного он не задал вслух.

– Зачем это тебе?

– Я буду проходить практику на заводе в экономической зоне, – ответила Василиса уверенно. – Современное оборудование, доступ к ресурсам… Это шанс вывести Мирона на новый уровень.

– Не на «Роботоне» случайно?

– Именно там. Возможностей будет больше, чем где бы то ни было.

Вадим Николаевич нахмурился, будто услышал имя старого врага.

– Пока не готов, – тихо сказал он, отводя взгляд в сторону окна. За стеклом колыхались листья деревьев, будто тоже слушали этот разговор.

Василиса вздохнула и отпила глоток остывающего кофе.

– Пойми меня правильно, – снова заговорил он, подбирая слова с осторожностью человека, который боится потерять последнее. – На производстве, Мирона сразу возьмут в оборот. И я не знаю, во что его превратят. Ты не сможешь сохранить всё это незаметным.

– Тогда в чём смысл идеи? – Василиса немного наклонилась вперёд, голос её стал более настойчивым. – Вы же сами мечтали, чтобы он развивался. Чтобы мыслил. Чтобы… жил. Разве не этого вы хотели?

Он покачал головой.

– Хотел. Но цена оказалась слишком высока. Мирон – не просто проект. Он почти часть меня. Если его начнут использовать неправильно… если превратят в инструмент ради прибыли или чего-то ещё похуже…

– Я понимаю ваши опасения, – мягко сказала Василиса, делая паузу, чтобы подобрать нужные слова. – Но вы сами говорили, что ресурсы ограничены. Если ничего не делать, Мирон так и останется в заморозке.

– А разве это плохо? – Взгляд Вадима Николаевича стал задумчивым. – Может, пусть лучше так, чем позволить неизвестно кому решать его судьбу.

– Значит, вы боитесь доверить его мне? – спросила она уже тише, без обиды, но с лёгким разочарованием в голосе.

– Не в тебе дело, – быстро ответил он. – Просто я знаю, как устроен этот мир. Те, кто получат доступ к такому, как Мирон, могут уничтожить всё, во что я вложил душу.

– А если я обещаю, что этого не произойдёт? – Василиса выпрямилась, её глаза снова загорелись. – Я сделаю всё возможное, чтобы сохранить его таким, каким вы его задумали.

Он долго смотрел на неё, словно пытался прочесть намерения, скрытые за её уверенностью.

– Твоя уверенность… вдохновляет, – наконец сказал он, чуть улыбнувшись уголками губ. – Но я должен подумать.

– Хорошо, я подожду.

– Но не знаю точно, когда смогу принять решение. Может, неделю. Месяц. А может, и год. Это не так просто, как кажется.

Василиса кивнула, но в её глазах всё ещё светилась надежда.

– Я подожду, Вадим Николаевич. И докажу вам, что справлюсь.

Он не ответил сразу. Только задумчиво постучал пальцами по столу, глядя на её чашку, будто в ней было спрятано решение всех вопросов.

Ещё некоторое время учитель и бывшая ученица вспоминали школьные годы, смеялись над забавными случаями, которые казались такими далёкими. Время шло. Василиса попрощалась и вышла на улицу.

Город встретил её летним теплом, шумом машин и мерцающей активностью городской жизни. Где-то за спиной осталась квартира с книгами, старыми фотографиями и одним из самых больших секретов современности. А перед ней расстилался путь, на котором ей предстояло доказать не только ему, но и себе, что она действительно достойна продолжить эту историю.

По пути домой Василиса остановилась напротив ступенек мемориального комплекса. Перед обелиском мерно колыхался вечный огонь – искусственный, но удивительно реалистичный, созданный по технологии плазменного горения. По обе стороны от него застыли старшеклассники – почетный караул, который дежурил здесь по очереди, как это было много лет назад.

Она улыбнулась сама себе. Вспомнила, как когда-то и её имя оказалось в списке школьников, кому доверили нести службу у первого поста. Это был не просто долг – это было что-то большее. Что-то важное, что оставило след в сердце.

Размышления прервала едва слышная вибрация браслета-коммуникатора. Василиса коснулась его экрана – на дисплее высветилось имя подруги: Катя.

Девушка достала из кармана юбки маленький наушник, аккуратно вставила его в ухо и ответила:

– Катюшка, здравствуй.

– Привет! Почему так долго не отвечала?

– Да не так уж и долго. Пока наушник из кармана достала… Ну, чего звонишь?

– Идём сегодня со мной. Тусанёмся, как раньше.

– Хотела вечером побыть одна.

– Ну ты чего, Васька! Пошли, ну! Мне без тебя скучно будет.

– А куда вообще идём?

– Сегодня в парке Победы открывается летняя площадка. Приезжает DJ Moroz. Дискотека под открытым небом!

– Если Мороз играет летом, считай, что меня уговорила, – рассмеялась Василиса. – Где встречаемся?

– В девять вечера на площадке перед гипермаркетом, у входа в парк.

– Ладно, договорились. Увидимся.

Закончив разговор, она убрала наушник обратно в карман и снова перевела взгляд на мемориал. Ветер чуть потревожил кончики волос, словно напоминая, как всё когда-то было просто. Как легко было быть собой, не задумываясь о будущем.

Теперь же будущее приближалось быстрее, чем она могла представить. Но сегодня вечером она решила оставить мысли о проектах, технологиях и Мироне. Сегодня – музыка, друзья и свобода.

Где-то в голове уже звучали первые аккорды предстоящей ночи.

Вторая половина дня пролетела незаметно. Вернувшись домой, Василиса подошла к гардеробу, чтобы выбрать наряд для вечера. Перебирая вещи, она наткнулась на старые джинсы – винтажные, чуть потёртые, но такие любимые когда-то. Они лежали в самом углу шкафа, словно прятались от времени.

Приглядевшись, девушка заметила тёмное пятнышко на ткани – след воспоминания о последней прогулке в этих джинсах. Она задумалась. Вспомнила: это было перед самым отъездом в университет, на первом курсе – тогда они с Катей гуляли до утра, ели хот-доги у вокзала и обсуждали всё на свете, кроме учёбы.

Василиса забросила джинсы в стиральную машину и запустила короткую программу. Решив скоротать время, взяла книгу с полки, достала из холодильника сочное яблоко и устроилась в свой комнате на кровати.

По комнате с мягким шуршанием катился робот-пылесос, методично собирая невидимую пыль. На его округлом корпусе невозмутимо сидел кот Васька, внимательно наблюдая за происходящим, словно сам руководил процессом. Солнечный свет пробивался сквозь занавески, рисуя на полу золотистые полосы. Атмосфера была такой уютной, что читалось особенно легко.

Василиса настолько увлеклась книгой, что не заметила, как за окном сгущаются сумерки.

Звук открывающейся входной двери вернул её к реальности. Мама вернулась с работы.

Отложив книгу на журнальный столик, Василиса направилась на кухню, где уже слышались звуки раскрываемых контейнеров и перестановки продуктов.