Николай Терехов – Протокол Я. Пробуждение (страница 6)
Голос голограммы сливался с окружающей обстановкой – пением птиц, шуршанием листвы и лёгким ветерком:
– Здесь царит живая симфония: звонкое воркование кольчатой горлицы, стремительные свисты чёрного стрижа и нежные трели рябинника наполняют воздух. Иногда можно встретить ежей или проворных белок, которые подходят к посетителям в надежде получить угощение. Хотите узнать историю парка или выбрать маршрут для прогулки?
Василиса слегка улыбнулась и помахала рукой:
– Спасибо, в другой раз. Сегодня просто прогуляюсь.
Голограмма кивнула с понимающим выражением:
– Приятного отдыха. Если вам что-то понадобится, обращайтесь к любой информационной панели.
Девушка поблагодарила и пошла по широкой дорожке, окружённой цветущими кустами. Через несколько минут она нашла уютную скамейку в тени большого дуба и опустилась на неё, позволяя себе расслабиться. Лёгкий ветерок играл с кончиками волос, а мысли медленно, как капли воды, стекались в одно чувство – покоя и воспоминаний.
Над головой время от времени раздавалось едва уловимое жужжание – полицейские квадрокоптеры курсировали над парком, бесстрастно наблюдая за порядком. Внизу мелькали люди: группа пенсионеров в спортивных костюмах бодро пробегала по аллее, живо обсуждая что-то между собой. Их шаги были чёткими, движения – уверенными, словно они доказывали миру, что возраст не помеха движению вперёд.
Чуть дальше, на детской площадке, дети с родителями пытались освоить турники, подбадривая друг друга шутками и советами. Неподалёку доносился звонкий щелчок теннисных мячей – там двое подростков тренировались в одиночной игре, каждый сосредоточенный на своём замысле.
Погружённая в лёгкую медитативную задумчивость, Василиса наблюдала за этим мирным оживлением с довольной улыбкой. Ей было приятно находиться здесь, в этом островке природы среди города, где жизнь текла размеренно и гармонично.
Внезапно лёгкая вибрация пробежала по запястью – браслет-коммуникатор мигнул, сигнализируя о новом сообщении. Протянув руку, девушка активировала голографический интерфейс. На прозрачном экране высветилось:
«Василиса, здравствуй. Роберт мне рассказал, что ты заходила в школу. Я сейчас дома. Можешь позвонить.»
Она смахнула уведомление – голограмма рассыпалась в воздухе, как пыльца с цветка, – и спокойно произнесла:
– Коммуникатор. Позвонить по номеру из последнего сообщения.
Последовал короткий гудок, и через несколько секунд раздался знакомый голос:
– У аппарата.
– Здравствуйте, Вадим Николаевич. Вы оригинально отвечаете, прямо как в позапрошлом веке.
– Здравствуй, Василиса. Почему бы и не соригинальничать? – ответил он с лёгкой иронией.
– Тогда не сочтите за дерзость… Можно я зайду к вам?
– Ну, право, не знаю… Дома небольшой беспорядок, меня только позавчера из больницы выписали.
– Не смутит меня это. Только если своим визитом не доставлю вам хлопот…
– Нет, не доставишь. Пришли ID своего коммуникатора, я добавлю его в домофон.
– Может, что-нибудь к чаю купить? Есть какие-то ограничения после больницы?
– Да всё нормально. Не переживай. Не суетись. Приходи. Я недалеко от школы живу – на площади Героев, дом над банком. Адрес сброшу.
– Отлично. Тогда до встречи!
Связь прервалась, и Василиса уверенно направилась через парк. Солнце играло бликами на её юбке, а мысли уже начали строить картину предстоящей встречи.
По пути внимание девушки привлекла небольшая сцена: две молодые мамы оживлённо обсуждали что-то, сидя на скамье, совершенно не замечая своих детей. Те, тем временем, вцепились в одну игрушку и яростно тянули её каждый на свою сторону.
Квадрокоптер службы общественного контроля заметил ситуацию раньше взрослых. Он мягко опустился над женщинами и, используя спокойный, но требовательный электронный голос, произнёс:
– Гражданки, будьте внимательны. Не оставляйте детей без присмотра.
Женщины вздрогнули и, бросив взгляд на малышей, поспешили их разнять. Один ребёнок плакал, другой сердито топал ногой, но ситуация была взята под контроль. Эта обыденная сцена вызвала у Василисы улыбку – даже в мире, где следят за порядком машины, человеческая невнимательность остаётся неизменной.
Продолжая путь, Василиса прошла мимо спортивной школы «Спартак». Там кипела жизнь: родители и дети толпились у входа – одни завершали тренировку, другие только подходили. Парковка была забита машинами до предела, а у дверей то и дело сталкивались ребята в формах разных видов спорта.
На автобусной остановке она заметила небольшой автоматизированный киоск с вывеской «Русский аппетит». На цифровой витрине круассан с шоколадом выглядел так, будто его только что достали из печи. В реальности же продукт просто отрендерен с эффектом тепла.
Василиса нажала на изображение. На экране высветилось:
«Круассаны в наличии. Приготовлены час назад.»
Она выбрала четыре штуки, приложила браслет-коммуникатор к терминалу оплаты и лёгким движением активировала голографическую кнопку «Оплата». Через секунду из окошка киоска выехал аккуратный пакет с тёплыми круассанами.
Улыбнувшись, девушка взяла покупку и направилась к пешеходному переходу. Светофор загорелся зелёным почти сразу, как будто сам подстраивался под её шаг.
Через пару минут Василиса оказалась у нужного подъезда. Район был старый – дома сохранились ещё с прошлого века, но современные материалы, использованные для ремонта фасадов, создавали необычное сочетание ретро и актуального стиля. Некоторые окна украшали живые цветы, другие – голограммы, имитирующие цветение круглый год.
Она провела браслетом перед домофоном. Устройство приветствовал её мягким женским голосом:
– Добро пожаловать. Ваш адресат ожидает вас. Квартира на втором этаже.
Поднявшись по лестнице, Василиса заметила, что дверь в квартиру была слегка приоткрыта. Осторожно толкнув её, она вошла внутрь и сразу почувствовала, как время здесь застыло. Ремонт явно не делался много лет.
Девушка немного замялась в коридоре. Простая вешалка была занята аккуратно развешенными куртками, а на полу стояли старые, но крепкие туфли – всё говорило о бережном отношении к вещам.
– Здравствуйте! – позвала она, не решаясь зайти дальше.
– Проходи, Василиса, я на кухне, – раздался знакомый голос, чуть уставший, но всё такой же мягкий.
Василиса осторожно закрыла дверь и вошла в большую комнату. Её взгляд сразу попал на интерьер – обои с крупным цветочным узором прошлого века, потемневшая плитка на потолке, деревянные полы, которые слегка поскрипывали под ногами. Всё вокруг словно хранило воспоминания о другом времени.
Из кухни выглянул Вадим Николаевич. Он был всё тот же, но теперь лицо его было чуть более усталым, будто последние недели оставили на нём свой след.
– Присаживайся, располагайся, – сказал он, указывая на мягкое, слегка потертое кресло возле низкого столика. – Сейчас закончу с чаем или кофе, и поговорим.
– Я приняла бы кофе, – ответила Василиса, кладя пакет с круассанами на столик.
– Тогда будет кофе, – согласился он и скрылся обратно на кухню, где уже зашумел чайник.
Оставшись одна, Василиса огляделась. В комнате царила тишина – спокойная, немного меланхоличная, как старая книга, которую берут в руки не ради сюжета, а ради воспоминаний.
На полках у стены стояли книги: часть из них она узнала – это была классическая литература, другая же часть напоминала школьные пособия. На журнальном столике лежала аккуратно сложенная стопка вырезок из журналов и старая газета. Всё здесь отдавало педантичностью и внутренним порядком – будто сама квартира хранила дух учителя, который привык всё держать под контролем.
На стене висели старые часы с медленно движущейся стрелкой и фотографии в деревянных рамках – лица на них были знакомы ей по школьным стенам или, возможно, из рассказов самого Вадима Николаевича. На подоконнике стояли горшки с растениями. Многие из них выглядели ухоженными, несмотря на общую аскетичность интерьера.
Через пару минут Вадим Николаевич вышел из кухни, держа в руках поднос с двумя чашками, сахарницей и блюдцем. Он был одет в серый спортивный костюм с логотипом «СССР» на груди – словно символ связи с эпохой, где он чувствовал себя уверенно.
– Вот и кофе, – сказал он, ставя поднос на столик. – Спасибо, что решила меня проведать.
– Спасибо вам, что согласились принять, – ответила Василиса, взяв чашку и аккуратно поставив её обратно. – Вижу, у вас всё ещё тот же дух преподавателя: скромно, но со вкусом.
Вадим Николаевич рассмеялся – звук был низким, немного хрипловатым, как будто голос тоже устал вместе с хозяином.
– Какой там вкус… Просто привычка жить так, как есть. А ты совсем не изменилась – всё такая же живая и яркая. Чем занимаешься? Где сейчас?
– Учусь в МГТУ. Совсем скоро начнётся практика – в Липецке. Если всё сложится, возможно, останусь работать здесь.
– Хорошо, – кивнул он. – А как здоровье?
– Тьфу-тьфу, вроде лучше, – сказал он, сделав глоток чая. – Ну, а ты рассказывай – какие у тебя планы на жизнь?
Разговор начал набирать свой ход. И Василиса осторожно спросила:
– Помните, вы рассказывали мне об одной своей идее? Та, над которой работали много лет?
– Да, такой разговор был, – Вадим Николаевич удивлённо посмотрел на девушку. – Почему вспомнила?
– Если мне не изменяет память, его звали Мирон. Вы всё ещё продолжаете работу над ним?