Николай Свечин – Убийственное Рождество. Детективные истории под ёлкой (страница 31)
— Нету его.
— Тогда вон отсюда. А то в камеру посажу.
— Так ведь божился, удостоверение показы-вал…
Крутилин выскочил из-за стола, схватил извозчика за шкирку и выволок в приемную. Хотел надзирателям с рук на руки сдать, чтобы в камере проучили, но, увидев входящего Яблочкова, выпустил добычу из рук, напрочь про нее забыв:
— Ты где шляешься? Живо в кабинет.
Извозчик счел за лучшее незаметно покинуть сыскное.
Яблочков, кратко доложив о постигшем фиаско, стоял, потупив глазки, ожидая, когда же иссякнет поток ругательств в его адрес.
— А дружок твой где? Где Новоселов? — вспомнил про агента Крутилин.
— А что? На совещании его не было? — забеспокоился Яблочков.
— Представь себе, нет. Я решил, что со вчерашнего вечера вместе водку жрете.
— Нет, я как уехал в первый раз от ювелира, больше его не видал. Хотя приказал явиться с подчасками…
— В Рождественскую часть заезжал? Спрашивал про Новоселова?
— Нет.
— Почему?
— Ну… Решил, что раз Змеевский к моему возвращению оказался в лавке, а Сергей еще не вернулся, то ювелир дом не покидал. Кого-то другого к «охотнику» отправил. И Новоселов топает за ним.
— За кем?
— Понятия не имею. Мало ли кто в гостях у ювелира мог оказаться? Праздник ведь.
— Спасибо, что напомнил. Ты мне так его испортил… В общем, как только Новоселов явится, сразу ко мне.
Но Новоселов так и не пришел. Вместо него в пятом часу пополудни в сыскное явился городовой Заводов из третьего участка Нарвской части:
— Товарища вашего из сугроба откопали, — заявил он Яблочкову.
— Какого товарища? — похолодело все внутри у чиновника.
— Как звать, не помню. На облаву с ним вместе ходили, потому и опознал.
— Что значит опознал? Он мертв?
— Мертвей не бывает.
Арсений Иванович и Иван Дмитриевич уселись в санях вместе.
— Куда? — спросил их Демьян Корытов.
— Туда, где Таракановка в Фонтанку впадает, — мрачно ответил Яблочков и еще раз спросил начальство: — Неужто Новоселов?
— Больше некому. Все остальные агенты приходили утром на совещание, — буркнул Крутилин.
Всю дорогу корил себя за то, что дал втравить Новоселова в это дело. А ведь у Сергея трехмесячный ребенок. Кто теперь будет его содержать?
— Серега! Не может быть! Серега! — заорал Демьян Корытов и бросился к трупу. — Серега, миленький. Иван Дмитриевич, как же это?
— Оттащи его, без него тошно, — велел начальник сыскной Яблочкову и повернулся к околоточному третьего участка Нарвской части. — Кто нашел тело?
— Они-с, — показал он на двух крестьян, стоявших у дровней.
Крутилин подошел к ним.
— Мы с кумом ледоколы. Подрядчик велел седня тутава рубить, — крестьянин показал рукавицей на Фонтанку. — Приехали, а на наше место с набережной снегу навалили по самую парапету. Пришлось нам сугробище разгребать. В нем мужичка и нашли. Кто-то его заместо снегу башкой вниз сбросил. Царствие небесное!
И оба ледокола дружно перекрестились.
— Куда труп везти прикажете? В нашу часть али к вам? — спросил у Крутилина околоточный.
— К нам. Доктор тело осмотрел?
— Еще нет. С час назад за ним послал. А он, сволочь, не торопится.
Доктор Нарвской части Агарышев приехал минут через пять. На немой укор околоточного, мол, не лето на дворе, ответил философски:
— Пользовал пациента. Живым моя помощь нужней, чем покойникам. Ну, и что тут у нас? — Агарышев ногой откинул рогожу. — Переверните-ка на спину.
Городовые исполнили его приказание. Доктор, наклонившись, запустил пальцы в густую шевелюру Новоселова.
— Глядите, какая гематома, Иван Дмитриевич. Причем прижизненная. Сперва оглушили кастетом или кистенем, а потом уже в сугроб скинули. Наверно, рассчитывали, что тело до весны не найдут.
Крутилин спросил у Яблочкова:
— Новоселов револьвер с собой прихватил?
— Да. Видел, как клал его в карман шинели.
— Обыщи-ка карманы.
Яблочков присел. Проверил сперва шинель, потом перешел к брюкам:
— А тело-то теплое.
— Не может быть. Вам показалось, — возразил Агарышев.
Арсений Иванович дотронулся до руки покойного и через секунду радостно закричал:
— Пульс, пульс!
Крутилин повернулся к околоточному:
— Вы что? Сердцебиение не проверили?
Тот помотал головой, указав на ледоколов:
— Сказали-с, что мертв.
— Быстро в госпиталь! Что встали как вкопанные? — прикрикнул на городовых Крутилин.
Военный госпиталь находился сразу за Таракановкой, буквально в ста саженях.
— Штатского туда не возьмут. Давайте в Калинкинскую больницу, — предложил доктор. — Она тоже рядом. Где транспорт?
— Еще не прибыл, — промямлил околоточный.
— Сажайте в мои сани, — предложил Корытов.
— Нет, нет! Удар по голове был слишком серьезным, усаживать потерпевшего никак нельзя, — возразил доктор.
Крутилин крикнул ледоколам:
— Эй на дровнях, подъезжай!
Те попятились: