Николай Степанов – Живая степь (страница 47)

– Кадург! – прорычал проигравший. – Тебе лучше не попадаться мне на глаза.

Три дрега исчезли бесследно.

– А тебя это разве не касается? – спросил я, выходя за пределы круга.

– В твоем пари речь шла о подельниках неудачника. Это не про меня. Так что продолжим. Теперь моя очередь входить в круг, Платон.

– Минуточку, – придержал меня целитель. Он шепотом сказал несколько слов и побежал к пленникам, чтобы их освободить.

– Стоять! – закричал Кадург. Дрег попытался создать заклятие, но внезапно возникшие четыре красные молнии едва не подожгли ему обувь. – Как ты это делаешь, щенок!?

Островитянин отступил на несколько шагов назад, и маска показного добродушия сползла с его лица.

– Неужели надеешься, что я стану тебе отвечать? Не дождешься. Я не разговариваю с теми, кто оскорбляет и угрожает жизни мне или моим друзьям, да еще самым нечестным образом отбирает мою собственность, – намекнул на поглотитель.

– Договор был на два поединка, и степь это слышала, – злорадно напомнил Кадург.

– Верно. Но тогда на кону были мои друзья. Сейчас они свободны, и никто из присутствующих не имеет права вредить их жизни и здоровью.

– А я ведь могу разобраться с тобой и без круга, – начал угрожать дрег.

– Можешь. Однако и я и мои друзья имеют полное право вредить твоему здоровью и жизни.

Пограничники сейчас выглядели весьма решительно.

– Возможно, ты опять выкрутился, но это не будет вечно, Платон. Что ж, зайду в другой раз, – почти выплюнул он и испарился.

Освобожденные поспешили ко мне.

– Алтон, ты… ты… могучий боец! – восхищенно произнес Алгай.

– Этого могучего, если вы успели заметить, едва тонким слоем по степи не раскатал обычный дрег. Хорошо, что он оказался слишком самоуверенным и жадным.

– Алгай прав, – поддержал ефрейтора проводник. – Ты отлично показал себя в бою с дрегом.

– А еще очень умно составил пари с островитянами, – присоединился целитель. – Надеюсь, никто теперь не сомневается, что не только Вард, но и степь благоволит нашему капралу?

После его слов до нас донеслись отдаленные раскаты грома.

Парни радостно заулыбались, словно услышали прекрасную музыку. А мне сейчас хотелось развеять некоторые сомнения:

– Ишид, мне показалось, или во время нашей схватки вокруг было тихо?

– Не показалось, – усмехнулся он. – Степь наблюдала за тобой, затаив дыхание.

Несмотря на победу, ощутил, как подрагивают коленки и трясутся руки. Поединок дался мне слишком тяжело. Не знаю, откуда уже второй раз взялись умение и сила. Организм однозначно не был готов к подобным нагрузкам. Наверняка помимо сбитой кожи на руках, на всем теле останется множество синяков и ссадин. И заживать они будут долго. Хотя, почему я так решил?

– Ишид, не поможешь? – показал ему саднящие раны на руках.

Мы вдвоем вернулись в палатку. Закончив сеанс исцеления, он посоветовал хотя бы четверть часа отдохнуть, а сам вышел.

«Да, и нервы успокоить мне точно не помешает», – мысленно согласился с целителем и сел в позе лотоса.

– Видел твой бой, Платон. Слишком много сил тратишь, – тихий голос прозвучал неожиданно, но я даже не вздрогнул. Просто открыл глаза.

– Помню тебя, – «заглянувшего на огонек» угая я узнал, видел его раньше вместе с шаманом. – Ты ко мне или к целителю?

Это упражнение в новой реальности проявляло себя гораздо эффективнее, чем в моем мире. Я практически сразу впадал в состояние отрешенности, при этом ясность мышления начинала зашкаливать, мог за пару секунд перемножить пятизначные числа.

– К тебе, – ответил он. – Изгой племени для всех нас – отрезанный ломоть.

– Слушаю тебя.

Никакого страха от его нежданного появления не возникло. Мозг подсказал: этот человек, если бы захотел, давно бы мог прикончить любого. Значит, явился не за этим.

– Хочу предложить тебе обмен услугами, – произнес он. – Я сделаю так, что Кадург не сможет причинить тебе вреда, а ты за это спасешь Ашида, который нынче откликается на имя Ишид.

– Я при любом раскладе вытащу его из беды, он же в моем отряде.

– Спасешь, когда тебе ОЧЕНЬ не захочется этого делать, – уточнил угай.

– Пусть будет по-твоему, – я пожал плечами. – А как ты убережешь меня от Кадурга?

– Он принес клятву на крови не причинять вреда жителям деревни Хаши, а у меня есть право принять в свой дом любого достойного.

– А откуда ты знаешь, что я достойный?

– Тебя признала сама степь. Разреши твою руку.

Протянул ладонь и во время рукопожатия почувствовал жжение.

– Захочешь кому-то доказать, что ты имеешь жилище в нашей деревне, просто скажи: «я из Хаши».

– И что будет? – я внимательно всматривался в собственную ладонь, но так ничего и не заметил, а когда поднял глаза, в палатке уже никого не было.

«Интересные кадры обитают в угайских деревнях. Прямо человек-невидимка. Или здесь снова замешаны порталы?»

– Ну скажу, «я из Хаши»… – засветившаяся на ладони треугольная печать сняла все непрозвучавшие вопросы.

Глава 23. Миссия по спасению

Интерлюдия…

Видимо, полностью очистить воду от сонного зелья Борине все же не удалось. Девушка, несмотря на перевозбуждение после стычки с оборотнем, уснула. Очнулась от громких людских голосов.

– Что эта деваха делает возле дома нашего лекаря? И где он сам? Почему бесстыжая валяется в телеге уважаемого человека? Ишь, нацепила короткую юбку и дрыхнет себе. Может, она ведьма? Гляди, вся исцарапана, будто ее кошки драли.

Девушка много интересного услышала прежде, чем открыть глаза. В том числе, и про оборотня, который нападал на проезжих, а недавно загрыз кого-то из местных. Прокрутив в голове услышанное, решила, что не стоит спешить рассказывать, кто являлся оборотнем – ей попросту не поверят.

«Пожалуй, пора дать понять, что я проснулась».

– Ой, где я? – Борина постаралась вжаться в копну сена, под которой спала.

Телега действительно стояла возле небольшой избушки. Первое, что заметила, открыв глаза – ухоженная грядка с розами неподалеку. Перед телегой собралось несколько мужичков, двое даже с вилами в руках.

– А нам интересно, кто ты такая, и как оказалась на подворье глубокоуважаемого лекаря? – пробасил один из собравшихся.

– Ой, я… я спала, – девушка испуганно озиралась. – Мне такой кошмар приснился… Ой, а может это был не сон? Помню лошадь, телегу, доброго старика, подобравшего меня на дороге. А потом… Ой…

– Да хватит уже ойкать, – прервал ее причитания крупный мужчина, чем-то похожий на старосту деревни Шабарла. – Сказывай, что дальше было.

– Дедушка лекарем был, подобрал меня, на телегу усадил, поесть дал, а потом… – Борина начала шмыгать носом, а по щекам покатились слезы.

– Нечего сейчас рыдать! Чего дальше стряслось?

Девушка с минуту успокаивалась, потом продолжила:

– Кто-то страшно заревел в лесу. Дедушка принялся подхлестывать лошадку, но нас кто-то догонял. Я очень испугалась, а он… он выпрыгнул из телеги. Потом сзади такое началось, мне от криков и рыка плохо стало. Я… я в обморок упала.

– А что было потом, когда очнулась?

– Сейчас и очнулась.

– И как же ты в нашу деревню приехала? – продолжил допрос мужчина.

– Чего к девке пристал, Догуж, – раздался властный женский голос. – Не видишь – не в себе она. Столько страхов перетерпела, бедненькая. Хорошо еще, жива осталась, спасибо лекарю.

– Атима! Опять поперек моего слова лезешь. Я староста или кто?