Николай Степанов – Живая степь (страница 18)
Ветерана звали Юрган. Жилистый мужчина лет пятидесяти сразу располагал к себе. Мы с ним быстро сошлись на почве любви к пиву и первое время в основном обсуждали, какая закуска больше подходит к пенному. Я нахваливал вяленую рыбу, а он упрямо стоял за маринованный корень какого-то мясиша. В итоге порешили, что устроим совместную дегустацию, чтобы разрешить наш спор.
Замечание ветерана о численности врага заставило задуматься. Полк пограничников насчитывал около трехсот воинов – весьма внушительна сила. Плюс обученный волшебник и еще парочка таких, как Игун, владевших одним-двумя заклинаниями. Сегодня всех этих сил не хватало, чтобы отразить атаку даже при помощи городских жандармов.
«Это сколько же кочевников сейчас на левом фланге?! Может и мне нужно там быть?»
Наша позиция была хороша тем, что перекрывала неширокую проезжую часть ложбины с довольно крутыми склонами. Пехота там еще могла пройти без риска свернуть шею, а вот всадникам пришлось бы гораздо хуже. Не знаю, почему капитан не организовал именно здесь основной рубеж обороны правого фланга, но начальству наверху виднее. На военной кафедре института тонкости тактики и стратегии никто не объяснял, мы в основном учили матчасть.
– Алгай, глянь туда! – мне показалось, что где-то в зоне первой линии промелькнула тень, хотя сигнала с форпоста не поступало.
– Волки! – вглядевшись, прошептал Алгай. Он быстро схватил арбалет и пустил болт в сторону кузни. – Все, первой линии больше нет!
На краткое время стук молота прекратился, а затем продолжился в ускоренном ритме.
– Все-таки пожаловали, гости дорогие, – Юрган принялся раскладывать рядом с собой болты, чтобы было удобнее заряжать.
По всему выходило, степняки два предыдущих дня потратили на мелкие наскоки, чтобы прощупать оборону миригов. Однако и наша разведка не бездействовала. Игун вчера говорил, что кочевников не так уж много. И вдруг – массированный удар по левому флангу, да еще на правом без шума сняли первую линию.
– Ну что, ребятки, пришла наша очередь повоевать? – бодро произнес ветеран. – Давай, сынок, ты у нас первый начинаешь.
Буквально через секунду в отдалении показались всадники на длиннозубах. Наступавшие точно знали, сколько бойцов им противостоит, поэтому даже не считали нужным скрываться, и ломанулись толпой. А зря.
Звуки щелчков арбалета, сопровождаемые предсмертным воем кровожадных скакунов, дополнила приятная нашему глазу картина падающих всадников. Причем падений было больше, чем наших выстрелов, поскольку не все животные успевали перескочить через тела убитых и раненых. Скорость продвижения врага заметно снизилась.
– Добре, сынок, добре! Так им и нужно, волчарам поганым!
Никогда не относился к безбашенным храбрецам, но сейчас почему-то страха не ощущал. Наблюдая за слаженными движениями пятнадцатилетнего пацана и его отца, поджидая надвигавшуюся лавину оскаленных волчар, каждый из которых был размером с лошадь, слыша улюлюканье диких степняков, думал лишь об одном: когда нанести свой первый удар, чтобы он стал максимально эффективным.
Идея пришла в голову неожиданно.
– Алгай, остановись! – тронул паренька за плечо.
Тот прекратил стрельбу, и собиравшиеся рассредоточиться по склонам всадники снова сгрудились вместе. Наверняка они решили, что заряды у нас закончились.
– А теперь щелкни по парочке зверюг с краев.
Стрелок понял мой замысел и выпустил два болта, заставив всадников еще плотнее сбиться в кучу.
«Пора!»
Тридцать метров, отделявших нас от атакующей группы, составляли необходимую дистанцию, на которой воздушный кулак еще не теряет своей ударной силы. Смачно произнес про себя пятиэтажную словесную конструкцию, выпуская на волю мощь ветра. Волна воздуха столкнулась с волной всадников, отбросив их метров на двадцать, а я почувствовал, что сотворил не кулак, а нечто большее. Наверное, от чрезмерного усердия.
– Здорово! – воскликнул Алгай.
– Молодцом! – поддержал его ветеран. – С меня жбан лучшего пива!
Я же себя молодцом не считал, поскольку почувствовал головокружение. Скорее всего, выплеснул за один раз больше, чем позволяли силы. Прав был Игун – без учителей новыми заклинаниями лучше не увлекаться.
Вроде бы неожиданная встряска должна была умерить пыл врага, но кочевники и не помышляли об отходе. Потеряв половину бойцов, оставшиеся в живых степняки вскочили на уцелевших волчар и двинулись в нашу сторону.
– У меня болтов осталось на десять выстрелов, – сказал Алгай, а потом добавил: – У тебя кровь носом пошла, не вздумай больше швыряться магией.
Кивнул ему, одновременно глазами пересчитывая врагов.
«Многовато – полсотни, не меньше. Придется пустить в ход тайное оружие», – размышлял, извлекая из заветной торбы поглотитель.
– Ты что задумал? – удивился Алгай.
– Хочу опытным путем определить, как их звери относятся к громким звукам.
Ножны поглотителя, которые в моем мире выглядели безобидным тубусом, сработали без осечки. Два взрыва унесли еще около десятка кочевников. К сожалению, вместе с частичкой моих сил. Стало еще тяжелее, но старался не показывать остальным своего состояния.
«Ножны – и те тянут из меня энергию!»
– А ты полон сюрпризов, Платон! – похвалил меня ветеран. – Еще один жбан с меня.
– К сожалению, сюрпризы заканчиваются раньше, чем враги.
– Ничего, мы их тут столько положили, что никто не упрекнет. Жизнь прожита не зря, – в его словах не было бравады, ветеран действительно был горд тем, что свой последний час он встретит как настоящий воин.
– Надеюсь, на этом она не закончится.
– Верно мыслишь, Платон. Вам с Алгаем помирать рановато, поэтому, когда болты закончатся, отходите к кузнице. Я слышу – Мирай так и долбит молотом. Значит, штук двадцать новых болтов выковать успел.
– Отец, я тебя не брошу, – взбунтовался ефрейтор.
– Ты не бросишь меня, он не бросит тебя – давайте все тут дружно сдохнем на радость кочевникам! Потом они спалят деревню и всех, кто там схоронился. А твоя мать и сестра, если не попадут к ним в руки, останутся еще и без мужчин, и без дома.
– Я все равно…
– Бойцы! – я нагнал металла в голос. – Слушай мой приказ! Алгай, подстрелишь столько волков, сколько болтов у тебя осталось. Потом поможешь мне добраться до кузницы. Юрган, останешься прикрывать наш отход. Вопросы есть? – Вопросов нет! Невыполнение приказа приравнивается к дезертирству.
– Слушаюсь, рядовой Платон! – в тон мне гаркнул ветеран и строго обратился к ефрейтору. – Тебе ясен приказ?!
– Уже выполняю, – пробурчал он, вскидывая арбалет.
Алгай не промахнулся ни разу, и мы рванули к кузнице.
– Сын, помни: я должен Платону два жбана лучшего пива! – напомнил Юрган на прощание, а я еще подумал, что с такими последними словами к смерти не готовятся. Может Вард не оставит старика?
Последние метры до кузницы дались мне совсем тяжко. Если бы не помощь парнишки, точно бы не добрался, а ведь ему сразу пришлось вступать в бой – кочевники буквально на пятки наступали.
Теперь заряжающим стал кузнец, а у меня появилась возможность снарядить ножны поглотителя взрывными стрéлками, ведь ни на что большее я сейчас не был способен. Как же не вовремя! Зарядить первый ствол удалось как раз перед самым окончанием стрельбы Алгая.
– Бойцы, отставить! – скомандовал, когда увидел, что, вооружившись саблей и ломом, мужики собрались покинуть кузницу. – Много их там?
– Волков не вижу, а кочевников голов двадцать. Поняли, сволочи, что нам стрелять нечем, и теперь толпой идут.
– Вот и славно! – с трудом поднявшись, я подошел к окну. Успел заметить, что угаи дружно метнули копья, и отскочил в сторону. Три копья угодили в проем. – Действительно, обнаглели!
Выглянул второй раз и выстрелил. Бахнуло – зашибись! А самое главное – мой выстрел стал последней каплей, перевесившей чашу весов в нашу пользу. Нервы кочевников не выдержали, и они повернули обратно.
– Там отец! – сразу подхватился Алгай и выскочил из кузни.
– Подстрахуй паренька, – попросил я кузнеца. – Там могли остаться опасные подранки.
Мужик поспешил за ефрейтором, а я добрел до лежанки, стоявшей в дальнем углу комнаты, и беззастенчиво рухнул на нее.
«Имею право! – принялся мысленно оправдываться. – Нам, командирам, после успешно выполненной операции положен отдых. И все же в следующий раз трижды подумаю, прежде чем обратиться к магии. Хотя, о чем было думать, когда на кону жизнь, и не только моя? Неужели мы выдюжили?! Поверить не могу… Их же более сотни налетело! До слез жаль Юргана, но ведь могли и мы… Утешает только то, что его жертва была не напрасна».
Мысли начали путаться, и я попытался вспомнить о чем-то хорошем.
«Эх, сейчас бы на море – шум прибоя, легкий бриз, коктейли, девочки…»
Интерлюдия…
Ашид всполошился, когда в степи появились орды рыскающих туда-сюда кочевников. Сначала изгой решил, что их нанял деревенский шаман для его поиска. Некоторое время он даже костер опасался разжигать, однако, понаблюдав за наездниками длиннозубов, сообразил: они заняты другими делами – явно собираются опробовать прочность границ Миригии. Беглый угай не видел оснований для такого крупномасштабного нападения. Кочевые соплеменники обычно не вторгались в чужие земли, если только не намеревались отомстить, но, когда и как мириги успели перейти дорогу кочевникам?