Николай Степанов – Живая степь (страница 20)

Медитация с картинками побережья явно пошла мне на пользу – прошло всего несколько минут, а я уже крепко держался на ногах. Помчался на свой блокпост и вскоре стоял рядом с Алгаем. Угай предложение отдохнуть не принял и последовал за нами.

– Как отец? – спросил склонившегося на Юрганом ефрейтора.

– Ну, вы даете, хлопцы, – раздался чуть глуховатый голос ветерана. – Неужели желание выпить со мной дармового пивка столь велико, что решили вырвать никчемного из лап смерти? Меня же дважды убили, сам видел.

– Кто-то обещал угостить меня маринованными корнями мясиша, а я не люблю, когда люди не держат слова. Да еще уважительные причины находят для этого.

– Ты страшный человек, Платон, – слабо улыбнулся раненый.

– Сам себя боюсь. А теперь хватит разговоры разговаривать, побереги силы. Сейчас мы тебя в дом перенесем, – я оглянулся на целителя, ожидая подтверждения, что больного можно транспортировать.

Тот согласно кивнул. Кузнец вместе с Алгаем осторожно приподняли Юргана и направились к кузнице.

– А тебя, целитель, попрошу задержаться. – После того, как гора свалилась с плеч, меня буквально переполняло энергией. Даже внутренне посетовал – что бы ей не вернуться, когда мне было совсем невмоготу? Угай вопросительным глянул на меня. – Как ты слышал, меня зовут Платон…

– Я – Ашид, – представился он.

– В нашу первую встречу ты был темнее, или мне это показалось?

– Тогда еще я не был целителем. Когда просыпается дар, кожа светлеет.

– И что же этому поспособствовало? Я имею в виду – пробуждение дара?

Мы так и стояли возле блокпоста, изучая друг друга. С последней встречи мы оба изменились. Я не помнил этого человека, но точно не видел ни одного светлокожего среди захвативших меня угаев.

– Как ни странно, виновник моих преображений – ты. Точнее, твой побег, – наконец ответил Ашид. – За потерю пленника меня в тот же день изгнали из деревни, а на следующий должны были убить.

Так и хотелось закончить его рассказ расхожей фразой: «но что-то пошло не так». Вместо этого задал следующий вопрос:

– Кто-то наверху не хотел твоей смерти?

– Тени предков, – согласно кивнул он. – Они протянули руку помощи и указали нужный путь.

– Рад за тебя. И указанный ими путь привел сюда?

– Сначала – в одно интересное место, но это отдельная история, позже расскажу. Затем предки посоветовали проследовать за сотней кочевников.

– Старших, конечно, нужно слушать, однако ты уверен, что правильно их понял?

– Даже если раньше и сомневался, то теперь нет – они привели к тебе. Во второй раз. А это не случайно.

Упоминание теней предков напомнило мне о других тенях. Ашид тоже мог наткнуться в степи на артефакт…

– Ну и для чего, как ты думаешь, предки снова свели нас вместе?

– Чтобы обоих сделать сильнее, – уверенно ответил он. – Ты – волшебник?

И снова захотелось ответить заезженной фразой из старого фильма про Золушку.

– Пока нет, но стремлюсь к этому, – перефразировал я слова ученика феи.

– Значит, и тебе нужно пройти обучение. И чем скорее, тем лучше.

А то я этого не знал! Спасибо, друг, открыл мне глаза!

– У тебя имеется две сотни золотых монет? – с нескрываемой иронией спросил я.

– Только полтораста. Но я знаю место, где стоит поискать.

А вот такой «поворот сюжета» мне понравился. Идеи, подкрепленные финансами, гораздо продуктивнее просто идей.

– Если быстро добудем деньги, сразу отправимся в путь. Есть на примете человек, которому нужны ученики. Но сейчас главное – с кочевниками разобраться.

– Думаешь, что они вернутся за добавкой? – Ашид осмотрел место побоища – повсюду валялись трупы. – Не пора ли заняться сбором трофеев?

От разговора нас отвлек топот копыт – со стороны деревни мчался одинокий всадник. Он осадил скакуна почти перед моим носом.

– Платон, мы их все-таки победили! – соскочив с коня, сообщил Игун – вконец измочаленный, но счастливый. Парню точно досталось неслабо: он был без шлема, с огромной шишкой над правой бровью и шрамом на щеке. Вдобавок, ниже локтя рука была перевязана явно подручными тряпками.

– Рад за вас, – я широко улыбнулся. – Мы тоже.

Капрал только сейчас увидел кучи трупов.

– Исчадье проклятых меня подери! Что тут было?!

– А сам как думаешь?

– Алгай, Юрган?! – от волнения он переменился в лице.

– Приходят в себя в кузнице. Кстати, наш ветеран жив только стараниями Ашида. Знакомься, он – целитель.

– Настоящий!? – вырвалось у Игуна.

Угай усмехнулся и подошел к парню. Провел ладонью по щеке, и шрам начал постепенно затягиваться.

– Ой, – капрал не успел дотронуться до раны, как она за минуту исчезла.

– Не совсем настоящий. Такой же, как и мы, – недоучка. Правда, он как раз знает, где можно добыть монет на учебу.

Капрал переводил взгляд с угая на меня и не находил, чего сказать. Да я бы и сам ошалел от увиденного, особенно учитывая, что толпу врагов перемололи всего четверо бойцов.

– Кстати, коли уж речь пошла о деньгах, ты не мог бы заняться сбором трофеев? У нас на это уже нет сил.

– Обязательно организую, – пообещал он. – Из первой линии кто-нибудь выжил?

– Нет, – вместо меня ответил угай. – Там даже исцелять было некого.

– Какой ужас, – мрачно пробормотал капрал. Он даже помотал головой, словно отказываясь верить в случившееся, и замолчал. Собравшись с мыслями, продолжил. – Я – в деревню, организую сбор трофеев и – с докладом к капитану. Ашид, сможешь поехать со мной? У нас очень много раненых.

– Я практически на нуле, – смущенно ответил он.

– Вместе поедем, – кивнул я, ощущая переполнение энергией. Наверное, во время боя с организмом снова что-то произошло. – Полковой маг выжил?

– Уцелел. Кстати, благодаря твоей зарядке накопителей. Обещал проставиться.

– Вот как раз на накопители у меня вся надежда. Поехали.

Интерлюдия…

С восходом солнца Кадург увязался за кочевниками, но держался далеко позади войска, чтобы не быть обнаруженным. Он насчитал около пятисот угаев и был уверен, что на борьбу с ними мириги бросят все свои силы.

«Дикари выбрали левый фланг обороны погранцов, – сразу смекнул дрег. – Оттуда ближе всего к Ибериуму, да и открытого пространства много – есть, где разогнать длиннозубов. Однако вряд ли мириги и сами этого не понимают. Если у них хватает стрелков, немногие из кочевников доберутся до прямого столкновения».

Кадург припрятал лошадь, и занял наиболее удобное место зрителя, приготовившись искать нужного мага среди оборонявшихся. Судя по следам инициации, тот должен владеть чем-то из арсенала ветра.

Первая волна атаки кочевников захлебнулась, однако около десятка всадников сумели прорваться к передовой линии обороны и принялись остервенело рвать защитников зубами волчар, добивая остальных копьями и стрелами. Пока мириги пытались с ними справиться, последовал второй налёт. Защитникам дали команду отступать под прикрытием стрелков и мага-огневика. Пожалуй, только благодаря его усилиям, миригам удалось избежать слишком больших потерь.

«Откуда у волшебника столько энергии? – удивлялся Кадург. – Сыплет заклинаниями, словно у него бездонные запасы! А ведь мужик явно слабее меня!»

Кочевые угаи заняли первую линию обороны, но вместо того, чтобы, не мешкая, напасть, все чего-то выжидали, предоставив оборонявшимся возможность подтянуть резервы.

«Они словно сюрприз готовят. Такая тактика оправдана, только если атака служит отвлекающим маневром, но у кочевников больше нет бойцов! Или я что-то пропустил?»

Наконец, всадники на зубастых скакунах снова бросились в атаку. Защелкали спусковые механизмы арбалетов, степь наполнилась рычанием волков, криком людей, хлопками магических заклинаний…

Кочевники, лишившись еще трети воинов, добрались до пограничников, и в ход пошло оружие ближнего боя.

В завертевшейся неразберихе трудно было отыскать конкретного волшебника, ведь слабые одаренные имелись с обеих сторон. Обычно таких хватало на пару заклинаний, реже – на три. Когда же Кадург насчитал четвертую вспышку молнии, начал приглядываться к ее источнику.