Николай Степанов – По чужим правилам (страница 27)

– Леший, разве я многого прошу? – с ходу перебил старика Еремеев.

– Ты уж уважь моего гостя, хрыч старый, – не по-доброму зыркнула на него кикимора.

– Вчерась девка та въехала в Ельню. – Хозяин леса насупился, но принялся говорить. – Рядом пять верховых были. Ни одного раньше не видал. А нынче поутру она с твоим знакомцем… – Леший описал Радима. – И еще с пятью другими верховыми и одной лошадкой направились на запад. Опосля на разбойный люд наткнулась, какого-то Густава узрела.

– Густава?! – хором воскликнули оба слушателя.

– Так девка назвала одного из лиходеев, что на поляне лагерь устроили, – почти скороговоркой ответил леший, не ожидавший столь бурной реакции на обычные слова.

– И ты молчал, хрыч старый?! – возмутилась кикимора. – То ж ворог лютый нашего Данилы! Гадала, лиходей сей сгинул давно. Ан нет – мало того что живой, еще и в твоих угодьях себе схованку состряпал!

Леший даже шею в плечи втянул от напора подруги:

– У моего порученца вражин, что муравьев в муравейнике, разве всех упомнишь? А этот вел себя тихо, ежели и озорничал, то доставалось таким же, как и сам… – начал оправдываться старик.

– Можешь узнать, чем сейчас этот Густав занят? – заволновался Еремеев.

– Погляжу, – кивнул леший.

Он сел на землю, закрыл глаза и застыл. Только через пять минут заговорил:

– Вон он, аспид треклятый, схлестнулся с другим, коего девка твоя братом кликала.

– Братом? – переспросил Александр. Он ни разу не слышал от Лады ни слова о родственниках.

– Садись рядом, все сам узришь, – предложил старик.

Когда ладонь лешего коснулась головы Еремеева, возникла картинка схватки. Густав теснил незнакомца, который явно проигрывал, хоть и мастерски владел саблей. Затем они наблюдали ранение и короткий разговор противников. Тут Александр не выдержал и попросил лешего подсобить раненому, тем более что тот уже и сам догадался: за поединком наблюдает непростая птичка.

Убедившись, что с победителем все в порядке, боярин прервал контакт. Леший вышел из транса чуть позже и сообщил, что теперь у его порученца имеется должник.

– Ты видишь, как мы для тебя стараемся? – не мог не подчеркнуть свою значимость старик. – Пора бы и тебе нам подсобить. Надобно прямо сейчас идти к источнику, что во владениях прелестницы значится.

– Идти? – усмехнулся Еремеев. – Зачем время зря тратить? Сейчас все и спросим.

После того как пульсирующий источник стал мощнее, у Александра появилась возможность обращаться к болотному и дубу-ведуну на расстоянии. Для контакта с первым требовалось опустить руки в болотную жижу, а со вторым – коснуться ладонями коры любого дуба.

Начал Александр с вопроса о шипастых лианах, высушивающих угодья кикиморы. Стоило спросить, и в голове возникли нудные изречения древнейшего источника:

«Сушь неведомую с растениями, смерть несущими, одолеть можно еще пущей сушью, что землю докрасна накалить способна. Токмо поперву землю, поганью накрытую, отсечь надобно двумя кольцами неприступными, наполненными двумя стихиями, что друг друга на дух не переносят».

По второй беде совет был более простым и понятным. Источник предложил применить эликсир, разглаживающий морщины. Основой служила вода из пруда, где, собственно, и находился болотный источник, а добавками – выжимки из некоторых растений, что произрастали на границах топей. Кикимора тут же за ними отправилась, оставив решение главной проблемы на мужиков.

– Как быть, порученец? Не возьму в толк, чего хотел донести до нас источник болотный…

– Думай, леший, думай. Я тоже покумекаю. – На самом деле сейчас голова Еремеева была занята другими думами: о Ладе и о незнакомце, которого едва не убил Густав.

– Да где же я два таких огромных кольца отыщу?

– Не стоит понимать слова источника буквально. Он наверняка другой смысл вкладывал.

– Мудреные речи молвит источник, словно загадки загадывает. А поди пойми его мудреность. Надобно с прелестницей все обмозговать, ведь кольца те еще на ейные болота перетаскивать, тут без дозволения никак нельзя.

– Можешь ее подождать, но действовать следует быстро, иначе шипастые лианы еще больше болота захватят.

– Твоя правда, порученец. Мне поспешать надобно. – Леший развернулся.

– Эй, а кто меня к дому проводит? Хочешь, чтобы я здесь на острове застрял?

С некоторых пор хозяину леса было дозволено прокладывать зачарованную тропу к этому островку и отсюда – в свои угодья. В другие места на болоте он без кикиморы попасть не мог.

– Ничего-то ты без меня не умеешь, порученец, – задрал нос кверху леший.

Глава 11

Чужая форма

Король Швеции прочитал последние сообщения о разыскиваемой и понял, что беглянку все-таки упустили. При этом все, кто сумел хоть как-то к ней подобраться, либо погибли, либо пропали. Получалось, что и спрос за неудачу предъявлять было уже некому. Карл жестом отослал секретаря из кабинета, поднялся из кресла и подошел к окну.

«Выходит, достойной замены барону Альбрехту у меня так и не нашлось. Уж он-то наверняка справился бы с задачей. – Монарх тяжело вздохнул, понимая, что даже с того света учитель его переиграл. – Значит, недостаточно хорошо я усвоил его науку. А может, он специально не захотел все передать как раз на такой случай? Как там говорят? «Ежели ученики начинают летать выше учителя, они на него гадят»? Очень похоже на мой случай».

Так долго, как здесь, Карл не задерживался нигде. Территорию неподалеку от границ Смоленской республики он собирался захватить походя, чтобы создать на ней надежный плацдарм для вторжения в Московию. С русскими молодому монарху катастрофически не везло. Сначала неудача под Псковом, где полководцы Пожарского сумели дать отпор, затем провал операции в Смоленске. И если получить оплеуху от царя Московии было не так обидно, то снести вторую от безродного выскочки нестерпимо унизительно. Какой-то без году неделя боярин обратил в бегство лучшую армию в мире! Мало того, этот Данила сумел захватить в плен главного помощника короля, барона Альбрехта, от которого затем пришлось избавиться. Опять же, из-за проклятого крашенского боярина. А сам барон ничего лучшего не придумал, как припрятать компромат на своего монарха и после смерти отправить бумаги их злейшему врагу – Даниле.

Имя крашенского боярина заставляло Карла морщиться при одном упоминании. И ничто не брало ненавистного молодца. Дошло до того, что наемные убийцы уже отказывались принимать на него заказы. Там, где не справились Тадеуш, Густав, сплоховали эльфы… Никому не хотелось пополнить список неудачников, заранее зная исход дела.

«Неужели и у метаморфа нет шансов? – размышлял король, глядя в окно. – Он же – легенда среди наемных убийц. Сколько дней миновало, а результата все еще нет!»

Карл сопоставил время и место, где последний раз видели беглянку. По всему выходило, что границу Смоленской республики она пересекла как минимум пару дней назад.

«Бумаги наверняка уже у Данилы. – Монарх больше не надеялся на счастливый случай, например, на то, что девчонка утонула вместе с компроматом. – Почему же он сразу не пустил их в ход? Раздумывает, как больнее ударить? Или решает, кому и за сколько продать?»

Карл не знал доподлинно, какие именно документы барон припрятал на «черный день», но в одном был уверен: контракт на убийство высокопоставленного гнома, в котором заказчиком выступал король Швеции, среди документов будет обязательно.

«Окажись на месте Данилы кто другой – попросту договорились бы, но этот точно не простит мне душекрив, хоть снадобье тогда и не подействовало на его невесту. А ведь идея с душекривом и вся операция разрабатывались гномами. Они были абсолютно уверены в успехе – а толку? Я только барона из-за коротышек потерял».

Гномов Карл «любил» немногим меньше, чем крашенского боярина. С их советами, указаниями, сованием своего носа во все его дела… После поражения в смоленской кампании чужаки совсем обнаглели, и он – король Швеции! – вынужден был это терпеть. Любой конфликт мог отрезать шведов от их денег, а солдаты без жалованья воевать не будут.

– Добрый день, твое величество. – В кабинет, как всегда без стука, вошел гном Саргид и плюхнулся в то самое кресло, где еще недавно сидел Карл. – Что такой смурной?

Захотелось вспылить и послать наглого чужака ко всем чертям, однако монарх прекрасно понимал, что ничем хорошим это не закончится. Опять же, проявлять гнев он считал недопустимой для правителя слабостью.

– Предлагаешь мне шута изображать? Так вроде не по чину, – мягким голосом произнес двадцатипятилетний король.

– У венценосных особ другие развлечения, но ты их почему-то надолго забросил. И меня это не радует. – Гном намекал на бездействие армии. – Сам должен понимать – каждый день твои солдаты съедают килограммы золота. Нашего золота. А поступлений пока никаких.

– Я планировал двинуть войска на юг Европы, там есть чем поживиться. Однако ты меня отговариваешь. А идти на восток не вижу пока смысла. Я не могу себе позволить терпеть убытки. Сам говорил – война должна приносить прибыль, иначе в ней нет смысла.

– Доход можно получить разными способами, Карл.

– Предлагаешь перемолоть войско в фарш, сократив расходы на жалованье? Недальновидный подход. Хорошо обученный солдат – отличное средство для получения дохода. Может, все-таки нам лучше прогуляться до Греции и там дождаться какой-нибудь подходящей смуты в Смоленске или Московии?