Николай Стэф – Приют для призраков (страница 3)
Элиза Грейн осталась в «Куполе», но покоя не находила. Она понимала, что угадала с тем, что Тичу нужны технологии древних. Но не понимала главного: с кем он собирается воевать?
В своей каюте, бывшей когда-то скромным жильём для инженера среднего звена, Элиза мерила шагами тесное пространство. Мысли путались.
Или комендант так сильно боится, что эти — можно сказать, повстанцы в пустыне — могут помешать ему контролировать «Купол»? — задала она вопрос пустоте.
Ну тогда это его проблемы. Он ей нужен для другой цели.
Элиза остановилась у маленького иллюминатора, вглядываясь в серую пустыню за бронестеклом. Вспомнилось другое небо, другая планета. Траст.
Она знала от своих старых друзей, которые вытащили её с Траста, когда эксперимент вышел из-под контроля, что правительство устроило полную зачистку. Бомбардировки с орбиты превратили цветущие города в выжженную пустыню. Мутантов, её творений, истребляли массово. Им некуда было деваться.
Но на Трасте оставался тот, кто был ей по-настоящему дорог.
Рейнольдс.
Одна только эта фамилия, произнесённая мысленно, заставила Элизу вздрогнуть. Но не от страха. От совсем других чувств, которые она давно похоронила глубоко внутри, но так и не смогла уничтожить окончательно.
Она договорилась с очень влиятельным человеком. Огромные деньги, немыслимые услуги, клятвы кровью — всё было пущено в ход, чтобы вывезти Рейнольдса с обречённой планеты. И у них почти получилось.
Почти.
В их план вмешалась эта аномалия рядом с Тахоей. Корабль, доставлявший Рейнольдса, был уничтожен. Но Элиза в последний момент получила сигнал — капсулы с грузом были сброшены на планету. Значит, оставался шанс.
Шанс, что Рейнольдс уцелел.
Элиза, несмотря на свой цинизм и расчётливость, была одержима одной идеей — найти его. Воспоминания о Трасте, об уничтожении её работы, о потере, преследовали её как навязчивый кошмар. Рейнольдс был единственным, кто видел в ней не монстра, а гения. Единственным, кто понимал, ради чего она всё это делает.
«Купол», комендант, технологии древних — всё это было лишь средством достижения её цели.
Она не знала, жив ли Рейнольдс, но верила. Верила, что он выжил. Эта вера была её единственным компасом в мире, где царили хаос и разрушение.
Элиза понимала, что её действия могут иметь непредсказуемые последствия. Но остановиться не могла. Любовь, пусть извращённая, пусть больная, но любовь — была её движущей силой, толкавшей вперёд, сквозь тернии и опасности.
Комендант и его возможности давали надежду найти пропавшую любовь. А для этого она готова заключить любой договор с кем угодно. Элиза сделала свой выбор. Она выбрала «Купол» как временного союзника.
Ведь она не такая принципиальная, как этот Эрик, который выбрал пустыню и каких-то отщепенцев, которых она не успела добить. Эрик со своими дурацкими идеалами — пусть подыхает в своей норе. А она найдёт Рейнольдса. Чего бы это ни стоило.
Фёдор Иванович не знал о терзаниях Элизы. Его мир сузился до стен лаборатории, где он варил наркотик для банды коменданта. Но это была его старая лаборатория. Та, которую он знал как свои пять пальцев. И у неё тоже были свои маленькие секреты.
Одним из таких секретов был жучок — крошечное устройство, которое Фёдор собрал из подручных материалов. Спрятать его в лаборатории было нетрудно, труднее было пристроить на кого-то из пиратов.
Случай представился, когда Шустрый, как обычно, заглянул за своей «дозой». Фёдор Иванович подлил ему чуть больше, чем обычно, и пока охранник, расслабившись, травил байки, ловко прилепил жучок на воротник его куртки.
С тех пор Фёдор слушал.
Обрывки фраз, клочки разговоров, ругань, смех, пьяные признания — всё это стекалось в маленький наушник, который Фёдор прятал в ухе под шапкой. Информации было много, но по крупицам он складывал картину происходящего.
Он знал, что комендант одержим идеей заполучить технологии Древних. Понимал, что Элиза — лишь инструмент в его руках. Но одного Фёдор не мог понять: с какой силой собирается бороться Тич? Ведь «Купол» был единственной организацией на планете. Крупной, мощной, вооружённой. Или есть силы, о которых он просто не знает?
Или именно против них комендант и планирует вести активные действия, собирая технологии древних как оружие?
Но ещё больше Фёдора волновало другое. Он слышал упоминание ксенолита.
Этот минерал был ключом не только к древним механизмам. Фёдор знал то, чего не знал Тич. Ксенолит был ключом к гораздо более опасным знаниям. К тайнам, которые могли изменить расстановку сил на планете раз и навсегда.
— Что же всё-таки задумал комендант Тич? — прошептал Фёдор, откладывая пробирку с очередной партией препарата.
В голове не укладывалось. Слишком много вопросов, слишком мало ответов.
Он подошёл к старой карте, висевшей на стене. Палец его скользнул по отметкам, которые он делал тайком, слушая переговоры. Вот здесь — старые шахты. Здесь — разрушенный лагерь Элизы. А вот здесь, совсем рядом с «Куполом» — странная аномалия, о которой шептались пираты.
Фёдор Иванович тяжело вздохнул. Он чувствовал, что надвигается что-то большое. Что-то, что сметёт и пиратов, и «Купол», и всех, кто окажется на пути.
Нужно было выбираться. Нужно было найти этих беглецов. Они — единственный шанс.
Но как? Как выбраться из лаборатории, за которой следят вооружённые охранники? Как пересечь километры пустыни, кишащей патрулями?
Фёдор Иванович закрыл глаза. Ответа пока не было. Но он знал одно: он должен попытаться.
Ради себя. Ради науки, которой он посвятил жизнь.
Ради правды.
Элиза и Фёдор, каждый в своей борьбе, не подозревали, что их пути скоро пересекутся. Они оба были пешками в чужой игре, но у каждого была своя правда, своя цель.
Глава 3
Фёдор Иванович при помощи миниатюрных жучков-шпионов вёл своё тайное наблюдение за жизнью «Купола». Это был единственно доступный ему вариант — его не выпускали из лаборатории, заперли, как крысу в клетке, заставив варить дурь для банды убийц.
Но он не жаловался. Он работал.
Каждый день, когда охранники приходили за очередной партией, Фёдор Иванович встречал их с неизменной порцией препарата и приветливой улыбкой. А заодно — с новым жучком, пристроенным на воротник, плечо или капюшон. Информация текла к нему тонким, но непрерывным ручейком.
Он понимал, что ведёт очень опасную игру. Если его поймают — даже не убьют сразу. Сначала будут пытать, выясняя, зачем он шпионит, кому сливает информацию, кто его курирует. А потом убьют. Медленно и с удовольствием.
Но сидеть сложа руки было нельзя. Это значило сдохнуть.
И в один из дней ему повезло.
Фёдор Иванович как раз возился с очередной партией синтетического зелья, когда в наушнике раздались резкие шаги и знакомый голос.
— Эдвард Тич, — прошептал Фёдор, узнав интонации коменданта.
Тич неожиданно взял с собой несколько охранников и куда-то их повёл. Фёдор замер, прислушиваясь. Он узнал одного из охранников по тяжёлому дыханию — тот самый добродушный детина, которому Фёдор регулярно подкидывал «особую» дозу. Именно на его плече был спрятан жучок.
Шаги эхом разносились по коридорам. Фёдор Иванович напряжённо вслушивался, пытаясь понять, куда они направляются. Судя по звукам, они шли в самый дальний отсек базы, где Фёдор никогда не бывал. Там, по слухам, находились старые склады и заброшенные ангары.
Наконец шаги стихли. Скрипнула тяжёлая дверь.
— Заходите, — раздался голос Тича. — Вы поможете мне с этими ящиками. Хватайте их и несите за мной.
Фёдор Иванович прильнул к динамику, пытаясь уловить любые детали. Судя по звукам, ящиков было около десятка. Охранники загремели, закряхтели, поднимая груз.
— Тяжёлые, черти, — пропыхтел кто-то.
— Не ной, — оборвал Тич. — Быстро и молча.
Снова шаги. Теперь медленнее, сбивчивее — охранники тащили ящики. Фёдор Иванович лихорадочно соображал: что в этих ящиках? Оружие? Инструменты? Или что-то более ценное?
Шаги остановились. Тич снова заговорил, и Фёдор услышал лёгкий писк — набор кода на панели.
— Сейчас откроется проход, — сказал комендант. — Не расслабляться. Внутри темно, держитесь ближе ко мне.
Фёдор Иванович похолодел. Проход? Какой ещё проход? Он знал «Купол» как свои пять пальцев, но о секретном проходе в дальнем ангаре не подозревал.
Зашипел пневматический привод. Тяжело заскрежетало — стена отъезжала в сторону.
— За мной, — скомандовал Тич.
Шаги ушли вглубь, и звук изменился — появилось эхо, гулкое и далёкое. Тоннель. Длинный тоннель.
Фёдор Иванович впился пальцами в край стола. В голове щёлкнуло — он понял, куда они идут. Эвакуационный выход из «Купола» на старую военную базу, расположенную в десяти километрах отсюда. Тот самый секретный тоннель, о котором знали только высшие чины корпорации.
Но откуда у этого самозваного коменданта доступ к этому проходу? Код, панель — это же уровень директора!
И тут Фёдор вспомнил. Неделю назад он подслушал разговор двух охранников через другой жучок. Они говорили о том, что Элиза принесла коменданту много карточек ID. Карточки с высокими уровнями доступа, которые раньше пираты не могли получить.
Значит, среди этих карточек были и пропуска высшего руководства. Директора «Купола», его заместителей, начальников службы безопасности или кого-то ещё с таким уровнем доступа. Людей, которые знали о секретном тоннеле.