Николай Стэф – Мир системы (страница 6)

Он усмехнулся своей мрачной шутке, но на душе было погано.

Запершись в своей гримерке, Робби снял старый цилиндр и положил его на стол. Комната была маленькой, заваленной реквизитом, картами, шарфами и старыми афишами, на которых красовалось его имя: «Великий Робби Кляйн! Чародей сцены!».

Он начал экспериментировать. Если его фокусы могли стать реальностью, значит, он должен был понять, как это работает. Он достал колоду карт и попытался сделать простой трюк — заставить карту исчезнуть. Но она не исчезала по его желанию.

— Значит я что-то делаю не так, — решил он.

В его сознании что-то не зримо изменилось. Он заметил в нижнем углу зрения тусклую иконку шестерёнки. Она мерцала, как будто приглашая его заглянуть внутрь.

Сам того не понимая, его взгляд потянулся к ней. Он мысленно «нажал» на иконку, и перед его глазами развернулась панель. Это был интерфейс, такой же, как у всех, но с его уникальными данными.

Имя: Роберт «Робби» Кляйн.

Уровень: 0.

Сила: 4.

Ловкость: 6.

Интеллект: 5.

Харизма: 5.

Навык: Быстрый двойник (Ур. 1).

Опыт: 0%.

Робби уставился на эти цифры и нахмурился.

— Четыре силы? — возмутился он. — Да я в молодости мог поднять штангу в пятьдесят килограмм!

В молодости. Он сам себя поймал на этой мысли и догадался почему сила только четыре.

Но ловкость — шесть. Это хоть что-то. Значит, я всё еще быстрый. Не как кот, но как старый гепард, который еще может пробежать пару метров.

— Хотя, что вообще обозначают эти цифры?

Ответа ему никто не дал.

— Значит сам буду искать ответы, — подумал он про себя.

Он прочитал строчку с навыком. «Быстрый двойник». Это звучало интригующе, но он не понимал, что это значит. Он не любил видеоигры, и термин «скилл» для него был чем-то из другого мира.

— Что за двойник? — спросил он сам себя. — Это тот, который только что испугал меня до смерти? И что значит «Ур. 1»? У меня есть уровень, как у персонажа в какой-то дурацкой RPG? Это прикол?

Робби тогда ещё не знал, что это был бонус от системы. В этом мире почти никто не получил навык на нулевом уровне. Он был одним из счастливчиков, но он об этом не догадывался. Для него это был просто ещё один странный сбой в его жизни.

Он начал пробовать понять, что это за навык. Он мысленно нажал на иконку, и тут же отскочил в сторону, потому что перед ним вновь появился его двойник. Тот самый, полупрозрачный, с пустыми глазами и насмешливой улыбкой.

— Ах ты, черт! — закричал Робби, вжавшись в стену. — Опять! Убери его!

Но двойник исчез так же внезапно, как и появился. Через секунду в гримерке снова был только он. Робби перевел дыхание, чувствуя, как сердце колотится о ребра.

Он повторил действие. И снова двойник появился на секунду, но в этот раз Робби успел рассмотреть его детали: ту же щетину, те же морщины, тот же потускневший фрак.

— Это я, — прошептал он. — Это действительно я. Только призрачный. Как отражение в кривом зеркале.

Он начал учиться.

Сначала он пытался удерживать двойника всего на секунду, чувствуя, как напряжение распространяется по всему телу, как будто он поднимает тяжелый ящик. Сердце колотилось, а из груди вырывалось тяжелое дыхание.

Потом — на три секунды. Это было сложнее. Ему нужно было сосредоточиться, представить двойника, удержать его перед глазами. Каждый раз, когда двойник существовал дольше, в углу его зрения вспыхивала надпись:

«Ловкость +0.1. Опыт +10».

Робби смотрел на эти цифры и не верил своим глазам.

— Это как в игре, — бормотал он. — Я получаю опыт за то, что делаю фокусы. И моя ловкость растет. Значит, я могу стать быстрее. Я могу стать лучше.

Он попробовал снова. Двойник продержался уже пять секунд. Надпись вспыхнула: «Ловкость +0.1. Опыт +10».

— Это безумие, — сказал он, улыбаясь. — Но это мое безумие.

Робби понимал правило: чем сложнее иллюзия, тем больше опыта. И это знание стало его навязчивой идеей. Он часами экспериментировал, пытаясь удержать двойника всё дольше и дольше.

Но он чувствовал ещё кое-что. Было ощущение, что, когда двойник активен, он теряет силы. Его руки становились слабее, в груди появлялась тяжесть, а перед глазами плыли круги. В конце концов он терял концентрацию, и двойник исчезал.

Это было похоже на то, как в игре кончается мана у персонажа. Вот только у людей отсутствовали эти индикаторы. Они не видели ни жизненную энергию, ни ману. Нужно было эти параметры угадывать.

Робби чувствовал, что у него есть какой-то ресурс, но он не видел его в интерфейсе. Это было похоже на то, как если бы ты за рулем машины, но у тебя нет индикатора топлива. Ты просто чувствуешь, что бензин кончается.

— Ну и система, — ворчал он, вытирая пот со лба. — Не могли добавить индикатор маны? Или хотя бы написать: «У вас осталось 10% энергии, берегите себя». Нет, блин, мы же умные, мы сами догадаемся. Идиоты.

Через несколько дней он решился на более сложный трюк. Он попробовал вызвать двух двойников одновременно, заставляя их двигаться синхронно. Это требовало невероятной концентрации. Он стоял в центре гримерки, сжимая кулаки, и представлял, как два его призрачных клона кружатся вокруг него, делая те же жесты, что и он.

Двойники появились. Сначала один, потом второй. Они двигались синхронно, но их глаза были такими же пустыми, как у манекенов.

Робби удерживал их почти пять секунд, но потом его голова начала кружиться, а ноги подкосились. Он упал на стул, и двойники исчезли.

— Я.… устал, — прошептал он, чувствуя, как внутри разливается слабость. — Это требует слишком много сил.

Он быстро утомлялся. Каждый новый трюк высасывал из него энергию, как старый вампир, который питается не кровью, а его концентрацией.

Его ловкость росла по чуть-чуть. Он заметил это, когда получил сообщение: «Ловкость +0.3. Опыт +30».

— Прогресс, — усмехнулся он. — Медленный, как улитка, но прогресс.

Вместе с ловкостью рос и страх. Он начал чувствовать, что магия становится чем-то тёмным и опасным. Каждый раз, когда он создавал двойника, ему казалось, что он открывает дверь в какой-то другой мир, откуда на него смотрят те же пустые глаза.

— Я не знаю, что я делаю, — признался он себе. — Но я уже не могу остановиться.

Однажды ночью во время сна, сам того не осознавая, он создал двойника.

Двойник появился в углу. Просто стоял и глядел на Робби пустыми, стеклянными глазами. Он не двигался, не дышал, просто смотрел.

В этот момент Робби проснулся от собственного крика. Он открыл глаза и увидел свою копию. Она стояла в углу, в полумраке, и смотрела на него. Её лицо было неподвижным, как у трупа, и это было пугающе.

— А-а-а! — заорал он, хватаясь за сердце. — Убирайся! Убирайся к черту!

Он взмахнул рукой, уничтожая иллюзию, и двойник исчез. Робби сидел на кровати, тяжело дыша, и чувствовал, как его сердце бешено колотится в груди.

— Боже, — прошептал он, схватившись за голову. — Я сам себя испугал. Я создал собственного призрака, который теперь является ко мне по ночам. Это уже не смешно. Это безумие.

Он понял, что его магия может выйти из-под контроля и она может пугать. Пугать до чертиков.

Робби пытался шутить над своими страхами, потому что иначе он бы сошел с ума.

— Ну что ж, — сказал он, глядя в зеркало на свое бледное лицо. — Теперь у меня есть бесплатный ассистент. Может, оставлять его на ночь? Пусть подметает гримерку, пока я сплю. Наверное, он хорошо умеет подметать, у него же руки, как у меня. Только он будет делать это в тишине, как могильщик. Идеально.

Он рассмеялся, но смех был нервным. Он боялся собственной магии, но не мог отказаться от неё.

Робби решил использовать свои способности, чтобы вернуть себе славу. Его сильно раздражал пустой зал в театре, где он выступал когда-то. Он смотрел на пустые кресла и чувствовал, как его душа умирает.

— Если уж я могу создавать двойников, то почему бы не показать это миру? — сказал он сам себе. — Я стану великим иллюзионистом, как в старые добрые времена. Только теперь мои фокусы будут настоящими.

Он начал выступать на улицах. Толпа сначала смеялась над ним — старый, нелепый фокусник в выцветшем фраке, который пытается вытащить кролика из шляпы. Но когда он создавал двойника, который танцевал перед ними, все замолкали.

Люди замирали в изумлении. Они не могли поверить своим глазам. Это была магия, которую они никогда раньше не видели. Настоящая магия.