Николай Соколов – Вендская Русь (страница 18)

– А с новым путем на Днепр как? – поинтересовался он у двоюродного брата. – Велемудр считает, что добираться туда по Неману будет намного короче.

– Пока остановились на двух возможных волоках, – доложил Дихон. – Но для безопасности караванов потребуется строительство крепостей на Немане и самих волоках. По моим прикидкам, на содержание там воинов собираемой нами дани со жмуди и судавов не хватит, а ведь еще надо на что-то строить сами укрепления.

– Деньги на первое время обещало выделять купеческое товарищество, – напомнил Мстивой. – Так что пусть голова болит у Велемудра.

– А что потом? – спросил Дихон. – Ведь обложить местное население податями в ближайшее время мы не сможем. Мне кажется, проще и дешевле восстановить старый путь по Висле, отвоевав куявские земли.

– И ты туда же! – возмутился великий князь раздраженно. – Вчера зять с этой войной целый день приставал, а теперь ты начинаешь.

– Я всего лишь высказал свое мнение, – пояснил двоюродный брат, удивленный столь резкой реакцией Мстивоя. – Тем более что путь через Неман явно не прибавит в Трузо заезжих купцов.

– Да ты хоть знаешь, что в этом году мы только чудом избежали новой войны с франками? Их войска уже были готовы к походу в земли ободритов, но в самый последний момент Людовик Германский изменил решение и выступил против брата Карла.

– Это означает, что у него и без нас трудностей хватает, – подметил Дихон. – И глупо не воспользоваться их междоусобицей и не обезопасить себя от глопян.

Приведенный довод оказался неожиданным для Мстивоя, и тот даже на какое-то время растерялся. А двоюродный брат, воспользовавшись замешательством и молчанием князя, рассказал, как ему видится предстоящая война, которую они должны закончить до начала лета.

– …Весной Попелю будет трудно собрать ополчение!

– И нам тоже, – заявил устало великий князь. – К тому же где найти деньги сразу на войну с глопянами и на помощь ободритам? Поэтому я больше не хочу ничего слышать о войне с Попелем.

Заявление двоюродного брата расстроило Дихона, и все же он не терял надежды его переубедить. Но вначале князь витингов решил повидаться и переговорить с Рогвальдом.

Встретились они тем же вечером, но рассказ гаутского князя о разговорах с тестем вызвал большие сомнения, что им удастся заручиться согласием Мстивоя на поход в земли глопян.

Несмотря на достигнутые с мазами договоренности, великий князь категорически отказался начинать сейчас войну. Даже обещание Домбора склонить на их сторону союзного Попелю линчанского князя не помогло Рогвальду в разговоре с тестем.

– Не представляю, что нам теперь делать, – удрученно признался гаутский князь. – И как быть с Домбором? Ведь я ему твердо обещал, что тесть меня поддержит.

– Начнем войну сами, – неожиданно предложил Дихон. – И никуда Мстивой не денется.

– Какими силами?!

Вопрос Рогвальда заставил тиуна Трузо задуматься. С двумя тысячами воинов, которых еще надо было собрать, затевать войну с Попелем опасно. Неизвестно, когда в этом случае Мстивой придет к ним на помощь, да и мазы могли отказаться воевать с глопянами без участия руского князя.

– А что, если нам поговорить с Велемудром, – неожиданно предложил Дихон. – Пусть купеческое товарищество тоже поучаствует в войне за передачу им куявских солеварен, скажем, на десять лет.

– Какие из торгашей воины, – усомнился гаутский князь. – Да и зачем им ввязываться в такое непредсказуемое дело, как война?

– Прибыль! Доходы от куявских солеварен с лихвой окупят все затраты на военные действия. К тому же в нашем разговоре Мстивой ссылался на то, что у него нет денег на одновременное ведение войны с Попелем и помощь ободритам.

– Тогда, может, лучше твою задумку вначале обговорить с ним?

Предложение зятя великого князя было не лишено смысла. Зная обидчивость и упрямство двоюродного брата, Дихон согласился, что правильнее будет обсудить идею о привлечении к войне купцов вначале с Мстивоем. Однако тот даже не захотел выслушать родственников и только после их угрозы начать войну без его одобрения разрешил изложить свой новый план.

Идея привлечения средств купеческого товарищества ему понравилась, только великий князь сразу заявил, что сам обращаться с таким предложением к Велемудру не станет. Однако если посадник Миллина согласится на их условия, он готов с ним все обсудить. При этом Мстивой предупредил, что горожане должны выставить не менее пяти тысяч воинов или оплатить их участие в войне.

– Тогда нам на самом деле не надо будет собирать ополчение, – пояснил он. – И мы сможем начать военные действия ранней весной.

Мстивой оценил вчерашнее предложение двоюродного брата, но все еще продолжал считать, что война с глопянами сейчас не ко времени. С другой стороны, он понимал, что убийство Попелем куявских жупанов явно ослабило позиции того среди местной знати, и было неразумно этим не воспользоваться.

– Непременно буду! – заверил Неговит посыльного, который передал ему приглашение на собрание от миллинского посадника.

Семь лет назад он вступил в купеческое товарищество, в руках которого была сосредоточена почти вся торговля с заморскими землями, после чего с ним начали считаться. Вступительный взнос в товарищество составлял сорок вендских гривен, или восемьсот солидов, – огромную по тем временам сумму.

Зато членство в нем давало исключительные права на дальнюю торговлю и льготные займы из общественной кассы. Кроме купеческого товарищества, правом на отправку караванов в Хазарию и Константинополь обладал лишь государь и с его разрешения еще некоторые подвластные ему князья. Но объемы их торговли были несравнимы с купеческим оборотом.

Входившие в товарищество купцы проживали не только в Миллине, поэтому все вместе они собирались редко. Так что составлявшие большинство торговцы Миллина, Арсибора и Юма обычно сами решали все неотложные вопросы.

– Не знаешь, зачем нас собирают? – поинтересовался Неговит, встретив у подворья миллинского посадника купца Беляя.

– Откуда мне знать, что они еще там затевают, – заявил озлобленно тот, имея в виду ближайшее окружение Велемудра.

После ссоры с купцом Гунастром, которого тогда поддержал посадник Миллина, отношение к нему Беляя резко изменилось. Теперь во всех решениях Велемудра Беляю мерещились попытки его унизить или притеснить.

Вот и сегодня, когда посадник упомянул, что все желающие уже получили участки на уступленных князем землях, Беляй начал возмущаться, что ему досталось болото.

– Согласно жребию, – напомнил строптивцу Велемудр. – А вообще я собрал вас совсем по другому делу. Мне поступило предложение поучаствовать в одном не совсем торговом предприятии, но прежде чем я расскажу подробности, каждый из вас должен обещать сохранять все в тайне. И если вы берете на себя такое обязательство, я продолжу.

Давший слово купец всегда старался выполнить обещанное, иначе с ним в будущем никто бы не захотел иметь дел. Однако то, что они услышали от Велемудра, явно выходило за рамки торговой сделки. Разумеется, иногда товариществу приходилось решать вопросы военным путем, но чаще всего это были ответные действия, ограниченные по времени и месту.

– Война с глопянами потребует очень больших денег, – заметил старейший из собравшихся купцов, – Турвид. – А какие гарантии, что она закончится удачно?

– Только то, что в ней примут участие большинство руских князей, – многозначительно напомнил миллинский посадник. – Зато какая нас ждет в будущем прибыль!.. Получить в свое распоряжение все куявские солеварни, пусть даже всего на десять лет!

– Десять лет мало, – сразу заявил Беляй. – Расходы и риски слишком велики.

– Я тоже считаю, что все должно зависеть от суммы и надежности наших вложений, – согласился Велемудр. – Но все это мы еще обсудим. Сейчас надо решить главное, принимаем мы данное предложение или нет.

Многим собравшимся купцам не понравилась такая поспешность, и раздались возгласы, требующие обсуждения деталей. Всех интересовало, сколько предполагается вложить денег и на какие доходы они могут рассчитывать. Так что собрание затянулось до позднего вечера.

– Все-таки повезло нам с Велемудром, ишь чего удумал, – неожиданно сказал Беляй, когда они с Неговитом шли домой. – Самим набирать и вооружать воинов, а затраты вычитать из их же жалования.

Дело в том, что посадник предложил после войны использовать часть из набранных ими воинов на охране устья Цвины и побережья. Однако восхваление главы товарищества Беляем объяснялось совсем иной причиной. Купец не только торговал оружием, но и владел большой оружейной мастерской.

Неговит к торговле оружием не имел отношения, так что, придя домой, он велел разыскать младшего сына. Именно Кудря занимался закупкой необходимого им оружия, которое сейчас надо было срочно скупать, пока не поднялись цены. Но самому купцу заниматься этим было неудобно, поэтому он решил действовать через сына.

– Твоему оружейнику, кажется, его зовут Свен, можно доверять? – поинтересовался Неговит, когда тот появился.

– Разумеется, он меня еще никогда не подводил, – заверил его Кудря, не понимая неожиданного интереса отца к оружейнику, с которым они кроме всего прочего занимались контрабандой франкских мечей. – Свое слово Свен всегда держит.