Николай Собинин – Байки из STIKS-а (страница 4)

— Дождался дед, когда муры на ночь остановятся. Троих на постах зарезал. Одного когда тот поссать отошел. Оставшимся троим под ноги муляж гранаты кинул, а когда те попадали, то одного зарезал, а двух расстрелял. Дед–то, как ни крути, охотник.

— Нормально так. Одним махом семерых побивахом.

— Суровый дед.

— Там и живчик, поди, добыл.

— Вроде того. На всех того живчика не хватило, да и не знал еще никто, что это живчик. Видели только, что муры его потребляли. В общим, отпились, как смогли. А дед, значит, организовал из них партизанский отряд, назвал именем Сидора Ковпака и увел было в лес, организовывать базу, да только вспомнил, что скоро должны приехать две машины с подкреплением. По следам все организовали так, будто конвой сам по какой–то нужде увел людей в лес. И там уже, в чаще, новоявленные партизаны устроили засаду.

— Да это просто песня какая–то! — заржали уже все в голос.

— Песня в том, что проинструктировать людей он не успел и те порубили всех муров в капусту, не оставив ни одного языка. И, хотите верьте, хотите нет, отряд Сидора Ковпака там еще неделю партизанил, пока дед не сообразил, что личный состав без этого странного бухла, который привозили американцы, скоро загнется. Снялись партизаны с только что построенной базы и отправились на поиск выживших местных.

— Все дошли?

— Все. Вышли к Полынному всем составом. Тридцать человек партизан и дед, пошивший себе уже папаху и смастеривший для себя и командиров отделений погоны. Наблюдали, конечно, за стабом долго. Убедились, что оккупантов в поселке нет, и вышли. Такие дела.

Впечатленные рейдеры некоторое время молча пили, без стеснения закусывая тем, что стояло на столе у Черныша с Карасем, пялились на извивающихся кошко–девочек, гадая, как те одевают трусики, и как умудряются их так быстро снимать.

— Если кто тут постарше есть, то может помнят про мура Сервака, — заговорил, наконец, один рейдеров, с аккуратной бородкой и уложенными волосами, что само по себе для Стикса казалось странным. Не было тут никогда не барбершопов. — Он пару лет честный люд кошмарил неподалеку от Прибрежного.

06. История мура Сервака

— Сервак он был из муров, как это тут правильно сказали, из идейных. Я‑то его еще до того, как он в мурье подался, знал. Вежливый такой, культурный, но, сука, говнистый. Говорят, не то программистом был, не то сисадмином. Я, понимаете, колхозник. Разницу не особо ощущаю.

Да что там говорить, мы вместе в Стикс попали, в один день, хотя и в разных кластерах. Его и меня рейдер Айболит в Прибрежный притащил…

Не, не тот Айболит, который знахарем в Контейнерном сидит, а другой. Про него я потом отдельно расскажу. Интересный был, кстати, мужик, но башкой двинутый. Хотел спасти всех. Метался по кластерам, за один рейд мог с полдюжины свежаков в стаб притащить. Вот и меня с Серваком приволок.

Сервака мы смешно подобрали. Айболит постоянно микрокластер на предмет разного компьютерного железа потрошил. Туда прилетал кусок здания с серверной. И вот подходим мы к нему, открываем дверь в эту самую серверную, а там свежак сидит.

Сервак сперва пристроился у шишек с компами шаманить. Прежнего компьютерщика на профилактике схарчили, и как раз освободилась вакансия. Сперва все ровно было, а потом повезли и его на профилактику. И оказалось, что дар, чуйка на опасность, у него ненормально сильный.

Сенс, матерый, раскачанный, в хер не дует, а Сервак чуть не в голосину воет: «Сейчас нас жрать будут! Вон, вон туда гляньте!».

Безопасник, что с ними в грузовике ехал, не поленился связаться с броней, где сенс ехал, гляньте мол. Глянули, а там элитник их выпасает. Отбились. И оказалось, что Сервак элитника чуть не за полкилометра засек. Такая вот жопа чувствительная на неприятности.

Понятно, что с тихим сидением за компом пришлось ему попрощаться. С таким даром самое место в конвое, который из Прибрежного в Контейнерный ходит. Он может и не хотел такой работы, да только кто же его спросил?

Стали Сервака горохом кормить как гуся на убой. Дар ему раскачали, мама не горюй. Мелочь он не ощущал, а вот если что реально опасное — крупные зараженные, мурье, внешники — этих чуял дальше любого сенса. И чем опаснее, тем дальше. Пару раз и это еле помогло, разок его даже подстрелили чутка. Истерил он тогда люто. Говорю ж, говнистый был человечишка.

Безопаснику тогдашнему пришла в голову гениальная мысль — скормить Серваку жемчужину. Мол дар усилит, будет все круто. И то ли жемчужина была порченая, то ли знахарь накосячил, но превратился Сервак в кваза. Дар, кстати, у него открылся новый — стал он выключателем. Людей как наркозом отключать научился.

Превращение в кваза сделало из него окончательного гада. Он и так ненавидел каждого второго, а остальных просто презирал, а с этого момента вообще на весь мир озлобился и думал только как бы кому нагадить. Вот не зря умные люди таких озлобленных зверьков сразу к стенке ставят. Ну вот зачем такого рядом держать и думать целыми днями, сегодня он тебе в затылок пулю пустит, или завтра мышьяк в кашу подсыплет? Да только дар у Сервака был такой сильный, а ресурсов в него вложено так много, что рука бы ни у кого на него не поднялась.

Ну, как говорится, за что боролись, на то и напоролись. Не знаю уж, где и когда Сервак с мурами столковался, но столковался знатно. Тогдашний босс Прибрежного для мелкого своего накопил на белую жемчужину. Послал за ней в Контейнерный конвой. Вроде и без палева, но Сервак не то узнал, не то прочухал как–то. Хрен знает.

В общем на обратном пути он выключил безопасника и сенса, с которыми катил на бэтере, ну и конвой въехал прямиком в мурскую засаду. Сервак всех в своем бэтере вырубил, жемчужину белую сожрал, и стало ему счастье. Потом на этом же бэтере гонял с мурами, тварь.

И хер их кто мог поймать — он со своей чуйкой засаду выпасал заранее, да и от случайных встреч чуйка его хранила неплохо. А за небольшими отрядами они сами гонялись, успешно, надо сказать. Тогда уж казалось, что Прибрежному скоро кранты — рейдеры боялись малым отрядом за стены выйти. Многие свалили с торговыми караванами, которые Горняк водил.

А потом Сервака грохнули. Перешел он дорогу трейсеру с неприглядным таким погоняловом — Баран. Хрен знает, чем он его обидел, но Баран взбрыкнул и уперся как настоящий баран. Заявил, что Сервака грохнет во чтоб то ни стало.

Трейсер он был хороший, но вот даров, чтоб Сервака грохнуть, подходящих не имел. Ну и пропал. Полгода мы его не видели, думали, что сгинул. Потом появился, мрачный такой, хотя его и раньше весельчаком назвать было трудно. Лихой тогда еще его подколоть пытался, мол как, грохнул Сервака, можно уже чествовать героя? Баран посмотрел на него как кот на говно и говорит — завтра, мол. Посидел еще немного в баре, но не пил, только поел и чайку попил, а потом свалил из стаба.

А на следующий день, как потом оказалось, и правда Сервака грохнули. Прямо посреди мурского логова, когда вышел он из своего бункера и шел к бэтеру. Идет такой красивый, и тут башка херак — и в брызги, как арбуз.

Баран через день вернулся в стаб, сидит чай пьет. Лихой опять к нему — ну как, мол, грохнул?

Баран ему — ага, мол, метнись проверь, если яйца есть. Потом рассказал, что почти сразу понял, что к Серваку близко не подобраться. чует он если ему плохого желать километра на полтора по меньшей мере. И как чего — посылал мурье или беспилотник устранить угрозу. Им ведь внешники еще и периметр ставили — ближе трех километров не подберешься. Баран так пару раз по краю прошел, еле ноги уносил. И тогда он решил попробовать издалека.

Полгода щупал мурскую базу, где безопасный край. И тренировался стрелять. Винтовку где–то добыл нереальную. Не то мрак, не то сумрак, не помню уже. Патроны к ней страсть дорогие, только у ксеров и добыть, по цене как 30-ка. Сколь он их спалил, только Баран и знает, потому как, по его словам, понимал, что выстрел у него будет только один, а стрелять надо с трех кэмэ. Как понял, что может — стрельнул.

Попал, что характерно. И Сервак со всеми своими дарами и хер знает каким количеством жемчуга, который сожрал, кончился.

Без него банда уже не такая ловкая стала. Прямой как про Сервака услышал, примчал в силах тяжких и их, считай, через неделю подловил и на фарш пустил. А потом и внешников, которые поквитаться хотели, потрепал так, что одно загляденье.

Ладно, вернемся пока к нашим баранам. Прямой тогда Барана к себе звал, но Баран — он баран и есть. Не пошел, да еще и Прямого послал куда подальше, когда тот к нему пришел чтоб за Сервака заплатить. Ни спорана ни взял. А Прямой, говорят, ему пару жемчужин отдать хотел. Я б взял, честное слово.

Никто из рейдеров за столом не стали спорить с рассказчиком. Две жемчужины каждый бы взял, особенно когда тебе их предлагают от души, да за благое дело.

Вот только такие царские подарки падают с неба не каждый день, да и не за простые дела. Иди–ка, найди да купи винтовку, которая за три километра способна пулю точно в голову положить, да найди для этого нужные патроны, да научись стрелять, а потом сходи один на границу охраняемого периметра базы муров и рискни выстрелить в их главаря. Справишься? Тогда и тебе кто–нибудь принесет награду если ты, конечно, выйдешь из переделки живым.