Николай Скиба – Егерь. Охота (страница 54)
Режиссёр перехватил тварь в воздухе. Его вихрь врезался сбоку, закрутил его и сбил траекторию прыжка. Волк рухнул на камень в метре от меня, и я ударил.
Клинок скользнул по ледяной шкуре, оставляя дымящийся след. Тварь взвыла и отпрыгнула, но рана уже затягивалась! Зверь Крагнора имел регенерацию!
Радонеж.
Друид Ветра стоял в центре пещеры, окружённый вихрями. Его руки двигались, превращая воздух вокруг него в оружие. Воздушные лезвия летели во все стороны, кромсали камень и высекали искры из стен.
Ещё одно прошло в сантиметре от моей шеи.
Я перекатился, вскочил и побежал по стене, огибая пещеру. Лёгкий шаг держал меня, потоки воздуха под ногами позволяли двигаться там, где человек не смог бы.
ШРАК! ШРАК! ШРАК!
За спиной взрывались ледяные копья Крагнора. Воздух свистел от их полёта, каменный пол трещал под ударами. Осколки разлетались как шрапнель, впиваясь в стены, и один задел мне плечо, прожигая куртку холодом.
Лис откликнулся волной ярости, которая ударила мне в грудь изнутри. Огонь на ноже взорвался белым светом, настолько ярким, что я инстинктивно прищурился. Жар обжёг лицо.
И я ударил.
Две стихии слились в единый поток смерти. Огненный смерч ударил в ближайшего зверолова — парня лет тридцати со шрамом на подбородке.
У него не было шанса уклониться. Белое пламя облепило последователя с головы до ног. Человек превратился в живой факел.
— ААААА-ААААА-АААААААААА-АААААААА-АААААА!
Душераздирающий вопль горящего заживо человека заполнил грот. Звук был ужасающим. Парень метался по пещере, размахивая руками, но огонь лишь разгорался сильнее, пожирая плоть и кости. Воздух наполнился тошнотворным запахом жжёной кожи и волос.
Я не чувствовал жалости. Только холодную удовлетворённость охотника, чей выстрел достиг цели. Одним меньше.
Крик оборвался так же внезапно, как начался.
Я только что скомбинировал стихию ветра и огня и последствия были катастрофическими. Меня шатнуло, а в голове мелькнула мысль:
В этот момент водяное копьё Крагнора летело прямо мне в грудь. Друид Воды метнул его, целясь в сердце.
Увернуться не успевал.
Тело было повёрнуто не туда, левая нога зацепилась за камень, равновесие потеряно…
Режиссёр принял удар на себя.
Альфа Ветра материализовался между мной и смертью в последнее мгновение. Воздух вокруг его тела сжался в плотную стену, но сила копья была чудовищной. Удар пришёлся рыси в бок, поднял её в воздух и швырнул назад как тряпичную куклу.
Режиссёр врезался в каменную стену с таким грохотом, что посыпались осколки породы. Он медленно сполз вниз, оставляя кровавый след на сером камне. Его серебристая шерсть потемнела от крови.
Испуганный крик Актрисы пронзил мой разум острее ножа. В нём были боль, ужас и такая ярость, что у меня на секунду потемнело в глазах.
Самка метнулась к брату, её лапы едва касались земли. Ветер вокруг неё закружился бешеным смерчем, сдирая с пола каменную крошку и поднимая её в воздух. Она встала над Режиссёром, защищая его телом, и оскалилась на Крагнора. Её лапа взметнулась вверх, и сжатый воздух ударил друида в грудь, отшвыривая его назад. Тот покатился по камню.
А я почувствовал, как что-то рвётся внутри. Связь с Режиссёром стала тонкой, прерывистой — он был жив, но едва держался на грани сознания.
Медведь атаковал снова.
Я едва ушёл от удара, взлетел по стене и побежал по потолку вниз головой. Непривычное положение — кровь хлынула к голове, мир поплыл перед глазами. Улучшенный Лёгкий шаг держал, но равновесие давалось через силу.
Гарпия Радонежа влетела сбоку, когти нацелились точно в шею. Я попытался увернуться, но в таком положении — куда? Тварь ударила меня в плечо, сбив с потолка.
Но я знал, куда упасть.
Приземлился прямо на Афину. Невидимая, она оказалась точно подо мной в нужный момент. Её огромное тело амортизировало удар.
—
Ледяной медведь как раз заносил лапу над моей головой. Я проскочил под ударом и полоснул белым пламенем по его брюху. Клинок прошёл сквозь густую шерсть, вспарывая длинную рану. Зверь взревел от боли.
Не дожидаясь контратаки, я отступил к Лане.
Афина уже вгрызлась в одного из свиты друидов.
Тот даже не почувствовал смерти.
Когти вошли в позвоночник точно между третьим и четвёртым шейными позвонками. Хруст. Тело обмякло, как мешок с тряпьем.
Второй зверолов — бородатый мужик с парой боевых псов — успел обернуться. Увидел смерть своего товарища, рыкнул что-то нечленораздельное и замахнулся мечом.
Слишком медленно.
Афина поднырнула под удар, её задние лапы сработали как стальные пружины. Прыжок снизу вверх, и ядовитые клыки впились в запястье с мечом. Хруст костей, крик, клинок звякнул о камень.
Мужик попытался ударить её свободной рукой — кулак покрылся толстым слоем льда, превратившись в ледяную булаву. Но тигрица уже отпрыгнула, и удар прошёл мимо. В ту же секунду нейротоксин достиг мозга, тело свело судорогой.
Боевые псы уже уклонились от пламени Карца и бежали на защиту хозяина. Два серых великана, каждый размером с волка. Опытные, злые, натасканные убивать.
Афина встретила их без колебаний.
Первый попытался зайти сбоку, но она развернулась к нему всем телом и ударила лапой. Удар пришёлся точно в морду — челюсть треснула, зубы вылетели красными осколками. Пёс отлетел и больше не поднялся.
Второй был умнее. Он зашёл с другой стороны, пытаясь зайти в слепую зону. Почти получилось — его клыки коснулись бока тигрицы.
Почти.
Афина развернулась с такой скоростью, что воздух просвистел. Её коготь прошёл псу по горлу одним точным движением. Никаких лишних усилий, никакой ярости — профессиональная работа моей хищницы.
Бородатый зверолов упал на колени, держась за руку. Яд добрался до сердца. Его глаза остекленели, рот открылся в беззвучном крике.
Десять секунд. Двое людей и трое зверей — мертвы.
Афина стряхнула кровь с когтей и скользнула обратно в тени. На её шкуре не было ни царапины.
Передо мной выросла водяная стена — я врезался в неё на полной скорости. Холод обжёг кожу, дыхание перехватило. Крагнор сжал кулак, и вода превратилась в лёд, пытаясь заключить меня в ледяную тюрьму.
Огонь Карца взорвался.
Лёд испарился, превращаясь в пар, и я вырвался. Рухнул на пол, перекатился, уходя от когтей волка, и ударил вихрем в потолок над Радонежем.
Камни посыпались на друида. Он отмахнулся порывом ветра, отшвырнув их в сторону, но его концентрация сбилась — воздушные лезвия перестали летать.
Стёпка воспользовался моментом. Его копьё ударило теневого барса в бок — не смертельно, но тварь отшатнулась, давая парню отступить к Лане.
Ледяной медведь ревел, круша всё вокруг. Его лапы оставляли воронки в каменном полу, дыхание покрывало стены инеем. Он был слишком силён — я не мог его убить, только уворачиваться.
Радонеж и Крагнор переглянулись — одно мгновение, один взгляд. И ударили вместе.
Водяной поток и воздушный таран слились в единую атаку. Ледяной ураган, несущийся на нас со скоростью бури.
Актриса метнулась вниз, несмотря на раны. Карц прыгнул на её спину, его пламя вспыхнуло ярче. Афина материализовалась позади, прикрывая Стёпу.