Николай Скиба – Егерь. Охота (страница 55)

Актриса начала вращаться, создавая мощный смерч, а Карц выдохнул в него концентрированный поток огня. Стихии слились, породив огненный торнадо невероятной разрушительной силы.

Огненный вихрь встретил ледяной ураган.

Взрыв!

Пещера содрогнулась. Камни посыпались с потолка, стены пошли трещинами. Волна жара и холода ударила одновременно, швырнув меня на спину.

Когда дым рассеялся, я увидел результат.

Их атака была остановлена. Но и я был на нуле — руки дрожали, в глазах плыло, ноги не держали.

Радонеж стоял, но тяжело дышал. Крагнор вытирал кровь с разбитой губы — осколок камня задел его при взрыве.

Из семи звероловов осталось четверо.

В этот момент теневой барс обошёл нас с фланга и ринулся к Лане.

Но между ним и девушкой стоял Стёпа.

Тварь двигалась как настоящая тень — скользила по стенам, растворялась в полумраке, появлялась то справа, то слева. Классическая тактика засадного хищника: запутать жертву, заставить её метаться, а потом ударить в спину.

Стёпа крутил головой, пытаясь отследить зверя, копьё металось из стороны в сторону.

Ещё мгновение — и барс атакует.

В этот момент из теней пещеры появился Красавчик и запрыгнул парню на плечо. Воздух вокруг него замерцал.

Два горностая бросились на барса с разных сторон.

Теневой зверь метнулся к одному из горностаев, когти полоснули воздух — зверёк увернулся в последний момент, проскочив между лап хищника. Барс развернулся к другой копии и схватил её зубами — горностай растворился в воздухе.

Тварь заорала от ярости.

Стёпа воспользовался замешательством. Его копьё ударило барса в бок, хитиновый наконечник прошёл между рёбер.

Зверь взвыл, отшатнулся, но не упал. Он дёрнулся назад, выдирая копьё из раны, и ударил когтями.

Стёпа пропустил.

Четыре полосы пересекли его левое бедро от кости до кости. Ткань штанов разлетелась клочьями, кровь хлынула на камень.

— АААААА! — парень закричал. Звук вырвался против воли, сквозь стиснутые зубы.

Но он не упал. Не отступил.

Дернул копьё назад, полоснул барса поперёк морды. Зверь отпрыгнул, тряся головой — наконечник оставил рваную рану от носа до уха.

Кровь стекала по ноге Стёпы, оставляя на камне красные лужицы. Он покачивался, хватаясь за стену свободной рукой, но копьё держал прямо.

— Не… подойдёшь, — процедил он сквозь боль. — Не подойдёшь, тварь!

Стёпа ударил в открытый бок.

Копьё вошло глубоко, между рёбер, и барс рухнул на камень. Его лапы ещё дрожали, когти скребли по полу, но жизнь уходила быстро.

Парень перевёл дыхание, вытер пот со лба тыльной стороной ладони. Кровь всё текла, но он стоял.

Радонеж медленно захлопал в ладоши.

— Браво, — сказал он, и в его голосе звучала искренняя скука. — Очень трогательно. Мальчишка убил кота.

Господи, ну и псих, он что, наслаждается? Не бьёт в полную мощь?

Друид Ветра обвёл взглядом пещеру: тела звероловов, кровь на камне, дым от сгоревшего человека.

— Знаешь что, парень? Мне надоело.

Он поднял руку, и гарпии взмыли выше, их крики эхом отразились от сводов пещеры. Режиссёр и Актриса подняли морды, отслеживая полёт хищниц. Они кружили, ныряли, заставляя рысей крутить головами, следить за угрозой сверху.

Всё внимание стаи переключилось на воздух.

В этот момент Радонеж ударил.

Я даже не увидел, как он двинул рукой. Просто воздух рядом с моей головой взорвался болью.

Что-то невидимое полоснуло по плечу, разорвав куртку и кожу под ней. Горячая кровь хлынула по руке. Я отшатнулся, но второй удар уже летел — в грудь.

Перехватил его ножом. Белое пламя встретилось с сжатым воздухом, и искры брызнули во все стороны. Удар был такой силы, что клинок едва удержался в руке.

Третий снаряд прошёл в сантиметре от виска, оставив рассечение на коже.

— Видишь? — Радонеж усмехнулся. — Даже не напрягаюсь.

Крагнор не отставал. Ледяные копья летели одно за другим — в ноги, в корпус, в голову. Мне приходилось метаться по пещере как загнанный заяц, уклоняясь от одних атак и парируя другие.

Нож плавился под натиском двух стихий. Клинок трещал от перепадов температуры — то обжигающий огонь, то леденящий холод.

Ледяное копьё прошло под рукой, воздушный снаряд — над головой. Я отпрыгнул к стене, но Радонеж уже готовил новую атаку.

— Афина! — рявкнул я. — Прикрой Карца!

Вовремя! Воздушное лезвие, целившее в огненного лиса, полоснуло её по боку. Шерсть разлетелась клочьями, на шкуре появился глубокий порез от лопатки до бедра, но защита выдержала.

Афина зарычала от ярости, не от боли. Она развернулась к Радонежу.

Второе лезвие полоснуло её по морде, третье — по передней лапе. Кровь капала на камень, но тигрица не отступала, заслоняя лиса своим телом.

Ледяной медведь тем временем бежал к Карцу с другой стороны и крушил всё на своём пути. Его лапы крошили камень, дыхание превращало воздух в белую изморозь. Ещё немного и он переломает лису все кости.

А я уже задыхался.

Энергия утекала с каждой секундой. В груди горело от напряжения, руки дрожали от усталости. Активация стольких способностей одновременно — Лёгкий шаг, проводимость огня, ментальная связь со всей стаей — высасывала силы быстрее, чем я мог их восполнить.

Крагнор и Радонеж даже не вспотели. Они атаковали размеренно, методично, как мясники, разделывающие тушу. Для них это была не битва.

Я понял, что проигрываю.

Когда нас убьют — лишь вопрос времени.

Радонеж это тоже понимал. Его губы растянулись в улыбке, и он медленно поднял правую руку. Воздух вокруг его ладони начал сжиматься, становясь плотнее.

Концентрация была невероятной. Друид собирал воздух в точке размером с кулак, превращая его в оружие. Плотность становилась такой, что пространство вокруг его руки начало искажаться.

Это было похоже на какую-то воздушную гильотину.

В этот момент Ледяной медведь добрался до Карца. Лис попытался уклониться, но исчерпал силы — его огонь стал тусклым, лапы подкосились. Медведь загнал его в угол между двумя валунами.

А Крагнор ударил по мне. Водяные оковы выросли из камня под ногами, охватывая лодыжки. Холод пробрал до костей, но главное — я не мог двигаться. Стихия превращалась в лёд и держала крепче стальных тисков.

Карц оказался зажат в ловушке — спереди медведь, с боков камни, отступать некуда. Лис метался из стороны в сторону, но каждое движение давалось ему всё труднее.

— Вот и всё, — Радонеж прицелился в беззащитного лиса. Воздушное лезвие дрожало в его руке, готовое к броску. — Сначала твоя тварь, потом ты.

Друид сделал резкий, точный выпад. Стихия метнулась к огненному зверьку со скоростью молнии.

И в последний момент изменила направление.

Хитрый ублюдок целился в меня с самого начала. Обманка была идеальной — я поверил, что он хочет убить лиса. А удар летел мне в шею.