Николай Скиба – Егерь. Охота (страница 29)
Мы добрались до валунов и залегли за ними. Я осторожно приподнял голову, выглядывая в узкую щель между камнями.
И увидел поле битвы.
Первое, что бросилось в глаза — Огненный Тигр. Тот самый исполин, чьё эхо мы видели на поляне. Шерсть полыхала живым пламенем, глаза горели расплавленным золотом, каждый шаг оставлял на земле стеклянистые следы.
Он был прекрасен.
И он дрался.
Двое людей в тёмных балахонах командовали этим хаосом разрушения. Они обращались друг к другу по имени.
Первый был высоким, худым, с развевающимися тёмными волосами — его окружили вихревые потоки, которые искажали воздух вокруг хозяина. Он словно стоял в центре невидимого торнадо. Ветер вокруг него закручивался спиралями, отклоняя языки пламени, которые тигр швырял в его сторону.
Рядом с ним кружила его свита.
Боже… Невероятная для меня сила.
Четыре зверя, каждый размером с волка, двигались в идеальной синхронизации со своим хозяином. Их серебристые перья колыхались в невидимых потоках. Когда они делали рывки, за их крыльями тянулись полосы сжатого воздуха, оставляя в атмосфере видимые шрамы.
А вот их хозяин…
Резкие, дёрганые жесты, будто он постоянно сдерживал какую-то внутреннюю истерику. В каждом движении читалась нестабильность, граничащая с безумием. Именно его голос я слышал минуту назад, сомнений нет — тот самый психопат, требовавший, чтобы некто «вылез и дрался как мужчина».
Радонеж. Теперь ясно, что обращался он к Альфе, а не к Стёпе.
Второй был его полной противоположностью. Плотный, приземистый, с могучими плечами и толстой шеей. Двигался медленно, размеренно, словно каждый шаг был частью ритуала.
Вокруг него извивались водяные хлысты — живые змеи из концентрированной влаги. Каждый этот хлыст искал, выслеживал, охотился. Словно обладал собственным хищным разумом.
Его питомцы были не менее внушительными. Два Волка Воды тридцать пятого уровня, размером с пони, охраняли хозяина. Их дыхание превращалось в густые облака пара, а каждый шаг оставлял на земле тонкую корку льда. Между ними скользила водяная змея.
Стихия воды…
Этого звали Крагнор.
Меня прошиб холодный пот.
— Семёрка, — едва слышно выдохнула Лана рядом. — Двое из них. Вместе?
Я не ответил. Смотрел на поле боя и пытался понять, что происходит.
Вот они. Члены «Семёрки». Те самые ублюдки, и каждый из них мог бы стереть меня в порошок.
Красавчик на плече дрожал мелкой дрожью, прижимаясь ко мне всем телом. Режиссёр транслировал справедливое опасение.
Я видел силу Карца. Видел, на что способен Моран со своими тенями. Но эти двое… от них исходила мощь совершенно иного порядка.
Пропасть. Настоящая, мать её, пропасть между тем, что могу я, и тем, на что способны они.
Это понимание пришло как удар под дых. Если бы любой из этих двоих заметил меня сейчас…
Рядом с друидами суетились их последователи — мастера и звероловы рангом пониже.
Огненная вспышка взметнулась из-под земли, отбрасывая троих звероловов вместе с их питомцами. Один из них рухнул и так и не поднялся. Его тело дымилось.
Ещё одна ловушка раненой Альфы.
Огненный исполин отступал и огрызался. Его движения были медленнее, чем я ожидал от зверя такого ранга. На левом боку зияла длинная рана, из которой сочилось что-то похожее на расплавленную тьму. Хромал на заднюю лапу.
Ранен.
— ХВАТИТ БЕГАТЬ! — проревел Радонеж, и его голос прокатился по лесу как гром. Тот самый истеричный вопль. — Я ПОЙМАЮ ТЕБЯ И ВЫРВУ ВСЕ ЗУБЫ, МРАЗЬ ОГНЕННАЯ!
— РРРРРРРРРРРРРРРРРРРРРРРРРРРРРРРААААААААААААААА!!!
Тигр ответил рёвом, от которого у меня заложило уши даже на таком расстоянии. Волна огня хлынула в сторону друида ветра, но вихри вокруг того закрутились быстрее, вновь отклоняя пламя в стороны. Одновременно водяные хлысты Крагнора ударили зверю по ногам, заставляя его споткнуться.
Друиды работали слаженно, как две руки одного тела. Слаженная атака. Отработанная тактика. Эти двое явно охотились вместе не в первый раз.
А потом я заметил то, что заставило меня нахмуриться.
Тигр взревел и ударил по земле передней лапой. Волна огня и жара прокатилась во все стороны, заставив нападающих отступить. В этот момент его силуэт… дрогнул. Как будто изображение на мгновение потеряло чёткость.
— Смотри на тень, — прошептал я Лане. — Она отстаёт от движений на долю секунды. И дыхание… Он не дышит. Грудь не поднимается.
Ещё одно эхо! Невероятно сильное, способное драться и отвечать на атаки, но всё равно — иллюзия.
— Боевое Эхо, — Лана судорожно сглотнула. — Они сражаются с его отпечатком.
— СКОЛЬКО МОЖНО ПРЯТАТЬСЯ⁈ — взвыл Радонеж. — Я ЗНАЮ, ЧТО ЭТО ЛИШЬ ТЕНЬ! ВЫЛЕЗАЙ, УБЛЮДОК!
Так вот оно что. Картина начала складываться в голове, но кусочки не сходились до конца.
Друиды могли следить за нами, так же как люди Ивана. Или могли выйти на наш след случайно, а потом натолкнулись на Стёпку с разведчиком.
Но как сработало эхо? Разведчик погиб от ловушки тигра, это понятно. А что дальше? Стёпка в панике убежал. Друиды появились позже и… что? Случайно активировали защитный механизм? Или это была цепная реакция — одно эхо запустило другое?
Слишком много неизвестных, но одно ясно точно: что-то у друидов пошло не по плану.
Крагнор хлестнул водяными бичами по огненному силуэту. Столкновение стихий породило взрыв пара, который взметнулся к небу с оглушительным шипением, заглушая крики.
Друид Ветра швырнул вперёд сжатый воздушный вихрь, и участок земли под лапами огненного эха взорвался фонтаном оплавленных камней.
Но иллюзия не исчезала. Продолжала свой механический танец смерти, обрушивая удар за ударом на врагов своего истинного хозяина.
Мой взгляд методично скользил по полю боя, фиксируя каждую деталь. Как сражаются друиды — их стиль, слабости, привычки.
Трупы молодых звероловов валялись среди обугленных камней. Кто-то корчился от боли, зажимая раны. Двое пытались отползти к краю поляны, оставляя за собой кровавые полосы. Последователи друидов суетились на безопасном расстоянии, перевязывая раненых.
Я пытался заметить хоть что-то похожее на Стёпкину фигуру.
Бесполезно. Но тогда куда он делся? Значит, сбежал, спрятался где-то в лесу.
Гарпии Радонежа кружили над полем боя, периодически пикируя на тигра и оставляя на его огненной шкуре глубокие борозды сжатого воздуха. Волки Крагнора держались на флангах, готовые перехватить добычу, если та попытается прорваться.
Эхо тигра отступало всё дальше. Друиды теснили его к отвесной скале, что возвышалась за полем боя метров на пятьдесят. Тёмно-серый камень, испещрённый трещинами и прожилками какой-то красноватой породы.
— Некуда бежать, тварь! — Радонеж почти визжал от возбуждения. В его голосе слышалось торжество хищника, загнавшего добычу в угол. — Давай, Крагнор! Прижимай его! Убьём эхо, и он станет слабым!
Водяные змеи хлестнули с удвоенной силой. Один из хлыстов прошёл сквозь огненный силуэт, подняв облако пара, но эхо даже не дрогнуло — продолжало отступать к скале, огрызаясь волнами пламени.
В этот момент я заметил кое-что странное.
Сначала подумал, что показалось. Мелкая рябь на поверхности лужи у подножия скалы. Потом — едва заметное дрожание камешков на земле. Они подпрыгивали, словно кто-то бил кувалдой глубоко под землёй.
Еле ощутимая, но постоянная вибрация. И она шла не от ударов друидов.
Я перевёл взгляд на скалу. Красноватые прожилки в камне едва заметно пульсировали. Как будто внутри горы билось огромное сердце.
— Лана, — прошептал едва слышно. — Смотри.
Девушка повернула голову, прищурилась. Её ноздри дрогнули.
— Чувствую жар эхо, — так же тихо ответила она. — Идёт изнутри.
Друиды ничего не замечали. Слишком увлеклись боем, уверенные были в своём превосходстве. Радонеж что-то торжествующе орал, размахивая руками как дирижёр безумного оркестра. Крагнор методично наращивал давление, его водяные хлысты становились всё толще, всё мощнее.