Николай Сизов – Трудные годы (страница 91)

— Восемьдесят гектаров.

— Здесь?

— Здесь и за Буграми, — показал Уханов на поле за лесным кряжем, видневшимся вдали.

— Ну что же, товарищ Уханов, надеюсь, свои слова сдержите. Приеду специально посмотреть, как пойдет уборка в бригаде.

— Приезжайте. Думаю, не подкачаем.

Озерова беспокоило положение, сложившееся у них с ранней капустой. Колхозу управлением было дано специальное задание освоить эту культуру для поставок Приозерску и соседним заводам. Капуста вышла довольно неплохой, вилки тугие, крепкие, но потребители особого интереса к ней почему-то не проявляли. Торговые работники Приозерска заявили, что примут ее, если колхоз сам доставит на овощные базы, а машины в каждой бригаде поминутно в разгоне. Да еще автопогрузчик, работавший на плантации, в самое неподходящее время вышел из строя.

Озерова, когда они с Кургановым объезжали поля, не раз подмывало пригласить его на капустную плантацию и попросить помочь с уборкой.

— У нас есть плантация ранней капусты. Может, заскочим, взглянем, Михаил Сергеевич? Тут рядом.

— Ну что ж, давайте заскочим, раз близко. Правда, вечереет уже.

На плантации сиротливо стоял автопогрузчик, и человек пять или семь срезали кочаны и сносили их в небольшие бурты.

— Не ранняя она у вас, а поздняя. Раннюю-то надо выращивать в июне — июле.

— Это верно. Поздновато мы ее посадили. Но выросла-то хорошо. А вот с уборкой… Погрузчик подвел. В мастерские управления третий день звоню. Пока только обещают.

— А что этот автопогрузчик — автоматикой да электроникой, что ли, напичкан? Почему отремонтировать его не можете?

— Не получается. Подъемный блок менять надо.

— Помнится, первыми сторонниками передачи техники колхозам были березовцы. Так ведь?

— У вас хорошая память, Михаил Сергеевич. Что было, то было, — не спорю. И машины нас спасают. Но очень туго с запасными частями. Выпрашиваем, где только можем.

— Да, запасные части — это у нас самое больное место, — мрачно согласился Курганов.

— И торговцы тоже хороши, — продолжал Озеров. — Когда агитировали, чтобы мы взялись за нее, за капусту эту, обещаний надавали с три короба. А теперь в кусты. Соседей — керамзитовый завод — просили помочь, — даже не обещают. Раньше как-то шли навстречу, а сейчас ни в какую.

Курганов после долгого молчания со вздохом проговорил:

— Как же мы плохо работаем, Озеров.

Озеров пожал плечами и ответил:

— Работать можно лучше, Михаил Сергеевич, в этом вы правы. Но виноваты не только мы, а и вы тоже.

— Я?

— Ну не только вы лично. Я беру вопрос шире.

— Ну, и ты туда же. Тоже на демагогию потянуло.

— Почему на демагогию? Это просто констатация истины.

До самой Березовки ехали молча.

…Как только вошли в контору колхоза, Курганов стал звонить в ремонтную мастерскую управления. Эта мастерская была организована Гараниным на базе бывшей машинно-тракторной станции. Пока не было ни штатов, ни фондов, ни запчастей. Все держалось лишь на его уверенности, что такие мастерские обязательно будут организованы и узаконены. Директор Куницын оказался на месте. Сдерживая раздражение, без всяких вступлений, Михаил Сергеевич спросил его:

— Кирилл Иванович, почему не поможете березовцам? Неужели пустить в ход автопогрузчик такая уж большая проблема?

— Все люди в разгоне, Михаил Сергеевич. Заявок по макушку.

— Ну, а то, что десять гектаров капусты гибнут, вас не волнует? Ведь это ранний сорт.

— Волнует. От меня совсем недавно товарищ Беда уехал. Тоже нажимал и разъяснял. Но, как говорится, выше головы не прыгнешь.

— Вот что, Кирилл Иванович. Условимся так, с самого раннего утра пошлите сюда техничку. И чтобы утром погрузчик был на ходу.

Разговор с керамзитовым заводом оказался более трудным и крепко испортил Курганову настроение. Его директор Нечипорук был уже дома и только после длительных, настойчивых звонков взял трубку. В голосе слышалось недовольство.

— Ну, слушаю вас.

— Игнат Терентьевич, Курганов говорит. Добрый вечер.

Голос Нечипорука помягчел:

— Здравствуйте, здравствуйте, Михаил Сергеевич. Шо так поздненько?

— Да вот, по колхозам мотаюсь. Рядом с вами сейчас, в Березовке.

— Может, заглянете, почаевничаем?

— Спасибо, Игнат Терентьевич, за приглашение. Как-нибудь в другой раз. А сейчас просьба к вам. Аварийная.

— А что такое? Землетрясения вроде не было, Славянка из берегов тоже не вышла.

— Капуста у березовцев подоспела. Ранняя. А техника подвела, погрузчик из строя вышел. Вот помочь бы надо.

— Ну, а мы тут что можем сделать? По сельхозтехнике мы не спецы.

— Игнат Терентьевич, не темните. Помочь вы можете, если захотите.

— Время больно неподходящее, Михаил Сергеевич, — сентябрь, последний месяц квартала, на носу. Коль сорвусь с планом, начальство живьем проглотит.

— Если пошлете березовцам человек десять — пятнадцать да тройку машин, ничего с планом не случится. Капуста же дюже добрая, кочан к кочану. Жаль, если пропадет. Кстати, часть себе на завод возьмете. Люди рады будут.

— Хо-хо. Где это я возьму столько работяг и машин?

— Не упорствуйте, Игнат Терентьевич. Помогайте.

Керамзитовый завод вырос здесь недавно и прежде всего стараниями Курганова. Совнархоз не очень-то охотно шел на это, собираясь разместить его в другом районе. Курганов раза три мотался в область, дошел до Заградина, и завод уже действовал и даже превратился в солидное процветающее предприятие. Но вот с соседями не дружил. Партком управления не раз пытался привлечь его коллектив к оказанию посильной помощи колхозам. Ничего из этого не получилось. Игнат Нечипорук, приехавший откуда-то из-под Белгорода, вел себя подчеркнуто независимо.

Вот и сейчас он упорствовал и в конце разговора ответил уклончиво:

— Подумаю, свяжусь со своим руководством. Нужна санкция.

Тяжело вздохнув, Курганов повесил трубку.

— Уперся как буйвол, — обескураженно проговорил он. — Ну да ладно. Надо ему санкцию свыше — будет такая санкция.

Затем глуховато, ворчливо добавил:

— Вот вам и разделение сфер…

В правление вошли Нина Семеновна и Беда. Курганов невольно обратил внимание на то, что Макар Фомич — парторг Березовки — основательно сдал за последнее время. Серое, осунувшееся лицо, усталый, потускневший взгляд. На лавку Фомич опустился с огромным облегчением и долго не мог отдышаться.

Михаил Сергеевич озабоченно спросил:

— Что, Фомич, неможется?

Беда усилием воли стряхнул с себя гнетущую тяжесть и, бодрясь, проговорил:

— Просто устал что-то сегодня. — И тут же обратился к Озерову: — Надо, Семеныч, ухитриться до распутицы побольше кормов подтянуть к фермам. — И уже Курганову пояснил: — Мы в этом году не сплоховали с кормами-то, и сена накосили вдоволь, и сенаж есть, да и царицу полей вовремя на силос пустили. — И опять к Озерову: — Девчата с фермы вполне резонно беспокоятся, как бы не получилось, как в прошлом году. С подвозом сена мы тогда ой как намучились. Так что не забудь, Семенович.

— Беру на заметку, Макар Фомич. Я тоже думал об этом.

Курганов спросил:

— Ну как год-то складывается, хозяева? С уборкой не застрянете? Не получится, как с ранней капустой? На Абросовских полях дело идет ладно. Ухановцы тоже вроде готовы. А как в других бригадах? И на какие итоги рассчитываете?