Николай Шмелёв – Бесплатное космическое путешествие (страница 22)
— Интересно, почему ловушка была заранее собрана, если на неподвижной станции, коей мы должны были быть, толку от неё никакого? Впрочем, как и сейчас…
— Потому что нас изначально собирались отфутболить в межзвёздное пространство! — зло ответил старший — руководитель отсека. Неужели непонятно? А я — дурак…
— Почему? — удивлённо спросили почти все.
— Потому что когда ловушку устанавливали, я подумал, будто бы это регистратор античастиц, приходящих из глубин космоса, а он оказался их активным уловителем.
— Что это меняет? — с усмешкой спросил его заместитель.
— Хрен бы я уселся в это корыто! — крикнул начальник.
Народ задумался… Трансформатор натужно гудел, обеспечивая электроэнергией «Большую капсулу», в которой хранилась антиматерия в полном вакууме и отжатая от стенок хранилища мощным электромагнитным полем. Старший отсека стоял рядом и в его голову лезли нездоровые мысли: «Случись что с подачей электричества и всё… Трудно даже представить себе, какие будут последствия слияния нашего мира с веществом отрицательной полярности. Впрочем, мощность реакции аннигиляции вполне предсказуема — закон сохранения энергии ещё никто не отменял: сколько энергии было затрачено на производство антиматерии, столько же и выплеснется наружу. Полностью — одним махом!» Его размышления прервал робкий стук в дверь. Все «Самоубийцы» подскочили на месте, как ужаленные: в эту облезлую, некогда белую дверь, ещё никто и никогда не стучал. Взламывать пытались и потом отсек долго судачил о том, кому это могло понадобиться. А сейчас, в слегка спёртом воздухе, запахло дипломатией… Все члены данного сообщества, во всеоружии, приготовились вести деликатные переговоры: кто с кочергой в руках, кто с лопатой, а кое-кто, где-то, раздобыл даже неработающую бензопилу. Пауза затянулась… Младший научный сотрудник, от нервного перенапряжения, получил нервное расстройство и попытался покончить жизнь самоубийством, предприняв попытку отключить электропитание «Большой капсулы». За этим занятием его и застукал главный инженер. Кое-как успокоив несмышлёныша, он заверил последнего в том, что это не мутанты стучатся в дверь — те их выламывают. Наконец дверь отворилась и в открывшийся проём заглянул Лёша Проводник, так и не дождавшийся разрешения войти.
— Жратва идёт! — догадался начальник и громким криком, известивший об этом, как минимум, пять прилегающих к ним, анклавов.
Героический пафос, с которым были произнесены эти слова, возымел своё действие — Ивану стало дурно… Гнома догнали на входе в запретную зону. Ещё немного и он бы покрылся румяной корочкой, а в воздухе остался бы стоять запах палёной шерсти — всё, что могло напоминать об усах и натуральном свитере, в виде несвязанного волосяного покрова, покрывающего всё тело Сосо. Перед его глазами стояла бензопила с устрашающими зубьями, не хуже акульих. Гомиашвили больше склонялся к сравнению с крокодильими зубами, но Витя Калахари убедил его в том, что они не способны пилить плоть, как акулья челюсть, а только удерживать добычу, таща жертву под воду. Там она благополучно тонет и пресмыкающемуся только остаётся вытащить её на берег, где и происходит раздел туши. Крокодил крутится вокруг своей оси и таким способом отрывает большие куски мяса, заглатывая их целиком. От таких рассказов Гному стало её хуже и он взмолился о прекращении трансляции про жизнь хищников. Витя великодушно согласился и помог несчастному снять испорченную одежду. С его помощью Сосо скинул слегка оплавленную синтетическую рубашку, которая встала колом и остался в одном свитере.
— Блин! — воскликнул Тарантул, критически осматривая густую растительность. — Тут блохи заплутают…
— Ничего! — возразил Васька Дервиш. — Джунгли — привычная среда обитания Мио.
Проныра скептически оглядел низкорослую фигуру пострадавшего и равнодушно заметил:
— Рогов не хватает…
Откуда-то прибежал Диггер и с ходу крикнул:
— Где это шерстяное мудило?! Ты чего в запретную зону полез?!
— Ладно не в конвективную, — примирительно заметил главный инженер. — Тогда бы не кого было спасать.
Когда беготня прекратилась и обе стороны разобрались в ситуации для пострадавшего нашёлся старый синий халат, штопанный-перештопанный и весь насквозь промасленный. Чего он только не повидал за свою короткую жизнь. Халат оказался размеров на пять больше, чем требовалось и Сосо пришлось заворачиваться в него, как новорожденному в пелёнку. Грязно-синий пояс, завязанный красивым бантиком, завершил переодевание. Гном с тоской посмотрел на свою, некогда цветастую рубашку и на испорченные узоры. К ним он имел прямо-таки страсть, а не просто любовь. В разноцветных попугаях и цветущих ветках сакуры он считал себя неотразимым мачо, но теперь это красочное богатство оказалось безнадёжно испорченным. Засаленный рабочий халат, по мнению Сосо, сильно проигрывал жизнерадостной синтетике, но зато, уже по мнению Проводника, член разведгруппы, из числа «Гоблинов», не демаскирует себя и остальных гонцов весёленькой распашонкой с попугаями, в которой он сам похож на попугая.
За время спасательной операции все основательно забыли, зачем они здесь собрались. Хозяева с удивлением разглядывали в своих руках шанцевый инструмент и только жалобное причитание Гомиашвили о неудобстве большого халата напомнило учёным про странных визитёров. Проводника они знали в лицо, а вот остальных видели первый раз. Старший отсека состроил удивлённую гримасу и вопросительно посмотрел на Алексея. Тот изложил суть дела и по плотоядным взглядам учёных мужей, разведчики поняли, что попросят у них не звёзд с неба, а банальный провиант. Так и случилось: хозяева отсека, в обмен на услугу, скромно потребовали жрать, так что поход в «Супермаркет» стал кровной необходимостью. Дело, которое откладывать с каждым часом, становилось невозможно откладывать на десерт. Ещё можно было потерпеть, но совсем немного.
Получив на руки вожделенную «микрокапсулу», Алексей оценил порядочный вес изделия и про себя отметил, что винтовка будет иметь порядочную массу. Предстояло идти в «Ангар» и Диггер обеспокоенно поделился своими сомнениями с учёными «Хранилища антиматерии»:
— Говорят, в «Ангаре», а точнее в «Причальном комплексе», есть ловушка — «Чёрная дыра».
— Да какая ловушка! — возразил главный инженер «Самоубийц». — Обычный шлюз, через который осуществляется вылет челноков. Неопытный путешественник туда попадает и сзади двери закрываются, а вот спереди… Добро пожаловать! Он остаётся один на один с открытым космосом.
— Жаль, что это не миничёрная дыра, — задумчиво сказал начальник отсека. — А то бы можно было организовать спагеттификацию на службе у сексологов.
— Каким образом? — удивился Диггер.
— Когда пациент страдает от недостатка роста, причём не собственного, а отдельной своей части, его надо направлять на приём к сексопатологу при «Ангаре». У них на службе будет состоять «суперминичёрная дыра».
Сосо напрягся, а Копала переспросил:
— Ну и что?
— Что-что, — пожал плечами начальник. — Сунул конечность в агрегат… От гравитационного притяжения её вытянет — будь здоров.
— Да-да, — согласился главный инженер. — Потом смотал изделие в бухту и бежать.
— Забыл её на плечо забросить, — поправил его заместитель.
— Это как сказать! — возразил оппонент. — Возможно, что и тачка потребуется…
— А мощное излучение акреционного диска не испепелит его раньше, чем гравитация вытянет? — усомнился младший научный сотрудник.
Начальник отсека поднял правую руку вверх и прервал бесполезную дискуссию:
— Ладно — это всё пустой трёп, а вот слухи про «Чёрного Тракториста» вполне обоснованы. Он вешает объявление на рынке, в день сбора, которое извещает о том, что через полчаса один единственный челнок отправляется к Земле. Что тут начинается… И так, все ловились на эту уловку раза три. Видимо — частить нельзя, а то привыкнут.
— А в чём суть? — поинтересовался Проныра.
— В наживе — в чём же ещё. Его напарник, «Чёрный техник», во всеобщей суматохе, попросту очищал котомки ротозеев от излишков. Для «Чёрного техника», когда стоит всеобщий хаос, это дело техники.
В «Ангаре» стояла непривычная тишина. Создавалось такое впечатление, что он попросту вымер. Обитатели отсека гордо именовали себя «Пилотами». Остальные жители комплекса «Пионер» называли их «Трактористами». Помимо них в отсеке проживали «Техники» и остальной обслуживающий персонал, включая повариху Дусю.
Несколько исправных челноков и дронов, выстроенные вдоль стены ожидали команды на «выход», но лететь всё-равно было некуда, а роботов некуда отправлять — все забаррикадировались. Рабочие скафандры, в исправном состоянии, стояли в углу рядами, поблёскивали новизной, но, были абсолютно бесполезны. Систему жизнеобеспечения давно раздербанили, а запасы кислорода пустили на окисление бражного сусла.
Когда разведчики приблизились к «Ангару», тишина стала ещё напряжённее, звеня в ушах и создавала в душе неприятное ощущение гнетущей обстановкой. Проводник прислушался к непривычному молчанию «Ангара» и задумчиво сказал странную фразу:
— Неужели правда?
— Чего? — наперебой спросили спутники, испуганно крутя головами.
Тревога передалась им, как эпидемия. Разведчики не находили себе места, а Алексей рассказал один подозрительный слух, который уже долгое время витал в воздухе орбитальной станции, совершающей свой путь в неизвестном направлении: «Уже давно по комплексу ходят рассказы о посещении «Причального комплекса» «Ангара» неизвестным космическим аппаратом. Это известие взбудоражило всех жителей «Пионера». Что это: случайная встреча или запланированная акция; тайная эвакуация отдельных лиц или похищение, тех же; вывоз оборудования или завоз взрывчатых веществ для подрыва станции? Народ гудел, гадая, какой из домыслов ближе к истине. Последнее казалось самым маловероятным: кому и зачем понадобилось взрывать и так уже обречённый комплекс, но, не исключалось из сплетен. Да и про сам космический аппарат никто не мог сказать ничего вразумительного. Ответов не было, как и достоверных свидетельств». Охотники за провиантом молча выслушали сплетню, которая, казалось, вот-вот обретёт реальные черты. Тишина не прерывалась и упорно продолжала висеть в воздухе. Осторожно, шаг за шагом, разведчики осматривали брошенные помещения, пока всё не выяснилось — работники «Ангара», в полном составе, собрались в «Причальном комплексе». Ситуация оказалась неординарной, но, до банального простой — повариха Дуська, по прозвищу Короед, оказалась за бортом в открытом космос. Характер она имела несносный, отчего страдали все обитатели микромира и вот, при череде случайных обстоятельств, скандалистка вывалилась, в обнимку с массивным половником, в шлюзовую камеру. Она медленно удалялась от станции, а от декомпрессии, тело поварихи раздулось в два раза. Глаза, от лопнувших капилляров, налились кровью, не хуже, чем у вурдалака. У Дуськи появился отличный шанс затеряться в космосе, но она быстро взяла себя в руки. Повариха отбросила от себя массивный половник не из-за плеча, а от бедра; почти от пупка, интуитивно угадав центр собственной тяжести. Это её спасло от мучительной смерти, вернув в шлюзовую камеру. Командир лётного звена мрачно усмехнулся и повернувшись к помощнику, сказал: