Николай Шерстенников – Другое зеркало реальности (страница 23)

Юрий Иванович очнулся от прикосновения омерзительно пахнущих, могильно холодных лап. Мразь с улицы дотянулась до него… Он вздрогнул, хотел закричать…

Тишина и покой окружили его со всех сторон. Все было наполнено нежным светом, источавшим блаженный покой и силу. В его волнах он видел своих новых друзей (а он знал, что это – друзья) и хотел помочь им. Он не знал, что нужно делать, но понимал, что помогать нужно. А потом, словно со стороны посмотрел он на себя и увидел, как обнажается его воля и решимость, способность к жестким, безоглядным действиям. Он понял, что это и есть его участие в общем деле… И радость от осознания своей нужности кому-то появилась внутри и он безмолвно закричал: “Братья, примите меня, силу мою примите!” …

Что-то произошло в светлом пространстве. Они победили! Это он понял, прежде чем провалиться в бездонное, бесконечное забытье…

Очнулся Юрий Иванович утром. Он лежал на кровати в просторной, солнечной комнате. Где-то слышались разговоры и перезвон посуды. Он попытался встать, но едва сумел поднять голову. Тело ныло, как избитое, а руки не слушались вовсе. Огромным усилием, он все-таки поднял правую руку к лицу и застонал сквозь зубы. Вместо ладони была раздутая багрово-синяя подушка, источавшая смрадный запах. Боли он не чувствовал, только пекло ладонь изнутри. Жар растекался от кисти по руке в тело и сжимал клещами сердце…

Он услышал шаги, и в комнату вошел давешний молодой милиционер. Был он без формы, в джинсах и пестрой рубашке.

– Ну вы и дали, – вместо приветствия сказал он. – Я так и думал, что ученые приедут и во всем разберутся. Вы ведь из центра?

Превозмогая боль, Юрий Иванович спросил:

– А что случилось?

– Вы разве не помните? Вы к машине кинулись, когда эти возле забора начали хороводиться. Понятное дело, вам же нужно было вблизи все увидеть… Я понимаю, наука требует жертв…

Парень упорно считал Юрия Ивановича каким-то ученым, который разрубил проблему своим скальпелем… Вот потеха, узнай этот мильтон, кто сейчас лежит на его кровати.

А тот продолжал: -Вы когда калитку открыли, с улицы на вас какая-то черная пакость кинулась. Мы это в окно видели, никто, правда, выйти не рискнул… А вы вдруг как начнете их излучателем полосовать…

– Каким излучателем?

– Ну я не знаю, чего там у вас было. Это я так, для себя назвал, – смутился парень. – Очень похоже было, что вы их лучом каким-то жжете. От вас свет такой яркий шел… А потом что-то полыхнуло, как молния и завыло страшно. Собаки перед покойником так воют… Мы смотрим в окошко, а по улице как ветер метет. Вся пакость эта несется куда-то… А вы упали возле ворот. Мы сразу не отважились подойти. А потом занесли вас в дом и вот на кровать положили. Только с рукой вашей не знаю… Кто-то из них все-таки задел вас. Но вы их победили! Как они удирали, вам бы посмотреть…

Юрий Иванович окончательно запутался. Смутные воспоминания обрели яркость и четкость. Рассказ парня обострил память. Он помнил себя в двух качествах одновременно: тем новым человеком в переливах света и прежним Бирюком, который выскочил спасать машину и оказался перед лицом невероятной, невозможной опасности.

Он утомленно прикрыл глаза и расслабился на подушке. Тело ломило, трясло, в голове гудело, как в трансформаторе при высоком напряжении. И все же глубоко внутри жила радость. Что-то очень важное свершилось сегодня с его помощью. Что-то очень важное для всех, и в первую очередь для него…

Среди мудрых

Странник еще долго показывал Димке удивительные видения, в которых учил его не только пониманию глубинных побуждающих причин истории, но и мертвым языкам древности, пониманию разных культур, особенностей развития и народов… Словом, после долгого мысленного путешествия по временам, культурным слоям и новым реальностям, Димка знал столько, что мог историкам рассказать все: от сотворения мира. Из этой удивительной лекции кроме огромного массива знаний он вынес самое главное – твердую уверенность, что все, происходящее сейчас в мире не плод стечения случайных обстоятельств, а глубоко продуманная линия развития разных существ. Кем продуманная, кто управляет всеми процессами на земле? Он чувствовал нечто такое, что мысли о его личной самостоятельности сами по себе угасли. Вспомнились институтские лекции по философии, в частности гегелевская формула: “Случайность – есть непознанная необходимость”

Когда курс обучения завершился, Странник снова внимательно посмотрел ему в глаза и в голове у Димки все поплыло. Возникло новое видение:

Несколько десятков человек стоят на берегу бушующего моря. Один – старший говорит:

– Буря продлится еще, никто из страны Цхак больше не спасся. Мы несем в себе ее мудрость и должны сохранить ее. Заповеди Предшественников нужно оставить людям, чтобы они могли понять их и воспользоваться…

Мы можем уйти в разные народы и государства и строить там свои модели развития. Но это путь погибели, ибо пройдет время, и все забудется и останется в памяти людей, как мистические легенды. Мы уйдем в мир вне времени и там будем вершить завещанное нам. Оттуда мы сможем выходить к людям и помогать им в поисках высших Истин. Мы исчезнем в щели миров и времени…

Потом гомон, разговоры и перед старшим выходит низкорослый, крепкий человек. Он говорит:

– Мы не пойдем в щель времени. Мы будем с теми людьми, которых нашли в лесах и в горах. Они только начинают свое восхождение, и мы поможем им.

– Берегитесь, такое уже было, и все, кто хотел помочь, оказывались в роли непонятых изгоев…

– Мы знаем! И потому будем действовать по-другому. Мы знаем, как помочь тем, кто сегодня ходит в шкурах и есть корни. Они быстро поднимутся на вершину, и тогда вы придете к нам, чтобы вместе идти к великим рубежам…

Новое видение: большинство людей уходит в сторону темного леса, за которым синеют горы. Оставшиеся на берегу смотрят им вслед с сожалением. Странник среди оставшихся. Он мечется. Ему хочется пойти со всеми, но удерживает понимание, что это неверное решение.

Потом Димка увидел, как на площадке среди прибрежных скал по мановению руки старика возникло уже знакомое ему пятно. Оно стонало и пульсировало. А старик встал спиной к бушующему морю и словно растворился. Димка понял, что он вбирает в себя энергию шторма, фокусирует ее и узким лучом направляет в центр пятна. Оно на глазах наливалось пульсирующей темнотой, и пение его становилось мягче, спокойнее, нежнее. Наконец пятно заполнилось темным и засияло. Это было невозможное, дикое по человеческим меркам свечение: сияло черное. Ослепительный черный свет истекал из пятна. Люди подходили к пятну один за другим, делали какой-то непонятный жест и исчезали в его глубине. Последним уходил старик. Он обернулся к морю и протянул руку ладонью вниз. Волны начали замирать и скоро превратились в стоячие водяные холмы. Старик что-то пропел высоким, гортанным голосом и поспешно шагнул в пятно. А через мгновение волны с ревом накатились на берег и затопили пятно. Когда они схлынули обратно, берег был пуст…

Он увидел людей, которые пребывали в каком-то подобии громадного мыльного пузыря. Радужная оболочка отделяла огромный объем, внутри которого расположились ушедшие в щель времени. Им предстояло прожить здесь очень долго, но время для них остановилось.

Когда видение исчезло, и Димка вновь вернулся из своего странного путешествия, Странник сказал ему:

– То, что ты увидел, начало истории людей. Мы хотели помочь им в постижении сокровенных Истин бытия. Но что-то нарушилось в нашем замысле. Все наши усилия наталкивались на сопротивление людей. Мы пытались объяснить им цель, указать направление движения. А они все делали наоборот. Мы либо чего-то не понимали, либо ошибались с самого начала. И я ушел от братьев, чтобы встретиться с теми, кто остался с дикими людьми. Пока мы пытались что-то сделать, не выходя из щели времени, на земле прошли десятилетия. И мое появление среди народов было встречено почтением. Люди поклонялись мне, потому что видели во мне одного из царей…

Я посетил всех, кто остался в реальности Земли. Лишь двое были убиты аборигенами. Остальные стали властителями и с высоты своих тронов возвещали людям высшую мудрость. Вводили установления и организовывали жизнь так, что люди начинали жить по законам, которые существовали в нашей стране. Тогда я был тщеславен и глуп. Я тоже захотел стать царем… И стал бы, но братья послали за мной гонца. Он долго убеждал меня, но все слова были напрасны, и тогда он произнес сокровенную фразу…, и я понял, насколько ошибся в собственной оценке. Мы столкнулись с мощью, несоизмеримой с нашими силами. Мы должны были понять ее, но в своей гордыне, не обратили на нее внимания…

Дверь к служению…

Жизнь стала медитацией! После недавних событий: странной встречи в парке и неожиданного прорыва в запредельные реальности, после того как побывал в океане Света, жизнь изменилась качественно. Внешне все выглядело как обычно. Он ходил на работу, тренировался, общался с людьми, занимался какими-то делами, но все это происходило в одном объеме бытия, тогда как он присутствовал в нескольких. Как это выглядело? После возвращения из таинственного путешествия в океан Света, он понял, что идет по улице и одновременно пребывает еще где-то. Раньше, когда он без конца думал, мечтал, это были миры его фантазии. И он легко совмещал их с обыденной жизнью. Мечтами живут все… Но сейчас все изменилось удивительным образом. Он действительно пребывал там, где ему было спокойно, уютно, тепло и надежно. А здесь, на улицах города, на тренировках, дома – везде он чувствовал себя словно в гостях. Окружающие не догадывались, что происходит в душе у молодого красивого парня. Большинство смотрело на него, как на победителя, “везунчика” и любимчика судьбы. Но это был обманчивый фасад, за которым скрывалось такое, о чем он и сам не мог судить объективно. В какие-то моменты он ощущал себя одновременно в нескольких ипостасях, и здесь, в проявленном мире, жила не самая главная его часть.