Николай Шерстенников – Другое зеркало реальности (страница 14)
– Я не смогу. Здесь написано тем же языком, что и на оболочке. Пусть нам прочитает старик. А вы следите за его мыслями, чтобы он не напутал…, читай, гость. Мы слушаем тебя…
Старик взял плотный, похожий на бумагу рулон, развернул его и увидел знакомые символы, которые складывались в слова древнего языка. Он знал этот язык. Странник тогда, в лесной чаще, обучил его многому. И вот он читает заветные строки тем, кого так ненавидит и любит пославший его сюда.
«Слово к тем, кто идет за нами. Вы нашли послание, а значит готовы понять его. Примите то, что сказано. Не спешите в мыслях и делах, но трудитесь душой и тогда откроется вам.
Все в этой жизни строится по восьми законам, каждый из которых есть уровень жизни, или слой вашего восприятия. Можно пройти все восемь уровней, а можно бесконечно топтаться на одном. Это выбор каждого!
Первый уровень дает возможность воспринимать мир, в котором вы возникли, чувствовать его, дышать и слышать аромат. Он возносит от состояния животной тупости и растительной безмятежности к ощущениям высокого порядка. Для ищущих он дает возможность научиться отдавать то немногое, что у них есть. Отдавать другим во имя высоких целей. Отдавший малое получает право войти …
Во второй уровень и возвыситься над всеми, кто смотрит на звезды… Но войдя в него – будешь низвергнут в пучину страстей. Во втором уровне кипят ярость и боль. В нем жизнь обретает крайние формы, в нем унижение сопутствует смелости и наоборот. В нем каждый противостоит другим и приобретает либо волю и решимость, либо трусость и пустоту. Второй уровень – это дверь в никуда или в Свет. И всякий, проходящий сквозь него, неминуемо уходит либо в Свет, либо падает вниз. Этот уровень сортирует души. Меньшинство поднимает выше, в Свет, большинство оставляет кипеть в котле страстей, либо низвергает в глубины духовного хаоса.
Люди первого уровня забывают свою первобытную любовь и доброту, и со страхом и надеждой окунаются в новый для них мир второго уровня. Многие не выдерживает этого испытания и всецело отдаются страстям. И лишь немногие проносят через горнило страстей свою любовь нетронутой. Они идут дальше и зовут за собой многих. Но люди часто не слышат их. Глухота оборачивается бедой для зовущих, и для тех, кто не внемлет зову.
Часто над человеком возобладают страсти: плотской любви, лести, власти, силы! Но все тлен в понимании тех, кто поднялся выше. Второй слой – это страх и страсть. Это мысль в конуре догм и поклонение идолам, воинствующее незнание и знающее безразличие. Это мир, подмявший человека и сделавший его своим рабом. Это погоня за призраком гордыни и значительности…
А достигший третьего уровня возвращается в мир любви и гармонии. Он начинает видеть природу, ощущать жизнь в ее данности и многообразии. Первые шаги здесь становятся открытиями, но не каждый воспринимает их так, как надо. Многие в погоне за внешней святостью незаметно опускаются на второй уровень. А те, кто смиренно и спокойно следуют дальше, находят сокровищницы знания. Но то лишь начало уровня. А в конце его путников ждет распад мира. Он рассыплется на множество и вновь станет непонятным и закрытым. И в том испытание, ибо кто-то остановится, понимая природу и довольствуется этим. А тот, кто, увидев распад мира, пытается собрать его, поймет, что ему уготовано и проникнет в тайну жизни!
Но собирая мир, каждый будет ошибаться. И эти ошибки помогут человеку, ибо через них он увидит свои заблуждения и получит неоценимую возможность прикоснуться к единственно верному решению. И тогда перейдет…
На четвертый уровень. Он поймет единство всего сущего в мире. И каждому придется выбирать между добром и злом. Ибо силу, собранную каждым, можно употребить как во благо – для движения и очищения, так и во зло, для наказания тех, кого сочтет виновным. Он получит власть над людьми и миром, но власть будет дана во искушение и испытание. Ибо всяк, кто уподобит себя Высшему Судие – будет бит многократно, и будет судим людьми, и сам начнет судить, и здесь остановится и скатится в котел страстей второго уровня.
Однако останутся малые, кто пройдет испытания властью и силой. Они будут изгнаны и удалятся, чтобы в тишине и пустоте, открывшейся перед ними, осознать свое изгнание и унижение, как ступени познания и принять их с радостью.
Они и войдут в пятый уровень, где познают тайну тайн – Путь к источнику Всеобщего Света и приобщатся к Самому Источнику. Здесь идущие, испив из источника, увидят Путь в новые выси. Они узнают, что Свет – промежуток между крайними состояниями мира – материальным и «ничто». Это знание даст силу концентрации мысли. Ею можно изменять мир, но кто примет на себя ответственность за такие перемены? Каждый достигший, одною только волей своей способен создавать миры и вершить их судьбы. Но созданные однажды, миры будут жить своей жизнью, ибо создателям свойственно забывать о своих творениях. И потому все достигшие этого уровня благо видят в ОТРЕШЕНИИ.
Отрешившись от могучей концентрации мысли, очистите дух свой от множества образов, которые возникают помимо воли и за хрустальными очертаниями прячут Истину!
Только отрешенные войдут в шестой уровень бытия. Им будет дана возможность встать над потоками Света, Времени, Жизни. Истинно отрешенный становится всем и все становится им… Жертвуя часть себя – он прибавляет себе, ибо он – это все – и невозможно отнять от всего часть, которая не осталась бы в новом качестве Всеобщего…
– Остановка, отрешение, тишина – суть шестого уровня. Он дает понимание отрешения и само отрешение. Истинно отрешенные – незаметны, они живут обычной жизнью и с виду полны эмоций. Но в том проявляется жизнь тела. Дух же очищен и в глубоком покое, исследует мир возможностями своего тела.»
Старик остановился и перевел дух. Мудрые сидели притихшие и когда голос чтеца замолк, зашевелились. Один медленно сказал:
– Принимаем ли мы, братья, эту мудрость предшественников? Я не могу воспринять ее сразу и безоговорочно. Я вижу много такого, что не согласуется с описанными законами…
– Брат, ты спешишь… Не торопи свой разум, ибо он еще не осознал всей глубины сказанного нам…
– Предшественники оставили нам свое послание, но уверены ли мы, что это послание от них?
Спор неторопливо разгорался, и старик чувствовал себя чужим в этом зале. Мудрые забыли о нем. Его словно и не было никогда, а ведь только что они с благоговением внимали ему.
Изба
Девочки, изнеженные городские создания, которые и в поход-то отправились только для того, чтобы покрасоваться перед парнями с своих новых, якобы туристических нарядах, неожиданно ощутили в себе опыт и навыки мудрых женщин. Измученного, ободранного Димку раздели, обмыли, перевязали чем смогли и уложили на охапку свежей травы, которую нежными ручками надрали прямо тут же – на поляне. А теперь вот сидели у костра, неспешно переговаривались и каждая ощущала в себе упрятанное в глубины бессознательного, а теперь проснувшееся знание заботливой боевой подруги, которая омоет раны, накормит, успокоит… Только маленькая Катя хныкала и куксилась. Она испугалась и не смогла перебороть свой страх…
– Девочки, надо сходить в эту избу и все выяснить, – решительно сказала Лена. Была в ней внутренняя сила и к ее словам прислушивались все. Девчонки отреагировали по-разному… Кто-то готов был хоть сейчас идти на соседнюю поляну и выяснять что там случилось. А кто-то – это было видно – старался скрыть глубинную тревогу за напускным безразличием. Только маленькая сразу заявила:
– Я боюсь и никуда не пойду…
– Тогда иди обратно, в город.
– Я и обратно боюсь идти… Девочки, не бросайте меня здесь…-заплакала она.
– Хватит нюнить… Сиди с раненым, мы сами сходим, следи за костром, мы скоро…
Трое девчонок поднялись и пошли к кустам на границе поляны. Когда они продрались сквозь тугие заросли, изба показалась покосившейся еще больше. И не было в ней ни движения, ни шума – ничего… Оробевшие девочки подобрались к дверям и заглянули в проем. Внутри было пусто. Сгнившие половицы провалились, сквозь дыры в полу проросла трава. Бревна стен позеленели от времени. В дальнем углу стоял полусгнивший стол, покрытый каким-то зеленым налетом. Сквозь дыры в крыше виднелось небо. Что же тут произошло? Куда подевались их спутники?
– Наверное, они ушли куда-то в лес и там столкнулись со зверями… А Димка успел отбиться и убежать… – предположила одна. И это объяснение всем понравилось. Ну, в самом деле, что еще можно было придумать?
Лена шагнула на порог, поскользнулась на плесени и чуть не упала внутрь избушки. В глазах на миг потемнело и она почувствовала незнакомый и странный запах. Но темнота в глазах тут же прошла, и она повернулась к порогу. Подружки стояли на солнышке и удивленно смотрели на нее:
– Чего это вы так уставились?
– Ты где была?
– Как это где, здесь… Я на пороге стояла.
Девчонки переглянулись и попятились.
– Эй, вы чего?! Я же здесь… Лена рванулась за порог и снова в глазах у нее потемнело, на мгновение в нос ударил странный запах… Она стояла возле избенки, ноги утопали в траве, жужжали шмели, щебетали птицы, ленивый жаркий ветерок покачивал ветви и все в мире казалось безмятежным и мирным. Только подружки улепетывали от нее. Их спины мелькали среди кустов. Лена кинулась следом и почувствовала, что бежать трудно. Она посмотрела на свои ноги и остановилась. Вместо привычных джинсиков и кроссовок, на ней были какие-то странные короткие штаны, подпоясанные веревкой. На ногах тяжелые башмаки с загнутыми вверх узкими носами. Легкая футболка с надписью «Reebok» исчезла. Вместо нее тело обтянула холщовая рубаха, а поверх был надет грубый кожаный жилет на шнурках. Лену разобрал страх. Она, уже не думая, стремительно понеслась подальше от избы, проломилась сквозь кусты и вылетела к палаткам.