Николай Шамин – Зов Латыря (страница 3)

Олег открыл глаза. Прямо над ним, склонив голову, стояла обнажённая девушка. Распущенные тёмные волосы незнакомки нависали над головой парня словно змеи, готовые впиться зубами в шею зелейщику. Кожа на её теле была покрыта маленькими бугорками. Они пульсировали в такт с сердцем и бежали вверх, словно сотни мелких насекомых. Из пустых глазниц и ноздрей выползали опарыши. Они падали парню прямо на лицо, покрывая кожу зловонной ледяной слизью. Олег попытался пошевелиться, но его не слушались даже пальцы. Девушка склонилась ниже и глубоко вздохнула.

– Беги, – вместе со звуком из её рта посыпались крохотные чёрные паучки. Зелейщик чувствовал, как они набиваются в уши, ноздри, рот и глаза, но ничего не мог с этим сделать. – Беги! – повторила девушка едва слышным шёпотом. – Беги! – её рука резко взмыла вверх и камнем рухнула на его грудь. От удара у парня перехватило дыхание. Он почувствовал, как земля под ним стала засасывать тело, словно болото. И, чем глубже зелейщик погружался, тем сильнее чувствовал холодные вязкие объятия. Мгновение и в глазах потемнело.

Олег резко вскочил и принялся в кровь царапать ногтями своё лицо, пытаясь вытащить насекомых, которые, по его ощущениям, были уже под кожей.

– Барин, ты, это, чего верещишь-то? Никак оса ужалила?

Зелейщик замер. В лицо бил яркий луч ещё холодного утреннего солнца. В паре шагов от Олега стоял низенький худощавый мужичок с редкими седыми волосами.

– Ты, это, барин, ежели уже не спишь, – продолжал он, – то, там, это, староста тебя уже ждёт на рынке.

Олег потёр пальцами глаза, пытаясь сбросить с них остатки ночного сна.

– Да, благодарю, – сказал парень, – передай старосте, что я сейчас подойду.

Мужичок молча кивнул и зашагал в сторону деревни. Зелейщик посмотрел на мельницу, что стояла на вершине холма. Та тихо поскрипывала крыльями в потоках лёгкого ветерка, который у подножья даже не ощущался.

– Ух, – буркнул Олег, – неприятненько. И зачем же ты меня сюда привела, сестричка? – Он посмотрел на спящую кобылу и насупился. – А ты вообще помалкивай. Что вчера раскряхтелась? Думаешь глаза мне закрыть? Так я тебе быстро непрогляд сделаю, чтоб дорожки не путала.

Девушка из сна осталась в памяти смутным пятном, но всё не шла из головы Олега. Отчётливо рисовались только опарыши и пауки, которые лезли под кожу. Но он точно где-то её уже видел, вот только не мог вспомнить, где именно. Афанасий стоял в окружении небольшой толпы местных жителей и о чём-то весело рассказывал. Рынок уже вовсю жил своей жизнью. Между торговыми лавками с рыбой, птицей, выпечкой, салом, шкурами животных и мёдом, слонялись люди. Под ногами то и дело шныряли и перекрикивались друг с другом дети.

От вчерашней грязи под ногами не осталось и следа. Олег подошёл к кучке людей, которая окружила старосту. По правую руку от Афанасия стоял невысокий коренастый мужичок с чёрными до плеч сальными волосами, впалыми глазами и длинным крючковатым носом.

– Да, я тоже думаю, что знахарь не простой, но думки думками, а сейчас всё и так понятно будет, – буркнул в пустоту Олег и подошёл ближе. Заметив гостя, староста изобразил улыбку и шагнул навстречу.

– Здрав будь, барин. Я уж было подумал, что мёд совсем ноги тебе связал, – надменно сказал Афанасий.

– И тебе здравия, – ответил Олег. – Воздух у вас хороший, спал как младенец, – шутливо кинул зелейщик. Староста на мгновение замялся. По его глазам было понятно, что он ожидал другого ответа, но быстро пришёл в себя и повернулся к мужику с крючковатым носом.

– Вот, собсна, – затараторил он, – наш знахарь Ефим. Он у нас, ну очень большой умелец в разных там травах, да заговорах.

– Ага, зубы заговаривать он умелец, – крикнул кто-то из толпы и все в голос засмеялись. Олег, что было сил, старался сдержать смех, но выходило, мягко говоря, не очень. «Мнение простого народа всегда от сердца исходит», – так он говорит в подобных случаях. Олег понимал, что из-за этого он уже не лучшего мнения о местном травнике, хотя ещё даже не знаком с ним.

– Ну-ка! – громогласно гаркнул староста. – Кто тут тавро за клевету хочет? Сейчас мигом прям на лбу выжгу! – толпа резко умолкла. – Не слушай их, барин, – продолжил Афанасий, – ибо не ведают, что говорят.

Олег едва заметно улыбнулся и молча кивнул старосте. Он вспомнил, как прошлым вечером дочка Афанасия сказала ровно то же самое про здешнего знахаря Ефима. Погружённый в воспоминания о вчерашнем дне и кошмарном сне, Олег не заметил, как староста уже вовсю рассказывает окружившей их толпе о том, что «барин – лекарь из Владимира». Мол, кто хочет, может к нему сходить, от хворей полечиться иль оберег какой себе купить, чтоб защита от дурного была. Зелейщик только сейчас понял, что не помнит лица Дарьи. Она весь вечер просидела склонив голову над столом. Помнил Олег только длинную косу, которую девушка теребила пальцами.

– Барин? – Словно по щелчку, парень пришёл в себя. Он понял, что, сам того не подозревая, во все глаза смотрел на ту самую девушку из кошмара. Она стояла у одной из избушек, поодаль от шумной и суетной толпы, что-то бормотала и так же пристально смотрела на зелейщика. Вот только что-то было в ней не так. Как только это осознание пришло ему в голову, перед глазами замелькали неприятные картинки из сна, а в нос ударил резкий запах крови. Ещё прошлым утром она дважды заявлялась к нему, но выглядела как-то иначе и это не давало ему покоя. Здоровая ладонь старосты мягко плюхнулась ему на плечо.

– Ну, допустим, это она была. Но зачем? – буркнул Олег.

– Кто, она, барин? – спросил староста.

– А? – задумчиво бросил Олег. Лоб покрылся холодной испариной. – Что ты говоришь? – обратился он к Афанасию.

– Я говорю, тут это, – староста указал на двух мужичков и трёх женщин, которые стояли прямо перед ними, – вот собсна, это к тебе за помощью хотят.

Олег быстро окинул их взглядом и посмотрел туда, где только что стояла девушка. Но её там уже не было. Кучка зевак плотным кольцом сжималась вокруг чужака, каждый хотел оценить «товар» лицом. Толпа шумела десятками голосов. В паре шагов от зелейщика пожилой мужичок, с торчащей во все стороны копной седых волос, эмоционально тряс руками перед лицом и рассказывал своему собеседнику ночную беду.

– Дык, ты понимашь, – дрожью в голосе рассыпал старик. – На той седьмице теля издохло, а сегодня утром захожу в загон и Зорька, кормилица, лежит окоченевшая.

– Да ты шо? – смоля трубку и выпуская густые клубы дыма, пробурчал его собеседник. – Вон у Михалапа, да чи той ночью, пять овец пропало, а от козла только рога и остались. Куда делись, никто не видал.

– Так значит, найти надо! – злобно прошипел Олег.

– Кого найти, барин? – потупив взгляд, спросил Афанасий.

– Я хотел сказать, что мне идти надо, – выдавил зелейщик и резко повернулся к старосте, – а дочь твоя где?

Староста насупил брови и расправил, и без того широкие плечи. Он немного склонил голову к Олегу. Добротой от такого взгляда даже не пахло.

– А тебе, собсна, до неё какое дело, барин? – Гулко прошипел староста и махнул рукой в сторону толпы, которая пристально смотрела на происходящее. – Ты вон, лучше людями займись.

– Да ты не подумай плохого, Афанасий, – с натянутой улыбкой произнёс Олег. – Так, просто об ухе вчерашней подумал, да про Дарьюшку вспомнил.

– Ты ж помогать людям приехал, – буркнул староста и положил здоровую ладонь на плечо зелейщику. – Так, собсна, и помогай или едь, куда ехал.

Олег кивнул и молча убрал с плеча руку старосты.

– Пусть после обеда приходят.

Местный знахарь был явно не очень доволен. На его перекошенном лице читалась озлобленность. Олег это заметил, но сейчас его не заботили чувства человека, который слывёт у народа обманщиком. Ничего не сказав, парень развернулся и зашагал прочь. Староста посмотрел на тех пятерых и пожал плечами.

– Ну, вы всё слышали, – пробубнил он, а потом повернулся к Ефиму и прошептал, – чудной этот барин, не нравится он мне.

– Бедой от него тянет, – с неприязнью прошипел Ефим, – попомни мои слова, староста.

Толпа разошлась, растворяясь голосами в гуле оживлённого деревенского рынка, на который каждую неделю съезжаются все окрестные селения. Возле покосившегося забора у первого дома стояли всё те же два мужика и эмоционально обсуждали неудачи в войне с ляхами.

– Здрав будь, барин, – лениво кинули они и вернулись к своему разговору.

Олег молча кивнул им и резко остановился.

– Слушайте, мужики, – с задумчивым видом заговорил Олег, – а у вас в деревне ведьмы или колдуны есть? Аль может вы кого в таком подозреваете?

Те посмотрели на зелейщика с удивлением и переглянулись.

– Ну как тебе сказать, барин, – разводя руками начал отвечать рослый мужик с пятном на рубахе, – тут как оно всё, в любую избу пальцем ткни, если баба там живёт, то вот тебе и ведьма.

– Это как так? – Олег потупил взгляд и потёр рукой затылок.

– Ну дык, это, – продолжал мужик, – бабы, они ж это, по натуре своей ведьмы. Нет-нет, а заговор какой-нибудь знает, а если с соседями чего не поделит, так и точно гадости наделает.

– А вы видели, как они это делают?

– Ну дык люди судачут, значит кто-то да делает, – протараторил мужик, – а тебе зачем?

– Да так, просто интересно. Ну, бывайте, мужики – ответил Олег, развернулся и зашагал к своей телеге. Отойдя так, что голоса «узаборной парочки» были едва различимы, за исключением гогота, ржали они на всю деревню, зелейщик обернулся и почесал кончик носа.