Николай Нестеров – Страна на дембель (страница 37)
План отличный, я о нем уже рассказывал раньше, только нам он не подходит в данных конкретных условиях. У нас потенциальные шпионы и подозреваемые не сидят в одном месте компактно, а неделями возить колонну с «ядерными зарядами» по всему району довольно глупо.
Вдобавок это затратно и утомительно, не говоря уже об эффективности. Поэтому план я немного упростил и видоизменил. Теперь «ядерные объекты» будут стационарными, а любопытные сами будут слетаться к ним, как пчелы на мед. Или как мухи на цветущий клевер, если выражаться поэтически.
— Пожалуй, два наряда мало будет. Такой ахинеи я давненько не слышал.
— Вы не дослушали до конца, трищ кап втор ранга. Я не предлагаю строить фальшивые ракетные шахты, все равно, правдоподобно их не слепишь нашими скромными силами. И автомобили переделывать не надо — вблизи обман сразу вскроется.
— Что тогда? Документы левые подбросить, как в случае с геологами? Сразу скажу, что это детский сад, а не идея.
— Нет, что вы. На такой мякине врага не проведешь. Тут нужны реальные доказательства. Стопроцентные. Но при этом такие, чтобы их не слишком трудно и затратно было изготовить.
— Это какие же? — искренне заинтересовался Громов, словно я пообещал выдать адрес новой пивной, где торгуют чешским светлым на разлив.
— Какие у нас есть ракеты? — задал я вслух риторический вопрос сам себе, для того чтобы подойти поближе к теме обсуждения.
— А язык повидлом тебе не намазать? Ну и вопросики ты задаешь!
— Ракеты бывают двух типов: шахтного базирования и мобильные. Шахты мы рыть не будем — это долго, дорого и бессмысленно. На это уйдут годы.
Сказать, что начальник Особого отдела удивился — это сильно погрешить против истины. Он выпал в осадок, поражённый мыслью, что ловить никого не надо — вот он сам в руки просится. Как минимум, полновесный болтун — находка для шпиона.
— Продолжай, пожалуйста. — чуть охрипшим, удивительно ласковым голосом, предложил товарищ Громов. — Очень интересно.
— Восьмиосное шасси Минского завода колесных тягачей мы тоже вряд ли найдем.
— Это тоже тебе ясновидящий поведал?
— Нет, мой дядя в ракетных войсках служил. — не совсем дядя, сосед по гаражному кооперативу в девяностых, но не суть.
— Не улавливаю логики. Если оба варианта не подходят, то что остается?
— Укрытие типа «Крона» для мобильных пусковых установок! — выдал я ключевую идею проекта с видом цыгана из одноименного кинофильма. Тот предлагал своим сородичам торговать в новом сезоне жестяными крышками для закруток. За идею брал 15 %. Этот эпизод мне хорошо запомнился, на говорившего цыгане смотрели, как на мессию.
— Тээксс… За одно это тебя и твоего болтливого дядю надо брать в оборот и учить уму разуму на лесоповале в Солнечном Салехарде.
— Да ладно вам, товарищ кап втор ранга. Наши иностранные друзья знают об этих комплексах больше, чем те солдаты-срочники, кто на них служит. Тем более, что Генеральный секретарь ЦК КПСС недавно подписал договор, согласно которому мы их сами порежем и утилизируем. Об этом в газетах открыто пишут.
Громов ничего не ответил, лишь задумчиво покачал головой.
— Устройство типа «Крона» — это всего лишь простейший металлический ангар с раздвижной крышей, чтобы можно было пускать ракету прямо со стоянки. — поделился я совершенно секретными данными, почерпнутыми когда-то из википедии.
На самом деле, устройство несколько сложнее: внутри находятся вентиляторы и вдоль стен обогреватели, чтобы создавать определенный микроклимат и затруднять разведку при помощи тепловизоров. Основная идея: на каждый мобильный комплекс строится несколько ангаров, какие из них пустые — противник не знает и вынужден уничтожать их все, что увеличивает количество целей для первого удара в разы.
— Ты представляешь сколько стоит такой ангар?
— Конечно. Тридцать на шестьдесят метров и высотой восемь — это очень большая конструкция и не дешевая. Поэтому мы будем строить только бетонные площадки под ангары. А враги сами должны догадаться, что это такое, исходя из точных размеров. Дешево и сердито.
— В рот пароход! — восхищенно произнес товарищ Громов, только другими словами. Очень надеюсь, что восхищенно. — Кашалот тебе на воротник. Живи пока. Наряд на кухню отменяется.
Информация к размышлению:
РГАЭ, фонд 2324, опись 33, дело 741
Заместителю председателя Правления Госбанка СССР
тов. Войлукову
О работе Управления денежного обращения в 1990 году выпуск денег в обращение в 1986 году эмиссия составила 4.3 млрд, рублей в 1987 году — 5.9 млрд, рублей в 1988 году — 12.0 млрд, рублей в 1989 году — 17.9 млрд, рублей в 1990 году — 26.6 млрд, рублей
ПС.
Кооперативами за 1990 год реализовано продукции и оказано услуг на 70 млрд, рублей.(Это больше, чем все производство Автоваза за год). Подавляющую долю работ (около 80 процентов) кооперативы по-прежнему выполняют для предприятий и организаций.
Глава 32
В экономике Советского Союза было множество крупных и мелких проблем, противоречий и даже абсурдных решений. Но тем не менее, эта экономика достаточно долго и относительно неплохо работала, показывая высокие темпы развития, которые не снились позднесоветской России. Однако более слабая и больная, с явным сырьевым уклоном, российская экономика выжила на рубеже двухтысячных и каким-то чудом дотянула до конца второго десятилетия, открыто враждуя с Европой, США и их союзниками. А советская экономика рухнула в одночасье, имея изначально более выгодные условия. «Как такое произошло?» — на этот вопрос историки и экономисты искали ответы почти тридцать лет после момента распада страны, но к единому выводу так и не пришли.
Попробуем разобраться в этом вопросе, чтобы понять, где именно произошел сбой в работе системы, и как его можно устранить.
Нефть.
Первая и самая очевидная мысль: Советский Союз подкосили низкие цены на нефть и газ. Несомненно, это очень важный фактор, но является ли он ключевым? До начала семидесятых годов СССР поставлял странам Запада нефть и газ в незначительных количествах и неплохо себя при этом чувствовал.
Политика «Разрядки Напряженности», будь она неладна, и десять лет потепления отношений со странами НАТО сыграли коварную и печальную роль в судьбе страны.
Получив внезапно подарок в виде широкого потока валютной выручки, советское руководство расслабилось в прямом и переносном смысле, пустившись во все тяжкие. Начались масштабные закупки станков и оборудования и технологий у западных стран. Половина валютной выручки шла на закуп современных машин и линий у вероятного противника.
Это абсолютно правильный тактический ход обернулся огромными стратегическими потерями в будущем.
Конечно, нам нужны были самые передовые заводы по производству полупроводников, новые эффективные технологии в нефтехимии и автомобилестроении. И так далее и тому подобное. Страны социализма не могли их дать по причине собственного отставания, а Советский Союз все это создавать сам не успевал, да и скорее всего вышло бы еще дороже и заняло бы десятилетия. К тому же сказывалась общая ориентированность советской науки и промышленности на оборону страны. На второстепенные направления не хватало ни сил, ни кадров, ни ресурсов.
Заманив Советский Союз в нефте-газовую ловушку, подсадив на закупки импортного оборудования и комплектующих к нему, условный «Запад» дождался удобного момента и обвалил цены на нефть, загнав советскую экономику в жесточайший кризис на десятилетия.
Выиграв в развитии в семидесятые, мы получили огромные проблемы в следующем десятилетии, и не факт, что в девяностые будет легче. Нефтяная игла никуда не денется, а высокие цены на черное золото ориентировочно будут только к 2004 году.
Но при всей важности этого фактора, он не является ключевым. На самом деле, внешняя торговля в советской экономике занимала очень скромное место, и ее значение всегда преувеличивалось. Прежде всего, по психологическим и политическим мотивам: размер экспорта считался очень важным показателем успешности советского строя в сравнении с капиталистами. Типа загнивающий Запад покупает наши товары — значит, у нас передовой строй. Это как раз тот случай, когда пропаганда потихоньку действует на самих себя и окончательно вытесняет здравый смысл. Опять все сводится к той самой конкурентоспособности советских товаров, которая всегда была ниже, но вслух этого произносить было нельзя.
Тема эта сложная и многогранная, поэтому пока оставим её в покое, обозначив лишь общие моменты. Высоких цен на нефть не будет, поэтому надеяться на чудо нет смысла. Это уже громадное преимущество. Тем более, что рецепт решения именно этой проблемы у меня есть. В девяностые годы это все уже делали. Именно тогда был создан «Газпром» и вся нефтедобыча была сконцентрированная в крупных нефтяных компаниях. Если в разрушенной стране с алкоголиком-президентом это смогли сделать, то здесь и подавно справимся. Рецепт этот называется — ВИК, вертикально-интегрированные компании. И займется этим молодой, подающий надежды, кандидат наук из Когалыма товарищ Аликпер Вахитов. Он как раз сейчас пишет научную работу по этой теме, а через полгода отправится в компанию «Бритиш Петролеум» на стажировку, где позаимствует многие полезные и важные идеи. После чего мы его пристроим к реформе нефтяной отрасли. Когалым сейчас — это всего-лишь поселок посреди тундры из нескольких бараков. В красивейший сверкающий город с мраморными дворцами и цветущими проспектами его превратит тот самый кандидат наук. Не быть ему теперь олигархом, да и «Лукойла» наверное уже не будет.