Николай Непомнящий – 100 великих достижений СССР (страница 86)
Григорович привнес в классический танец новую технику и эстетику, тем самым усовершенствовав старые формы. Он обогатил язык танца не только внешне, но и внутренне.
На 1980 г. в СССР было 47 театров оперы и балета. Кроме того, балеты ставились в музыкальных театрах, театрах оперетты и музыкальной комедии. Работали 16 хореографических училищ и отделения классического танца при средних музыкальных школах и школах искусств.
Успехи здравоохранения
Детский оздоровительный лагерь «Артек» (1925 г.)
…Шел 1924 г. В тихий осенний вечер у подножия горы Аю-Даг гулял приехавший из Москвы председатель ЦК РОКК Зиновий Петрович Соловьев. Он отдыхал, любовался природой и полной грудью вдыхал живительный горно-морской воздух, но мысли его были далеко.
Его заботил вопрос о том, чтобы в возможно короткий срок поправить здоровье детей, особенно тех, кто пострадал во время империалистической и Гражданской войн и в годы разрухи. Он мечтал создать такие учреждения, «где врачи имели бы дело не только с отдельным ребенком, а с организованным детским коллективом». Лагерь-санаторий, «лечебный лагерь» – вот что хотелось создать Зиновию Петровичу.
Соловьев объездил ряд мест на побережье, побывал в Коктебеле, под Феодосией, в Судаке, но ни на чем не мог остановить свой выбор. И вот, проводя отпуск в гурзуфском отделении Крымской военно-курортной станции (ныне санаторий «Гурзуфский»), Зиновий Петрович гулял в урочище Артек, которое удовлетворило его во всех отношениях.
Особенно радовало Соловьева то обстоятельство, что лагерная площадка может быть со временем расширена и лагерь «развернется в настоящую пионерию». Место для этого было выбрано как нельзя более удачно.
И вот 16 июня 1925 г. в уютной и живописной бухте, где тишину и покой охраняет древний Аю-Даг, зазвучали детские голоса и под звуки горна взвился флаг – так в Крыму открыл свою первую смену лагерь-санаторий общества Красного Креста РСФСР в «Артеке».
80 первых артековцев жили у самого моря. В первый год «Артек» за четыре летние смены принял 320 детей. Их размещали в четырех брезентовых палатках, высоких, светлых, с деревянными полами. Хотя их убранство и состояло из простых деревянных, обтянутых парусиной кроватей, деревянных табуретов и грубых прикроватных столиков, однако все содержалось в большом порядке. Самая лучшая палатка была отведена под изолятор, который находился на приличном расстоянии от лагеря.
Для столовой использовалось место под тентом, где было расставлено шесть обеденных столов и скамейки. И хотя столы были грубо сколочены из теса, их покрывали белоснежными скатертями, а у каждого пионера была салфетка и кольцо для нее.
Был организован также клуб-библиотека, под который отвели лучшую комнату потемкинского домика. Там же хранились собранные детьми коллекции, инструменты и материалы для ручного труда.
Около самого моря, где теперь разбита костровая площадь с амфитеатром для гостей, была физкультурная площадка. Здесь же в первые годы зажигались артековские костры.
Летом 1925 г. «Артек» посещает Клара Цеткин, которая позже напишет: «Хотите ли вы видеть свободных счастливых детей? Навестите летний лагерь, устроенный Красным Крестом в «Артеке»…»
И зарубежные гости стали посещать и учиться… В 20‐х в лагере отдохнули дети и взрослые из Германии, Голландии, Дании, Норвегии, Польши, Франции, Швеции.
24 июля 1927 г. в «Артеке» была введена штатная должность отрядного вожатого. Педагоги вели работу по краеведению и естествознанию, проводили экскурсии, учили ребят, как следует собирать гербарии и составлять коллекции, читали им лекции, проводили беседы. На образовательную работу отводилось два-три часа в день.
В распорядок дня входил обязательный труд: дети убирали парк, чистили пляж, собирали виноград, убирали сено, снимали урожай фруктов.
Первые годы работы лагеря показали: надо подумать о постоянных зданиях вместо палаток, которые совсем не оправдали себя. Днем, когда нужно было проводить тихий час, – жарко, ночью – холодно. Особенно это стало актуальным, когда однажды ночью разразилась буря с сильной грозой, разрушила палатки и перепугала детей.
В 1928 г. Зиновий Петрович поставил вопрос о реорганизации лагеря в постоянный лагерь-санаторий, функционирующий круглый год. И в этом же году дети отдыхали уже не в палатках, а в новых домиках.
Искусственное сердце двухголовой собаки
Жаркий Кейптаун, второй час ночи. В Южной Африке началось лето – на календаре 3 декабря 1967 г. Молодой хирург Кристиан Нетлинг Барнард проводит первую в мире операцию по пересадке сердца живому человеку. Операция закончится только в начале девятого – спустя почти семь часов – и станет огромным успехом мировой трансплантологии. Успехом, обязанным работе советского врача-трансплантолога Владимира Демихова, который еще в 1937 г. сконструировал, изготовил и пересадил собаке первое в мире искусственное сердце.
Тем не менее к реальной трансплантологии человечество перешло нескоро. Первым большим шагом стала операция по пересадке почки собаке, выполненная в 1902 г. австрийским хирургом Эммерихом Ульманом: он не ставил целью функционирование органа, поэтому обе собственные почки у животного остались. Задачей Ульмана было другое – доказать, что такая операция в принципе возможна, а главное, что пересаженный орган может прижиться. И почка прижилась – она снабжалась кровью и выводила мочу: мочеточник был открыто выведен наружу.
А уже через четыре года, в 1906‐м, американский хирург Роберт Моррис объявил о том, что женщина, которой он пять лет назад пересадил яичники, родила ребенка. Это был прорыв, заложивший основы трансплантологии, а главное – позволивший рассуждать о ней не как о фантастике, а как о реальности. Но вместе с этим возникли и первые морально-этические вопросы – в дальнейшем они будут сопровождать каждую операцию: если оплодотворенная яйцеклетка возникла в яичниках донора, то ребенок не является биологическим родственником родившей его матери.
Тогда же, в начале XX в., начал практиковать и другой «отец» трансплантологии – француз Алексис Каррель, первым научившийся сшивать кровеносные сосуды так называемым методом трех швов. Через несколько лет он получит Нобелевскую премию, став основоположником сосудистой хирургии. А в 1908‐м создаст первую двухголовую собаку, прожившую, правда, всего несколько часов. Владимир Демихов, в годы учебы впечатлившись работами Карреля, впоследствии тоже станет известным в основном благодаря своим собакам, но, в отличие от «творений» французского хирурга, собаки Демихова будут куда более живучими. Сам Каррель, впрочем, связался с нацистами и даже издал труд, пропагандирующий нацистские мировоззрения, чем сильно уронил себя в глазах научного сообщества.
В 1950 г. в Чикаго врач Ричард Лоулер предпринял первую попытку пересадки почки. Организм реципиента в итоге ее отверг, и почку пришлось удалить, но начало было положено. Дальнейшим развитием трансплантологии занялся Владимир Демихов.
Владимир Петрович Демихов родился 31 июля 1916 г. на хуторе Кулики Волгоградской губернии в семье крестьянина. Отец Петр Яковлевич погиб через три года после рождения сына, во время Гражданской войны. Мать Домника Александровна одна подняла троих детей: старшему Славе на момент гибели отца было всего 6 лет, Владимиру – 3 года, а дочка Юля была еще младенцем. Уже в детстве мальчика влекло к тайнам сердца – мать позже вспоминала, что как-то маленький Владимир получил нагоняй за попытку разрезать собаку.
Тяга к конструированию моделей внутренних органов была уже тогда – сразу после переезда Демихов продал свой единственный костюм и на вырученные деньги купил серебряные пластины для создания модели искусственного сердца.