Николай Морхов – Ментальные экспликации (страница 9)

Отвечая на первую вышеобозначенную вопросительную реплику, следует вообще корректно рассмотреть и осмыслить семантику трансцендентальных методов в целом. То есть необходимо осуществить адекватную, обстоятельную, системную, последовательную и исчерпывающую логоцентричную герменевтику последних (методов). Кристально ясно, что тот или иной теоретический подход представляет собой определенное число конкретных присущих лишь ему одному концептуальных процедур, законов, установок и алгоритмов, не только аффирмирующих его уникальную идентичность, но и не препятствующих ему эталонно реализовывать разновидные гносеологические экспликации. Последние (экспликации), в свою очередь, направлены на решение тех или иных интеллектуальных задач и вопросов. Можно артикулировать о том, что приведенная выше ментальная дефиниция иллюстрирует в общем виде смыловое содержание свойственное той или иной полноценной спекулятивной методологии. Вместе с тем, в данной семантической формулировке она (дефиниция) декларирует о том, что последняя (методология) не способна избежать осуществления ею определенных эпистемологических актуализаций. Другими словами, они (актуализации) неизбежно экзистируют в ее (методологии) интериорном эссенциальном ареале в потенциальном состоянии. Безусловно, сама формулировка дескриптирующего ее (методологии) абстрактного понятия могла бы обладать другими смысловыми элементами, исключающими такие отвлеченные утверждения, как трансцендентальные реализации. Тем не менее, тот или иной теоретический подход стремится посредством кого и/или чего бы то ни было продемонстрировать собственную логоцентричную семантику, включающую в себя разнотипные интеллектуальные операции, принципы и доктрины. Поскольку, именно это обстоятельство конституирует его (подхода) неотчуждаемое наличествование в качестве неоспоримой и неотъемлемой данности. Соответственно, его (подхода) всеобъемлющая манифестация ингерентно и непреложно инкорпорирует в свое эндогенное пространство саму неопровержимую и аподиктическую потенциальную возможность, отвечающую за его (подхода) непреодолимое стремление к полномасштабной эпистемологической аутореализации. Осуществление последней (аутореализации) может носить поливариативный, многосторонний и полиморфный характер.

Каждая из тех или иных трансцендентальных методологий потенциальным образом уже содержит в своем внутреннем сущностном ядре разнородные спекулятивные развертывания. Последние (развертывания) манифестируют в его (ядре) ареале в имплицитном и завуалированном виде, ожидая собственной полновесной актуализации. При этом любая из концептуальных реализаций, пребывая в состоянии возможности в эндогенном пространстве того или иного теоретического подхода, симультанно обладает и универсальной, и индивидуальной логической траекторией. И если первая из них (траекторий) базируется исключительно на присущих ему (подходу) базовых и неотъемлемых алгоритмах, постулатах и процедурах, то вторая, – не отклоняясь от магистральной семантической линии последних (…процедур), способна демонстрировать собственные – свойственные лишь ей одной – специфические черты, признаки и параметры. Можно постулировать, что тот или иной самотождественный спекулятивный метод, автоматически и ингерентно включающий в себя потенции разнотипных интеллектуальных когитаций, репрезентирует себя в качестве экземплярного и полнообъемного модуса, отвечающего всевозможным смысловым значениям и характеристикам присущим эталонной методологичности как таковой. Вполне понятно, что именно она (методологичность) не только лежит в основании любого всеобъемлющего и корректного трансцендентального подхода, но и аффирмирует его аутентичное и неотчуждаемое семантическое содержание. Так ее (методологичности) трансцендентные и имманентные смыслообразующие компоненты продуцируют облигаторные предпосылки для возникновения, становления и исчезновения последнего (содержания). Следовательно, важно подчеркнуть, что онтологическая конститутивность как таковая санкционирует экзистирование гетерогенных эксклюзивных и всесторонних аподиктических, эпистемологических, космологических, антропологических, аксиологических, этических, эстетических и иных парадигмальных конструкций.

Рассмотрение гетерогенных специфических спекулятивных подходов также может включать в себя следующие смыслообразующие элементы. Так если любой из тех или иных оригинальных трансцендентальных методов содержит в своем интериорном эссенциальном ядре в потенциальном состоянии разнородные ментальные когитации, то данное обстоятельство неотвратимо артикулирует о конкретном семантическом аспекте. Кристально ясно, что каждый из них (методов) не может игнорировать и негативировать саму вероятную возможность и/или возможную вероятность осуществления собственной аутореализации посредством тех или иных интеллектуальных экспликаций. То есть любой из них (методов), в свою очередь, не только индуцирует аподиктические предпосылки, генерирующие те или иные интеллектуальные актуализации, но и репрезентирует себя при помощи последних (актуализаций). Другими словами, они (актуализации) являются необходимым инструментом, продуцируемым и эксплуатируемым каждым из них (методов) для инициирования собственного экземплярного развертывания. Так абсолютное отсутствие самих разнотипных когитативных практик не позволит тому или иному теоретическому подходу ретранслировать себя полнообъемным и эталонным образом. Вполне понятно, что хотя последний (подход) лежит в основании первых (практик), однако он также не способен экспозиционировать собственные уникальные дискурсивные алгоритмы, постулаты, процедуры, доктрины и т.д. без их непосредственного и/или опосредованного участия. Можно констатировать, что, представляя собой генерируемые и используемые им (подходом) трансцендентальные инструменты, они (практики) тем не менее играют неотчуждаемую и существенную роль, связанную с его (подходом) адекватной и всеобъемлющей ауто-экспликацией. Таким образом, взаимоотношения между разновидными ментальными актуализациями и интеллектуальными методологиями носят сложноорганизованный и нюансированный полисемантический характер.

Осуществляя корректную и всестороннюю дистинкцию между трансцендентальными подходами и спекулятивными когитациями, необходимо акцентировать внимание на следующих смысловых компонентах. Ранее уже подчеркивалось, что первые (подходы) не только продуцируют аподиктические предпосылки для генерации, экспликации и элиминации вторых (когитаций), но и эксплуатируют их в качестве конкретного дискурсивного инструмента. Последний (инструмент), в свою очередь, позволяет им (подходам) осуществить собственную экземплярную и полнообъемную аутореализацию. Так если теоретические методологии можно идентифицировать в виде полноценного антецедента, то интеллектуальные актуализации – консеквента. То есть первые (методологии) выступают в качестве всеобъемлющих предшествующих модусов, тогда как вторые (актуализации) – последующих. В то же время, ментальные практики, хотя и должны рассматриваться и интерпретироваться как производные от спекулятивных подходов определенные элементы, тем не менее они также являются ключевым и основополагающим компонентом. Поскольку, – как уже отмечалось выше, – именно они (практики) позволяют им (подходам) реализовывать собственную ауто-экспликацию предельно эталонным и всеохватывающим образом. Вместе с тем, если трансцендентальные методы непреложно и неотъемлемо наличествуют в интериорном пространстве концептуальных реализаций в состоянии действительности, то последние (реализации) – присутствуют в эндогенном ареале первых (методов) в статусе возможности. Кристально ясно, что не только вышеизложенные, но и какие-либо иные интеллектуальные сентенции и аффирмации следует апперцепировать с определенными поправкам и допущениями. Соответственно, само адекватное и полномасштабное дифференцирование между эпистемологическими методологиями и когитативными дискурсами обладает бесчисленным множеством разнотипных семантических сегментов и аспектов.

Если рассматривать и экзегетировать взаимоотношения между теоретическими подходами и спекулятивными практиками с точки зрения циркулярной концептуальной оптики, то она (оптика) может индуцировать аподиктические предпосылки для возникновения следующей семантической проекции. Так тот или иной трансцендентальный метод должен осмысляться как центр данного эпистемологического круга, тогда как генерируемая им (методом) та или иная специфическая интеллектуальная реализация, демонстрирующая диахроническим образом присущие ему (методу) разнородные гносеологические процедуры, постулаты, алгоритмы, установки и т.д., представляет собой динамический луч (и/или вектор), движущийся от центра последнего (круга) к его периферии (или окружности). Совершенно очевидно, что сам он (метод), являясь центром вышеуказанной горизонтальной циркулярной модели всегда и повсеместно манфестирует посредством режима актуальности. Вместе с тем, инициируемый конкретной уникальной и эталонной спекулятивной методологией тот или иной полнообъемный когитативный дискурс лишь в процессе своего всестороннего развертывания пребывает в состоянии действительности. Поскольку, ранее уже отмечалось, что до собственной всеобъемлющей экспликации последний (дискурс) экзистирует при помощи режима возможности. Кристально ясно, что из центра вышеобозначенного круга может исходить бесчисленное множество разнотипных лучей, направляющихся в сторону окружности (и/или периферии) и представляющих собой экземплярные ментальные практики. Безусловно, согласно темпоральной и сукцессивной теоретической интеллектуальной позиции, когда какой-нибудь один из них (лучей) находится в статусе актуальности, тогда все остальные – потенциальности. Следовательно, сигнифицированная выше горизонтальная циркулярная экспозиция позволяет предельно остенсивно, контрастно, доступно и полноценно интерпретировать и осознать дистинкцию между теоретическими подходами и продуцируемыми ими (подходами) когитативными реализациями.