Николай Леонов – Жертва и другие (страница 3)

– Уже можно, – разрешил судебно-медицинский эксперт.

Карманов у покойницы было не так и много – всего четыре. Два по бокам джинсов и еще два сзади. Ничего, кроме небольшой флеш-карты, в карманах обнаружено не было.

– Хм! – многозначительно произнес Шубенков. – Ничего, кроме флешки… Интересно знать, для чего покойница таскала ее с собой, эту флешку? И есть ли что-нибудь на ней? В лесу – и с флешкой в кармане… И ничего больше, кроме флешки. Еще одна загадка…

– Ну что, подведем итоги? – спросил больше сам у себя, чем у кого-то еще, Марк Борисович. – И зафиксируем их в протоколе. Значит, так. В лесном овраге, примерно в трех километрах к юго-востоку от города Новореченска был обнаружен труп женщины. Лицо женщины обезображено до полной неузнаваемости, одежда – легкая рубашка и такие же легкие туфли. Одежда, скажем так, не соответствует тому месту, где мертвая женщина была обнаружена. В лесу в такой одежде обычно не разгуливают… Впрочем, последние слова – это вывод, стало быть, в протокол они внесены не будут. А вот то, что на левом виске мертвой женщины обнаружено отверстие, по всем приметам напоминающее входной канал от пули, – это дело мы в протоколе зафиксируем в непременном порядке. Зафиксируем также и то, что никаких иных следов при осмотре места происшествия обнаружено не было. Кажется, ничего не упустил…

Пока Марк Борисович писал протокол, к Шубенкову пришла внезапная идея.

– Ведь вот что получается! – оперуполномоченный хлопнул себя по лбу. – Ведь если в женщину стреляли, то не исключено, что именно здесь? И что из этого следует? А следует из этого то, что стрелять могли и здесь, на этом самом месте! А почему бы и нет? А коль оно так, то где-то поблизости вполне может валяться гильза. Гильза – это улика. Важная улика! Надо бы нам ее поискать. А вдруг найдем?

В поисках гильзы, помимо самого Шубенкова, приняли участие оба сержанта и вдобавок томившийся бездельем вожатый-кинолог. Даже его собака – и та приняла участие. Но найти небольшую гильзу в лесном овраге не так-то и легко. Можно даже сказать, что это дело почти безнадежное. Оттого ее и не нашли, хоть и искали весьма целеустремленно и тщательно.

– Ладно, – сказал Шубенков и махнул рукой. – Отбой. Может, ее тут и вовсе нет, этой проклятой гильзы… Зато у нас имеется пуля. А она куда как надежнее гильзы. Разберемся… – Он выдохнул, подумал и добавил: – А еще у нас есть флешка. И общее представление о том, что случилось. Для начала не так и мало. В общем, грузимся, да и поехали отсюда. Будем отталкиваться от того, что имеем. А, Марк Борисович?

– Будем отталкиваться, – флегматично согласился Марк Борисович.

Глава 3

Расследовать загадочное происшествие было поручено сотруднику уголовного розыска Геннадию Шубенкову и следователю Марку Борисовичу. Марк Борисович отнесся к этому с присущим ему философским спокойствием, а вот Шубенков, наоборот, запротестовал.

– Это что же, – спросил Шубенков у начальника уголовного розыска майора Степанищева, коему подчинялся по службе, – я буду распутывать эту загадку один?

– Почему же один? – возразил Василий Сергеевич, крепкий невысокий мужичок с угольно-черными глазами и седыми волосами. – Вместе с Марком Борисовичем. – На возмущение своего подчиненного он внимания не обратил – в его отделении царили нравы не то чтобы вольные, но вполне свободные. Главное, чтобы дело делалось, на субординацию порой и рукой можно махнуть.

– Ну да! – скептически покривился Шубенков. – С Марком Борисовичем! Он – следователь, а следователь – это преимущественно кабинетная должность. А носиться по окрестностям в поисках убийцы буду я один…

– А может, тебе в помощь вызвать спецбригаду из МУРа? – ехидно поинтересовался Василий Сергеевич. – Помощников, видишь ли, тебе подавай! Будто не знаешь, какая у нас оперативная обстановка. Вот только за минувшую ночь случилось три квартирные кражи и четыре ограбления. И все это удовольствие на данный момент не раскрыто. Плюс к тому же хулиганство, которое, между прочим, также совершено в условиях неочевидности. Какие-то уроды устроили потасовку в ресторане «Три кедра». Все там перевернули вверх дном и благополучно скрылись. Ищи их теперь… А нас, оперов, наперечет. Так что действуй.

– Так то хулиганство, а у меня – убийство, – уныло произнес Шубенков. – Несоизмеримые понятия.

– Не действуй мне на нервы своими высокоумными выражениями! – скривился Степанищев. – Несоизмеримые понятия, видишь ли! И где ты только набрался таких слов? Сказано тебе – действуй, значит, действуй. Рой землю на три метра вглубь. А вот если до чего-нибудь дороешься, тогда поговорим и о помощниках. Все, ступай. И держи меня в курсе.

Шубенков махнул рукой и вышел из начальничьего кабинета. Первым делом он решил пообщаться с Марком Борисовичем. Именно Марк Борисович должен был поддерживать контакт с судебно-медицинским экспертом. А судебно-медицинский эксперт, между прочим, должен был установить, из-за чего произошла смерть женщины. И извлечь пулю из головы убитой. И отдать эту пулю экспертам-баллистикам, дабы они определили, что это за пуля, из какого именно оружия она выпущена и не числится ли это оружие в полицейских списках.

– А, Гена! – поприветствовал Шубенкова Марк Борисович. – Даже не буду спрашивать, для чего ты ко мне явился. Потому что и без того мне все понятно.

– Ну коль понятно, то тем лучше, – кисло ответил Шубенков. – Значит, не будем тратить время на пустые разговоры. Что-нибудь уже известно?

– Кое-что известно, – сказал Марк Борисович. – И, между прочим, это довольно-таки интересные сведения…

– Тогда выкладывайте, – сказал Шубенков. – Я весь внимание. Я, понимаете ли, даже почувствовал прилив творческого вдохновения от таких ваших слов. Мне прямо-таки захотелось жить и трудиться! Совершать, так сказать, трудовые подвиги на ниве расследования криминальных злодеяний!

Марк Борисович с интересом взглянул на Шубенкова, усмехнулся и спросил:

– Чаю хочешь?

– Чаю?

– Ну да, чаю. У меня хороший чай, на семи травах, и все они полезные. Особенно для таких пылких юношей, как ты. Выпей, остынь… А потом и поговорим.

– Давайте вашего чаю на семи травах! – сказал Шубенков, махнул рукой и рассмеялся.

– Вот так-то лучше, – с мудрым отеческим выражением на лице произнес Марк Борисович.

Чаепитие и впрямь оказало на Шубенкова успокаивающее действие. Или, может, чай тут был ни при чем и это сам Марк Борисович своим отеческим мудрым пониманием привел Шубенкова в душевное равновесие – как знать. Да и не в этом по большому счету было дело, а в том, что Шубенков приобрел возможность рассуждать вдумчиво и здраво, а это для сыщика – первейшее дело.

– Ну, теперь о делах, – сказал Марк Борисович. – Дела, значит, такие… Только что я получил заключение судебно-медицинской экспертизы. Верней, даже два заключения. Второе – насчет пули. С каким ты хочешь ознакомиться в первую очередь?

– С судебно-медицинским, – подумав, ответил Шубенков. – Только вот что… Расскажите обо всем своими словами. Чтобы было коротко и ясно. А то ведь я целый час буду вчитываться в мудреные медицинские строки. А мне некогда, у меня дел – поверх макушки.

– Что ж, можно и своими словами, – согласился Марк Борисович. – Тут дело вот в чем. Женщина умерла от выстрела в голову. Стреляли с близкого расстояния, почти в упор. Можно сказать, не убивали даму, а расстреливали. Казнили… Интересное дело, не так ли?

– Куда уж интереснее, – вздохнул Шубенков. – Ну, а что насчет обезображенного лица?

– Лицо обезобразили уже после того, как женщину убили. Плеснули в лицо серной кислотой… Хорошо плеснули, основательно… Да мы и сами это видели, когда выезжали на место.

– Значит, серной кислотой, – задумчиво произнес Шубенков. – Что ж… Зачем это сделали – я и спрашивать не буду. Потому что и без того все понятно.

– Да, понятно, – согласился Марк Борисович. – Типичный, можно сказать, прием. Обезобразили лицо, чтобы покойницу невозможно было узнать. Классика криминального жанра, я извиняюсь за выражение…

– Что насчет отпечатков пальцев? – спросил Шубенков.

– Абсолютно ничего, – ответил Марк Борисович. – Похоже, в наши сети дамочка никогда не попадалась. Из чего следует, что опознать ее по отпечаткам пальцев невозможно.

– Почему-то я так и предполагал, – вздохнул Шубенков. – Ну, а что там с татуировкой?

– Примерно то же самое, что и с отпечатками пальцев. Ну, татуировка… Сейчас многие носят татуировки. Рисуют на себе что попало. Как на каком-нибудь заборе… Вот и покойница тоже нарисовала на себе.

– Да, но… – Шубенков в задумчивости потер лоб. – По-моему, тут что-то не так. Какая-то загадка, что ли…

– И в чем же загадка? – Марк Борисович внимательно взглянул на Шубенкова.

– В чем загадка? – переспросил оперуполномоченный. – А пес его знает… Но загадка, это точно. Вот смотрите, что получается. Значит, татуировка. Вы правы, сейчас многие малюют на себе всякую чепуху. Но как они малюют? И где малюют, на каких то есть местах своего тела? А малюют они большие изображения, и притом на таких местах, чтобы их хорошо было видно. Чтобы, значит, всякий желающий мог разглядеть, что там намалевано. Ну или выколото, без разницы. А тут совсем другой случай… Тут татуировка нанесена на таком месте, которое не каждый и разглядит. Спрашивается, почему так? То есть почему именно на этом месте, на левом плече?