Николай Леонов – Сам себе приговор (страница 72)

– Точно, жулик, – сказал как припечатал Сергей. – А то и похуже. Небось узнал, что дамочка с деньгами и решил ее заманить к себе.

– Ты, давай, следующее письмо открывай, – поторопил его Лев Иванович. – Рассуждать потом будем, когда до конца дочитаем.

Закончили читать переписку уже почти в два часа ночи. Единственное, что они узнали полезного из всей кучи писем, было то, что Светлана не рассказала Алику ни о том, что у нее есть хорошая денежная «подушка», ни о том, что она – весьма состоятельная дама. Наверное, хотела, чтобы ее полюбили не за деньги, а за ее личные качества. Впрочем, надо отдать должное и мужчине – он ни разу не поинтересовался у Светланы об ее социальном статусе и количестве денег на счету. Правда, это не уменьшало вероятности того, что узнать о ее деньгах Алик мог и из других источников. Интернет хранит многие тайны, которые легко раскрыть, если знаешь, как это сделать.

Странным для оперативников было и то, что Алик хотя и говорил Светлане, что полюбил ее, но звать к себе – не звал. Все его чувства оставались только на уровне охов и вздохов, а также заверений, что ни одна из женщин не вызывала в нем столь сильных чувств. Светлана тоже в своих письмах ни разу не намекала, что собирается приехать к нему, да еще и с дочерью. Хотя и в ее письмах, и письмах мужчины постоянно пробивались мечтательные нотки, в которых они воображали, как бы им было хорошо вместе, – но дальше фантазий дело отчего-то не продвигалось.

– Что же получается? – удивленно вопросил Сергей, когда они закончили читать. – Она сорвалась с места просто так и решила ехать к этому сомнительному Алику чисто по наитию, надеясь, что, свалившись ему как снег на голову вместе с Соней, она осчастливит его своим присутствием?

– М-да, как-то финал не очень похож на действия всегда правильной Светланы Тарасовой, – согласился с ним Гуров. – Судя по отзывам и мужа, и подруг, и родственников Светлана сначала десять раз отмеряла, а потом уже резала. А тут… отрезала так отрезала. Неужели так допекло замужество с Эдуардом Никитовичем, что она решила наплевать на условности и пренебречь принципами? Наверняка тут есть что-то, о чем Тарасов нам не рассказал. И может быть, никогда и не расскажет. А раз не расскажет, то узнать мы можем только от самой Светланы. Если только…

Гуров замолчал, насупившись. Ни к чему было говорить о том, что и так было ясно – узнают, если только Светлана и Соня живы.

Глава 22

Дробышева Гуров оставил ночевать у себя, но сначала предложил Сергею вызвать и оплатить такси.

– Ну что вы, – смутился лейтенант, – я и сам оплачу. – Он пошарил по карманам и чертыхнулся, смутившись еще больше: – Черт, у меня и денег, оказывается, с собой нет. Только мелочь на метро.

– Не хочешь, чтобы я оплачивал такси, тогда оставайся ночевать у меня. На диване поспишь, – кивнул Лев Иванович на небольшой раскладной диванчик в кабинете. – А завтра поедешь со мной в «Олимп». Будем искать с тобой Алика или Светлану с Соней, или кого-то, кто их в этом коттеджном поселке видел. Это уж как получится.

Дробышев задумался, но ненадолго. Добираться ночью до дому, да еще и по холоду, ему не очень-то хотелось, и он согласился на ночевку.

– Только мне завтра утром надо в управление на планерку попасть. Не явлюсь, мне начальство по первое число выдаст строгача. Я уже и так три раза пропускал утренние разборы полетов, а еще и отчеты вовремя никак не получается сдать по двум другим делам, – с унылым видом пояснил Сергей.

– Ничего, ждали и еще подождут, – махнул рукой Лев Иванович. – Я позвоню твоему начальнику и объясню ситуацию. Так что не дрейфь, выкрутимся.

– Ну если так, то тогда все отлично, – расцвел улыбкой оперативник.

Утром, прихватив все необходимые документы, Гуров и Дробышев поехали в КП «Олимп». Добирались почти час. Гуров предварительно созвонился с пунктом полиции в Ступинском районе, к которому относился клубный поселок «Олимп», и просил, чтобы их встретил участковый. На Льва Ивановича поворчали, сказав, что в субботу у всех участковых выходной день, но потом, узнав причину, все-таки дали добро и сказали, что их встретят на КПП поселка.

– Лапиков, – представился Гурову и Дробышеву средних лет мужчина в форме участкового.

– Ну не по фамилии же нам вас называть, – улыбнулся, здороваясь с ним, Лев Иванович.

– Тимур Яковлевич, – коротко отрекомендовался участковый. Ему явно не нравилось, что его выдернули из дому в выходной день.

– Скажите, где я могу узнать о владельце вот этого коттеджа, – Лев Иванович протянул Лапикову бумажку с адресом, но тот, даже не глянув на нее, ответил:

– В администрации поселка, где же еще. Поехали, я вам покажу, где их здание находится. Только вот не знаю, работают они по субботам или нет.

Администрация работала и в просьбе Гурова дать телефон владельца нужного коттеджа отказала ему, несмотря на удостоверение оперуполномоченного из Министерства МВД.

– У нас все сведения о жильцах конфиденциальные, – заявила ему администраторша. – Вы можете проехать к дому, и если хозяева там, то сразу с ними переговорите. Если нет, то вам следует обратиться за разрешением в соответствующие органы.

– А какие органы соответствующие? – Гуров нехорошо посмотрел на дамочку, которая выглядела, как крепость Измаил – такая же небольшая по размерам, но такая же неприступная. – Почему нельзя просто взять и позвонить этому человеку и спросить у него, не желает ли он помочь расследованию в убийстве женщины и ребенка, которые, вполне возможно, были убиты на территории именно его коттеджа?

– Убийство? – Ни один мускул на лице женщины не дрогнул. – В нашем поселке не может быть убийства, – безапелляционным тоном заявила она. – У нас проживают только порядочные, состоятельные и продвинутые люди. Не забывайте, что «Олимп» – это клубный поселок бизнес-класса.

– Вот только не надо мне тут ничего рекламировать, – картинно закатил глаза Лев Иванович, подстраиваясь под тон администраторши. – Я покупать или строить дом у вас не собираюсь. Я расследую преступление, а не наслаждаюсь видами вашего поселка. Так что будьте любезны позвонить владельцу коттеджа и объяснить ему, что от него требуется, иначе я буду вынужден задержать вас по обвинению в препятствии следствию.

Женщина поджала губы, и по лицу ее было видно, что она борется с желанием нагрубить Гурову. Но разум возобладал над эмоциями, и она сказала:

– Посидите в приемной, я сейчас найду нужный номер телефона и вынесу вам. Но сразу предупреждаю, что снимаю с себя всю ответственность за последствия.

– О чем вы? Какие последствия? – с усмешкой посмотрел на нее Лев Иванович и вышел в приемную, где его ждали Лапиков и Дробышев.

– Что она там надумала? – спросил Сергей.

Гуров пожал плечами.

– Наверное, начальству звонит и жалуется. Пусть жалуется. Надеюсь, ее хозяин не так глуп, как она.

Администраторша вышла минут через пять и, молча протянув Гурову листок с номером телефона и именем владельца коттеджа, опять скрылась в кабинете.

– Подумаешь, – глядя на закрытую дверь, усмехнулся Дробышев.

Лапиков, наблюдая за картинным удалением важной дамы, только покачал головой, а Лев Иванович и вовсе занялся изучением содержания записки.

– Борис Глебович Астахов, – прочел он. – Так-так. Знакомое имя. Давайте-ка выйдем на улицу, там все же посвежее, чем в этой приемной, – наконец предложил он и первым шагнул к выходу.

На улице Лев Иванович набрал номер Астахова и долго слушал длинные гудки, потом ему ответили. Голос был женский.

– Здравствуйте. Борис Глебович сейчас не может ответить по телефону, он в процедурном кабинете. Если у вас к нему что-то срочное, скажите, и я передам.

– Утро доброе, – поздоровался Гуров и, представившись, уточнил: – С кем я разговариваю? Вы медсестра?

– Нет, я дочь Бориса Глебовича – Анна Борисовна Лебедь.

– Вы не того самого Лебедя…

– Нет, не того, – рассмеялась женщина. – Мой муж только однофамилец того самого.

– Я так понял, что ваш отец сейчас в больнице… – Гурову стало несколько неловко, что он позвонил так не вовремя. – Тогда, может быть, вы сами сможете мне помочь? Как я уже сказал, я из уголовного розыска…

– Да, я поняла. Я вас внимательно слушаю.

Гурову вдруг подумалось, что женщина почему-то не очень удивлена, что ее отцу звонит полковник из министерства МВД, да еще и оперуполномоченный уголовного розыска. Но развивать эту мысль было некогда, и он сказал:

– Я сейчас нахожусь на территории коттеджного поселка «Олимп». У вашего отца тут дача, или он постоянно проживает в этом поселке?

– Скорее дача. В холодное время папа живет в московской квартире. А что вас так в его даче заинтересовало?

– Скорее не что, а кто. У вас на территории коттеджа проживает работник по имени Алик?

– Алик? – Женщина на секунду задумалась, а потом ответила: – Ах, вы, наверное, имеете в виду Алибека! Ну да, его многие называют Аликом. Так проще. Да, он у нас работает, а вернее, работает у отца на даче сторожем и по совместительству – садовником.

– И давно он у него работает?

– Уже три года. Очень ответственный мужчина. Аккуратный, хозяйственный, честный. Это я говорю, если вам интересна его характеристика. Вы ведь по поводу него? Скажите, в связи с чем вызван такой интерес?

– Да, я интересуюсь именно Аликом. Или как вы его назвали – Алибеком. Он ведь из Крыма приехал? – решил уточнить на всякий случай Лев Иванович.