Николай Леонов – Человек с лицом убийцы (страница 34)

Елизар Шишковский все время шел на шаг впереди расследования.

– Наверняка у них есть какой-то другой телефон, – рассуждал Гуров. – Не могут современные молодые люди сейчас обойтись без телефона и интернета. Елизар вполне мог украсть у кого-нибудь телефон и пользоваться им.

– Нет, это вряд ли, – возразил ему Станислав. – Сейчас украденные вместе с телефоном сим-карты быстро блокируются владельцами, и пользоваться ими преступники не могут. Другое дело – Елизар купил через интернет несколько одноразовых сим-карт или приобрел симку без регистрации. Отследить их сложно, если не знаешь конкретный номер. Да ты и сам все это прекрасно знаешь, мы с тобой не раз по работе с этим сталкивались.

– Знаю, но мне от этого знания ничуть не легче, – нахмурился Гуров.

В общем, на момент звонка Инны расследование несколько застопорилось, и Лев Иванович все больше и больше нервничал, потому что никак не мог придумать, как ему действовать дальше. Агентура всех троих оперативников искала нужный автомобиль наравне с гаишниками, поэтому оставалось только надеяться на случай и скорое обнаружение нужной «Тойоты».

27

Номер телефона, высланный ему Инной, Гуров сразу же переслал Крячко, а потом и сам стал звонить Станиславу. Объяснив ситуацию, он попросил связаться с операторами связи.

– Пусть отслеживают сигнал. Нам нужно точно знать, если те, кого мы ищем, вдруг начнут передвигаться. Заодно узнай, на кого зарегистрирован телефон.

– Сделаю, – коротко ответил Крячко. – Разумовскому сам позвонишь?

– Да. И ему, и с ребятами из ОМОНа свяжусь. Освобождение заложников – это их непосредственная работа. Но ждать мы их не будем. Я уже выезжаю по адресу, а вы с Евгением Северьяновичем подтягивайтесь.

Возле дверей подъезда дома, в котором предположительно находились Елизар и Антонина, Лев Иванович столкнулся с Инной и ее мужем, с которым он познакомился еще в то время, когда Инна приезжала в Главное управление помогать им в поисках.

– А вы что тут делаете? – удивленно и строго спросил он у Скороходовых.

– Девочке может понадобиться психологическая и медицинская помощь, – ответила Инна. – Александр – врач, а я, как вы сами помните…

– Да-да, вы психолог. Но это не значит, что вы оба должны бежать поперед паровоза, – остановил ее Гуров. – Вы на машине приехали? Вот и идите к ней. Сядьте и ждите. Когда нужно будет, я вас позову.

– Но вы ведь один. – Инна осмотрелась по сторонам в поисках людей в защитных касках и бронежилетах с автоматами наперевес. – Как вы хотите освобождать Тоню из лап этого маньяка, если вы один?

– Ну, во-первых, не факт, что в квартире кто-то есть, – парировал Лев Иванович. – Сигнал телефона, с которого Антонина вам звонила, пропал с радаров. Телефон был отключен, и сим-карта, скорее всего, вынута. А во-вторых…

Что было «во-вторых», Гуров сказать не успел. Инна вцепилась в его руку и быстро-быстро заговорила:

– А вдруг он ее убил или смертельно ранил?! Узнал, что она мне позвонила, и убил! – Волна ужаса и паники накрыла Инну с головой, она вдруг забилась в ознобе и, обхватив себя руками за плечи, сказала: – Надо скорее подняться наверх и взломать двери. Если она ранена и еще жива, у нас будет возможность помочь ей.

– Я сейчас и попытаюсь это сделать. – Лев Иванович отцепил руку Инны от рукава. – У меня есть оружие. Но вы в любом случае останетесь с мужем внизу и будете ждать прибытия ОМОНа или Станислава и Евгения Северьяновича. Скажете им, что я уже поднялся на этаж. Вон, кстати, Крячко. – Гуров указал Инне на подъезжающую к дому машину и, пока она отвлеклась, быстро прошмыгнул в подъезд.

Вскоре его нагнал Крячко. Станислав не стал дожидаться, пока к нему спустится лифтовая кабина, а бегом поднялся по лестнице на седьмой этаж.

– Уф, – выдохнул он, очутившись рядом с Гуровым, который, припав ухом к двери одной из квартир, прислушивался к звукам за ней. – Что там слышно? – спросил он шепотом.

– Ничего не слышно, – так же тихо ответил ему Лев Иванович. – Ты один?

– Нет. Оставил Разумовского возле подъезда на всякий случай. Кстати, на стоянке темно-синей «Тойоты Аква» я что-то не увидел.

– Я тоже не заметил. Но он мог ее оставить и где-то в другом месте или вообще избавиться от нее. Ну что – звоним? – спросил Гуров, вынимая из кобуры пистолет, и, не дожидаясь ответа Крячко, нажал на кнопку звонка два раза.

Дверь в квартиру им никто не открывал, и за дверью тоже было тихо. Никто с той стороны к двери не подходил, никаких шагов, даже самых тихих, не было слышно.

– Попробуем сломать двери? Они не кажутся слишком уж крепкими. – Лев Иванович кивнул на дверь, обитую черным дерматином.

– Давай попробуем, – согласился Крячко. – Хотя мы с тобой здорово рискуем, и в случае чего по головке нас никто не погладит за такое своеволие и нарушение инструкций.

– Нас и так никто никогда по головке не гладит, – усмехнулся Лев Иванович.

Дверь поддалась только с третьего раза. Она вылетела с петель и с грохотом упала в прихожей квартиры. Гуров с Крячко осторожно вошли в квартиру и, держа оружие в руках, стали продвигаться вперед. Далеко идти им не пришлось. Квартирка оказалась маленькой, однокомнатной. В ванной и в единственной комнате никого не оказалось, а вот на кухне они обнаружили девушку, привязанную к стулу веревкой. Рот у нее был залеплен скотчем. По щекам бежали слезы, а длинные светлые волосы свисали неаккуратными прядями вдоль лица. Но в целом, как потом оказалось, она была в полном порядке.

Гуров и Крячко, убрав оружие обратно в кобуру, бросились развязывать Антонину.

– Он ушел, – первое, что сказала девушка, когда ей освободили рот. – Это не Игнат, это Елизар, – всхлипывала она, судорожно хватая ртом воздух.

В комнату вошли омоновцы, а следом за ними вбежала Инна и сразу же бросилась к Антонине.

– Девочка моя, ты цела?! – крикнула она, обнимая ее.

– Да, нормально все, – ответила Тоня сквозь слезы. – Он ничего плохого мне не сделал.

– Я могу ее забрать с собой? – обратилась Инна к Гурову, который о чем-то спорил с командиром ОМОНа.

– Пока – нет, – повернулся к ней Лев Иванович. – Я понимаю, что девочка сейчас в шоке, но мне нужно с ней поговорить. Мне надо знать, когда и куда ушел Елизар.

– А это не может подождать? – Инна не отставала от Гурова.

– Нет, не может. И, пожалуйста, выйдите пока что из квартиры, – резко ответил ей Лев Иванович. – Обещаю, что через двадцать минут я выведу к вам Тоню в целости и сохранности, – сказал он уже чуть мягче, видя, что Инна готова спорить с ним до хрипоты. – Как ты себя чувствуешь? – обратился он к Антонине.

– Я в порядке, все нормально. – Тоня вытирала слезы тыльной стороной ладони. – Инна Витальевна, идите. Все будет хорошо. И спасибо, что вы приехали, – шмыгнула она носом.

Скороходова дала Тоне упаковку одноразовых бумажных платочков и, облегченно вздохнув, вышла из квартиры.

Перепоручив решение всех вопросов с омоновцами Крячко и Разумовскому, Лев Иванович обнял Тоню за плечи и провел ее из кухни в гостиную. Он усадил ее на диван и в очередной раз спросил, как она себя чувствует и не нужно ли ей вызвать врача.

– Нам стало известно, что ты ждешь ребенка, – добавил он и многозначительно посмотрел на Антонину. – Мало ли, что может случиться…

– Нет, у меня все в порядке. Я просто немного испугалась в какой-то момент, а теперь уже успокоилась, – ответила девушка, ничуть не смущенная заявлением Гурова.

– Ну, хорошо. Тогда расскажи, что произошло между вами после твоего утреннего звонка Инне Витальевне. Причем как можно подробнее. Нам нужно знать, куда он ушел.

– Я сама этого не знаю, – ответила Тоня и высморкалась в платочек. – Извините, – подняла она глаза на Гурова.

– Ничего, все нормально. Рассказывай.

– Он просто взбесился, когда увидел в моих руках телефон, – начала рассказывать Антонина. – Понимаете, он забрал мой телефон еще у нас дома. Сразу после того, как… как убил маму Иру и папу Валеру. Все сим-карты выкинул. Я взяла потихоньку от него телефон мамы Иры, но он его почти сразу же нашел и отнял у меня. Я не успела им воспользоваться. И предупредить никого не успела. Только со своего телефона и успела эсэмэску Инне послать.

Тоня говорила рвано, путано, но Гуров не стал ее останавливать. Он понимал, что девушке, чтобы собраться с мыслями и ответить на его вопрос, нужно время.

Девочка, словно угадав его мысли, вдруг замолчала и начала говорить только минуту спустя и уже более спокойно и размеренно, аккуратно подбирая слова:

– Игнат… Вернее, Елизар, хотел сегодня уехать обратно в Приморье. Вместе со мной. Он даже заказал по интернету билеты на поезд. Только вот выехать мы должны были не из Москвы, а из Питера. А доехать до нужного нам вокзала – на такси. До сегодняшнего дня он мне ничего вообще не говорил о своих планах. Мы все это время переезжали из одного городка в другой. А когда я его спрашивала, что он, собственно, хочет, Елизар отмалчивался. Только сегодня когда он уже привязал меня к стулу, сказал, что я дура и все испортила своим звонком, он сказал… Сказал, что мы сегодня должны были уехать в Питер, а потом на Дальний Восток. У него там в одном городе есть квартира, и у нас с ним была бы настоящая семья. А теперь я должна сама выкручиваться из всей этой истории. И ушел.